Чтение онлайн

Муж улыбнулся. Наверное, он думал, что жена пытается его понять, а ведь на самом деле она стремилась от него избавиться.

— Днём я вполне могу находиться в любой комнате и не вспоминать прошлого, — сказал Ладислав Дракула, — но ночью всё по-другому. — Он опять вздохнул и снова заговорил через силу: — Знаешь, когда я только оказался в Пеште... когда меня сюда привезли и заперли в этом доме, я... мне было очень трудно спать. По ночам, лёжа в той спальне, куда ты меня сейчас выгоняешь, я часто просыпался и не мог понять, где нахожусь. В темноте мне казалось, что я по-прежнему в Вышеграде, в верхней комнате Соломоновой башни. Мне казалось, что всё вернулось, и что никто не станет меня освобождать. Я вскакивал и начинал в темноте ощупывать стены, предметы, чтобы убедиться, что обстановка не та, а с тобой... — Ладислав Дракула вдруг улыбнулся и погладил Илону по щеке, — с тобой всё иначе. Я просыпаюсь и вижу — ты рядом. Значит, теперь всё хорошо. Я свободен. Ты — моя свобода.

Муж крепко обнял её, поцеловал в плечо, а затем в шею, говоря:

— Ты — моя свобода. Ты даже не понимаешь, как сильно мне помогла.

Теперь настал черёд Илоны вздохнуть. Разговор, который поначалу был лёгким, теперь оказался даже труднее, чем она предполагала с самого начала. Муж рассказал ей то, чему она могла сочувствовать и сочувствовала. Как выгнать такого из спальни? Как?

— Я знаю, что это ребячество, похожее на детский страх темноты, — продолжал Ладислав Дракула, поцеловав жену в мочку уха, — но... позволь мне перебороть этот страх позже... не сейчас.

Жёсткая щетина на подбородке мужа по-прежнему царапала Илоне кожу, и это ощущение, будто трёшься о кирпичную стену, напомнило супруге Дракулы о том, от чего ей хотелось бы избавиться хоть на одну ночь.

— Я понимаю, — произнесла Илона, — но я не могу позволить тебе всё время оставаться у меня. Дело не только в завтрашнем причастии. Подумай, что люди скажут.

— А что они скажут? — муж перестал её целовать и теперь просто смотрел ей в лицо, обнимая за плечи.

— Скажут, что мы не соблюдаем посты, потому что ты всё время в моей спальне.

— А как они узнают?

— Через слуг, — ответила Илона и грустно улыбнулась. — Слуги всё время болтают о господах. Наши слуги будут знать, что ты не ночуешь у себя, и случайно скажут об этом кому-нибудь из соседских слуг, а соседские слуги проболтаются своим господам, и так об этом узнают все, пойдёт молва. Я этого не хочу.

— Ты вышла замуж за Ладислава Дракулу, но тебя беспокоит, что скажет молва? — муж удивлённо поднял брови.

— А если эта молва дойдёт до священника в храме, куда я буду ходить? — строго спросила Илона. — Что если он из-за молвы не захочет допускать меня к причастию? Решит, что я — грешница.

— Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы понять, что это не так, — хитро улыбнулся супруг.

— Если бы это оказался священник, который меня давно знает, то он бы, наверное, не поверил молве, но этот меня не знает, — всё так же строго возражала Илона и напомнила о событиях минувшего дня: — Я только вчера ходила, чтобы представиться настоятелю храма и сказать, что теперь буду посещать службы, потому что поселилась неподалёку.

— И что?

— Настоятель спросил, будет ли кто-то приходить вместе со мной, а когда я сказала, что замужем за некатоликом и назвала твоё имя, этот священник очень насторожился. Я хочу заслужить его доверие, поэтому... не могу выполнить твою просьбу и позволить прийти ко мне сегодня вечером.

— Что ж. Я понял, — ответил Ладислав Дракула. Он произнёс это очень спокойно, хоть и разочарованно.

«Не рассердился, — обрадовалась Илона. — А то, что будет сейчас, я вполне потерплю». Однако терпеть ничего не пришлось, потому что супруг оставил жену в покое и вышел из комнаты. Неужели, обиделся? Илона даже почувствовала себя виноватой, но это ощущение быстро прошло, потому что она вдруг обнаружила — обиженный муж так и оставил шнурки на её платье сильно ослабленными. Привёл всё в беспорядок и ушёл! Значит, супруге теперь следовало самой кое-как затянуть их, а затем позвать служанку, чтобы та сделала всё хорошо.

«Ах, он обиделся! — насмешливо думала Илона. — А как я выгляжу в глазах челяди, ему и дела нет. К примеру, я растрёпана и в мятом платье, а он как будто не понимает, что слуги решат, глядя на меня такую».

Впрочем, обида недавнего узника оказалась совсем не сильной. На следующий день вечером он уже вёл себя как ни в чём не бывало.

Наверное, Ладислав Дракула проявлял повышенное внимание к своей супруге не только потому, что за минувшие тринадцать лет стосковался по женщинам, но и от безделья. Илона вдруг догадалась об этом утром в среду, то есть в постный день, когда увидела, что муж сидит на крыльце и рассеянно наблюдает, как слуги по очереди выводят лошадей из конюшни и чистят. Ладислав Дракула явно не знал, чем заняться!

Илона, остановившись в дверях дома, несколько мгновений смотрела на широкую спину своего супруга, сидевшего на ступеньках, и на ту картину, которая разворачивалась перед ним. Наверное, могла бы смотреть и дольше, но он почувствовал её взгляд, обернулся. Поначалу заулыбался, но затем, очевидно, вспомнил, что сегодня среда, как-то сник и снова принялся смотреть, как чистят лошадей.

«А ведь я так мало знаю о нём», — в очередной раз напомнила себе Илона. И вот именно теперь представился случай побеседовать, поскольку она могла быть уверена, что её случайная улыбка или слова сочувствия не окажутся истолкованы как согласие немедленно идти в спальню.

Супруга Дракулы решительно двинулась вперёд и, подобрав юбки, села на ступеньках рядом с мужем. Тот вопросительно посмотрел на неё, а Илона поспешно заговорила:

— Я давно хотела тебя расспросить о том, как ты жил раньше.

— О том, что я делал в Валахии? — усмехнулся муж. — Об этом до сих пор ходит молва. Неужели, она до тебя не дошла?

— Нет, я хотела спросить о том, что было ещё раньше, — серьёзно ответила Илона. — Я слышала, что ты не всегда жил в Валахии. Твои детские годы прошли в Эрдели, как и мои.

Муж понял, куда она клонит, но всё равно оказался вынужден разочаровать её: «Нет, мало у нас общего, моя супруга»:

— Не все годы, — сказал он. — Мне не было и восьми, когда я покинул те места.

— А в Эрдели твоя семья жила в Сегешваре [13] ? — продолжала спрашивать Илона. — У твоей семьи там был дом?

— Да.

— Такой же, как этот? — она мельком оглядела двор и многочисленные окна, которые сюда выходили.

— Поменьше.

— Иногда мне кажется, что наш нынешний дом слишком велик, — сказала Илона. — На втором этаже столько пустых комнат, в которых никто не живёт.

— Когда здесь поселится мой сын, станет на одну меньше, — напомнил Ладислав Дракула.

— А когда это будет? — оживилась Илона. — После свадьбы прошла уже неделя. Я думала, что он поселится у нас раньше. В его комнате всё готово. Может быть, нам следует напомнить моему кузену, что...

— Ты хочешь, чтобы мой сын поселился здесь поскорее? — удивился муж.

— Да. А что? — произнесла Илона и в свою очередь посмотрела на своего супруга с удивлением.

— Он же не твой сын, — напомнил Ладислав Дракула.