Чтение онлайн

— Молчать! Я не чай пить приехал! Я на вас поглядеть приехал — чем вы тут занимаетесь. Ротозеи! Операция полностью провалена!

— Простите, товарищ генерал, — робко подал голос Котов. — Но картины-то найдены.

— А где драгоценности?! Где бандит?! — рычал Колесников.

— Драгоценности он прятал в другом месте, — объяснил Никольский. — На квартире Тамары Паскарь их не было.

— И что же это за место, майор? — ядовито поинтересовался генерал.

— Пока не знаю. — Сергей оставался спокоен.

— А вообще что вы знаете? Сыщик из вас — как из дерьма пуля! И одеты не по форме! — Колесников обратил негодующий взор на Белякова. — Распустил своих лоботрясов!

— Виноват, товарищ генерал! — вытянулся тот.

— А виноват — ответишь!.. Все ответите! Не поймаете Болбочана — будем разговаривать не здесь! — гремел генерал. Затем развернулся и, хлопнув дверью, вышел вон. Никольский, Беляков и Котов опустились на стулья, переводя дух.

— Не найдем, — сказал Котов. — Следов-то никаких.

— Одного боюсь, — задумчиво сообщил Беляков. — Выгонят — не успею на даче телефон поставить.

Людмила Ильинична ввела Никольского в гостиную.

— Рада видеть вас, молодой человек! — приветливо зажурчала она. — Очень рада! Спасибо, что согласились зайти. Мне звонил начальник вашего отделения. Вы нашли картины? Это правда?

— К сожалению, только картины, Людмила Ильинична, — сообщил Сергей.

— Я так вам признательна! — расцвела Людмила Ильинична. — Располагайтесь, пожалуйста.

— Благодарю вас, — Никольский устроился за столом.

— Наташенька! — позвала Людмила Ильинична.

Из кабинета вышла Наташа.

— Добрый день, — сказала она.

— Вы знакомы, кажется? — вспомнила Людмила Ильинична. — Мы с Наташенькой готовим выставку для музея частных коллекций. Займите гостя, дорогая. А я приготовлю кофе, — она улыбнулась Никольскому. — И вы все нам расскажете.

— Что сумею, — отозвался Сергей.

— Ну, не скромничайте, — снова улыбнулась Людмила Ильинична и вышла из гостиной.

Наташа и Сергей помолчали. С того самого дня они не виделись, и Сергей отчаянно тосковал по девушке, в которую, теперь-то ясно было, всерьез влюбился. Но позвонить ей не решался. Ибо позвонить самому, считал он, — значит признать свою готовность бросить работу в милиции. «Боже, какой же я дурак, что так думал!» — вдруг сейчас понял Никольский.

— Слушай, прости меня, а? — попросил он девушку.

— Молодец, — кивнула Наташа. — Хорошо начал. Первое, что нужно сделать, если женщина была не права, — это попросить у нее прощения.

— Нет, — не согласился Сергей. — Это я был не прав.

Наташа сразу порозовела, заулыбалась. Она тоже очень тосковала по Сергею все эти дни, но самой звонить ему, навязываться не позволяла гордость. А почему он не звонит, Наташа прекрасно понимала. «Глупый мой мент, — думала порой она. — Да оставайся ты охотником, другим тебя я, наверно, и не полюбила бы, это уже был бы не ты. Только оставайся живым охотником…»

— Глаза грустные. Опять побитый? — спросила Наташа ласково и чуть насмешливо.

— Морально… — вздохнул Сергей.

— Горе мое… — Взгляд ее лучился нежностью. — Тебе отвлечься надо. В Ленкоме премьера сегодня. Алеша звонил, обещал билеты достать. Пойдем?

— Да мне-то что… — пожал плечами Сергей. — Я могу и сходить, а ты бы лучше поостереглась.

— Почему? — вскинула голову Наташа.

— Сначала — театр, потом — кино, потом — ресторан… — Сергей лукаво прищурился.

— Ой, сто лет не была! Ресторан — обязательно! — воскликнула Наташа радостно.

— Потом — сама знаешь… — Он хитро посмотрел на нее.

— Нет, не знаю! — раскрыла глаза девушка.

— Гнусные домогательства! — изрек Сергей прокурорским голосом.

— А-а… — Наташа смущенно потупилась. — Стыдно признаться, но, боюсь, мне не устоять! — выдала она наконец, смеясь.

— Потом, как порядочный человек, я тебе предложение сделаю! — торжественно продолжал Сергей.

— Само собой, не отвертишься! — азартно воскликнула Наташа.

— Да мне-то что… — снова пожал плечами Сергей. — Я могу и сделать. Но подумай своей красивой головкой: как же ты с ментом жить будешь?

— Это не жизнь. Слезы, — притворно всхлипнула Наташа.

— Вот и я говорю! — подхватил он.

— А что остается бедной девушке? — вздохнула она. — Так и буду мучиться.

Подойдя к Сергею, Наташа уткнулась лицом ему в грудь.

В дверях гостиной появилась Людмила Ильинична с большим подносом, на котором располагался неописуемой прелести кофейный сервиз. Увидев неожиданную для себя сцену, она неловко попятилась.

За дверьми раздался грохот, — и в доме-музее стало меньше еще одним экспонатом.

В вестибюле театра толпилась премьерная публика. Наташа поправляла прическу у зеркала. Тарасов и Никольский стояли в очереди в гардероб. Никольский держал в руках плащ Натальи.

— Насколько я понимаю, все подозрения сняты, — заметил Тарасов, поведя глазами в сторону. — Говорил, не мучай девку. Хуже будет.

— Ты-то откуда знал? — насторожился Сергей.

— Предвидел, — солидно пояснил Алексей.

— Что именно? — спросил Никольский с дотошностью истинного мента.

— Полагаю, теперь она тебя мучает, — улыбнулся Тарасов. — Влип, дорогой.

— Прозорлив, — признался Никольский, успокаиваясь. — И к тому же — настоящий друг. Не можешь без того, чтобы сапогом да в душу…

Оба рассмеялись. Прозвенел звонок.

К Тарасову приблизилась царственного вида брюнетка — та самая Ирэна, которая была когда-то на презентации.

— Алешенька, давно не виделись! — обрадованно воскликнула она и вскользь бросила Никольскому: — Я стояла здесь, правда?

— Неотразима! — привычно восхитился Тарасов.