Чтение онлайн

– Погоди стрекоза, – тихо заметила Маруна, обернув взор на камни, и вновь провела по ним рукой. – Еще кое-что вижу.

Уже через миг старуха вновь убрала руку с камней и, прищурившись, внимательно посмотрев на Катюшу, проскрежетала:

– А ты уверена, что хочешь уйти от него?

– От кого?

– Ну, от отшельника то твоего, который спас тебя, да насильно при себе держит?

– Да конечно! Мне в Петербург к тетушке надобно.

– Вижу что люба ты ему… – заметила старуха тихо.

– И что же? Мне нет дела до этого, – пролепетала Катя нервно. – Я не хочу больше в лесу жить!

– Вижу, что не зря появился он тогда по осени в том лесу, да спас тебя…– тихо вымолвила старуха. – Обережное заклятие матери твоей помогло тогда, и он увидел тебя… судьба он твоя…

– Судьба? – опешила Катя. – Да не может того быть!

– Не кричи, девка, – поморщилась Маруна. – Говорю, что вижу. Твоя мать, которая еще была тогда духом на земле, привела его к тебе на помощь и благословила Вас…

– Не могла моя матушка пожелать мне подобной судьбы! – выпалила нервно Катюша. – Чтобы за мужика замуж идти!

– Ох, много ты не знаешь, девка…

– И зачем мне знать? Не хочу.

– А зря… – тихо вымолвила ведьма. – Это чужая тайна не могу я открыть ее. Он сам должен.

– Да не хочу я знать ничего о нем, поймите бабушка. Надоел, да замучил он меня хуже некуда. Стращает только, да указывает, что делать. А я другой жизни хочу, поймите!

– Скажу последнее. Если уйдешь от него, то беды нахлебаешься да настрадаешься…

– Вы бабушка меня не отговаривайте. А лучше скажите, поможете ли Вы мне или нет?

Старуха долго смотрела на девушку и лишь через какое-то время тяжко выдохнула:

– Помогу, коли хочешь того.

– Да прошу Вас бабушка, – с радостью выпалила Катюша.

– А четки то матери убери, не возьму я их. Они оберег твой.

Катюша кивнула, и проворно стянув с плеча суму, убрала четки туда. Старуха отметила это и, кряхтя, направилась к печи. Подняв ковш, она зачерпнула воды и потушила огонь в печи. А затем, обернувшись к девушке, сказала:

– Ну что ж пойдем, отведу тебя тайком в дом к дочке моей. Схоронишься пока там. А на завтра велю, чтобы зятек то мой отвез тебя куда тебе надобно.

– Благодарствую милая бабушка, во век за Вас молиться буду, – пролепетала с воодушевлением девушка.

Старуха поковыляла к сундуку, и вытащила теплый платок. Надев его на плечи, старуха зажгла свечу и, взяв ее в руку, прошла на середину избы. Наклонившись, она легкостью, которая удивила Катюшу, дернула за деревянную ручку в полу. Подняв сколоченную из досок дверь, что была в земляном полу, она открыла ее, и начала спускаться в погреб, что был вырыт в избушке.

– Давай лезь за мной чего встала, – приказала Маруна девушке.

– В погреб?

– Лезь говорю девка. Погреб то этот имеет ход тайный, который ведет до дому дочери моей.

– Ничего себе. А отчего так? – не удержалась от вопроса Катюша. Все в этой избушке, начиная с собаки-волка и кончая подземным ходом, казалось ей некой сказкой.

– Дак от лихих людей сделан. Чтобы можно было спастись из деревни, когда разбойники нападают. Да выйти беспрепятственно на окраину села, а затем в лес.

– Как чудно бабушка, – пролепетала девушка, подходя к входу и спускаясь вниз по каменным ступеням.

– Так и пойдем. А то неровен час, твой охальник увидит нас в деревне. Ты ведь с ним пришла.

– Да бабушка Вы правы, – кивнула Катюша, спускаясь проворно ниже по ступеням.

– Да дверь то прикрой, – прикрикнула на нее старуха, которая уже устремилась куда-то в бок. Катюша кивнула и, вернувшись на две ступеньки вверх, ухватила деревянную дверь погреба и поспешила закрыть ее, чтобы скорее следовать за старухой. Она уже почти закрыла тяжелую дверь, как ощутила, что что-то тянет ее назад. Катюша попыталась вырваться и дернулась. В следующий миг раздался звук рвущейся ткани, и девушка оказалась свободна. Катюша, обернувшись и поправив суму на плече, поняла, что нечаянно зацепилась сумой за край необтесанных досок. Не обращая внимания на это досадное недоразумение, девушка, переместила суму в руку, захлопнула крышку погреба, и проворно устремившись вслед за старухой.

Следуя тайным ходом, Маруна приблизилась к концу туннеля и начала подниматься по ступеням. Почти два дня старуха отсиживалась у своей дочери. Крехтя Маруна вылезла из погреба и прикрыла за собой тяжелую деревянную дверь в полу. Едва она выпрямилась и обернулась, как невольно обмерла. В пяти шагах от нее во мраке ее избушки, сидя на лавке, возвышалась широкоплечая фигура мужчины. Выпрямившись и расставив в стороны ноги, согнутые в коленях, мужчина замер, словно изваяние и не шевелился, устремив лицо прямо на нее.

– Чего тебе надобно барчук? – выдохнула ведунья, скорчившись, ощущая очередной приступ у сердца. Она отошла от погреба и, поджав губы, уставилась не по-доброму на молодого человека. Она предполагала, что после исчезновения девушки он будет искать беглянку в каждом доме в селе, в том числе и у нее. Но старуха не собиралась говорить ему правду.

– Что бабка помогла ей? – процедил зловещим голосом Иван, испепеляя взором старуху.

– Не пойму о чем ты…. – прокряхтела Маруна.

– Не понимаешь? – процедил молодой человек и, встав на ноги, вытянул вперед руку. Старуха ахнула, увидев черные четки в его пальцах. Она отчетливо поняла, что не зря она заметила ту дыру на суме девушки. Видимо из нее по неосторожности и выпали черные диковинные камни, оставшись в ее избушке, когда девушка спускалась в подземный ход. И теперь они были явным обличительным подтверждением тому, что девушка была здесь, и она помогла ей.

Иван замер в угрожающей позе и лишь опустил руку с четками, сжав их в своей широкой ладони. От его мрачного сильного взора, направленного прямо в ее лицо, старухе стало совсем плохо и она начала шептать обережные молитвы, окружая себя энергетической стеной. Она ограждала себя от разрушительных потоков бьющей энергии, которая исходила из яркого зеленого взора молодого человека.

– Я не могла иначе, – проскрежетала Маруна. – Девка ведь не любит тебя. Я ведь знаю, что ты насильно привязать ее к себе хочешь…

– А то, что дышать мне без нее в тягость, это тебе ведьма не ведомо? – глухо загробным голосом процедил Иван и, положив четки на скамью, начал приближаться к старухе.

– Мне на это все равно… – проскрежетала старуха, пятясь от него в угол.

– Ах, все равно?! – взъярился он, надвигаясь на нее. – Говори где эта поганка?!

– Не знаю я, – отмахнулась от него старуха, отворачиваясь от него.

– Говори, ведьма. Или устрою тебе судный день прямо сейчас!

– Ох, окаянные, навязались на мою голову! – обернулась к нему Маруна, невольно вымолвив. – То одна плачет да просит, то второй угрозами запугивает!