Антология современной французской драматургии. Том II
Шрифт:
ЧАРОДЕЙ (выходя из кибитки).Добрый вечер! Вечер добрый! Ночь нежна, а скоро и лето! Добрый вечер. А вот и я, такой как есть, без блесток, без чар, без большой загадочной шляпы, без прикрас, то бишь вооружен не более вашего.
НИКОЛА. Бряк! Наше вам с кисточкой!
ЧАРОДЕЙ. Так, по-вашему, в мире нет ничего необъяснимого, молодой человек? Солнце светит, земля вращается, перелетные птицы год спустя возвращаются к тому же окошку — и это все объяснимо? И в основе всего фокус?
АМФИТРИОН. Совершенно верно.
ЧАРОДЕЙ. А если на ваших глазах эта красная лампочка станет синей?
АМФИТРИОН. Фокус!
АЛКМЕНА. Браво!
ЧАРОДЕЙ. А голубка в вашем кармане?
АМФИТРИОН. Фокус!
АЛКМЕНА. Браво!
АМФИТРИОН. Даже если на наши головы прольется золотой дождь…
…даже если в саду раздастся храп единорога…
…даже если вдали заиграют три трубы…
АЛКМЕНА. Какая прелесть!
АМФИТРИОН. Фокус!
ЧАРОДЕЙ. А что вы скажете, если я обернусь вами, а вы мною?
НИКОЛА. Это вам не фунт изюма! Это уже серьезно!
АМФИТРИОН. А что, прекрасная мысль!
ЧАРОДЕЙ. А вы не испугаетесь очутиться в самой гуще событий?
АМФИТРИОН. Испугаюсь?
АЛКМЕНА. Мы собирались домой.
АМФИТРИОН. Ты же видишь, он обманывает.
АЛКМЕНА. Мне страшно.
АМФИТРИОН. Ну и глупо.
АЛКМЕНА. Какой-то необъяснимый страх охватил меня.
АМФИТРИОН. Приступим. Каковы правила игры?
ЧАРОДЕЙ. Вы залезаете вот в этот сундук, а я — вот в этот шкаф. Вы, сударыня, пропоете заклинание, нацарапанное вот здесь, на мелодию «Мадлон».
АЛКМЕНА. Я пою не слишком чисто.
ЧАРОДЕЙ. Ничего, мы вас простим. Набросьте на сундук и шкаф два шелковых платка, один с изображением луны, другой — солнца, и мы поменяемся местами.
НИКОЛА. Хозяин, давайте уж начнем, что ли?
АМФИТРИОН. К делу.
ЧАРОДЕЙ. Вы лезете в сундук, я — в шкаф.
АЛКМЕНА. А я исполню песенку.
ЧАРОДЕЙ. Забыл совсем! Этот фокус сработает, только если в него верить.
НИКОЛА. Так надежней.
АМФИТРИОН. Видишь, мне ничего не грозит.
АЛКМЕНА. До свиданья, любимый.
НИКОЛА. До свиданья, хозяин.
АЛКМЕНА. Дорогой, все в порядке?
АМФИТРИОН (из сундука).Да. Пой!
АЛКМЕНА. Пою. Я словно сплю наяву. Сама виновата! Ну хорошо, начинаю.
Родила корова сына. До чего хорош! И всего-то облизала, чище не найдешь. Увидал сынишку бык, взревел: «Ого-го-о! Не теленок, а картинка, назовем Пьеро!»Ну и глупость! Лучше бы уж какая-нибудь абракадабра, чем такое. Второй куплет.
Родила жирафа сына — краше не сыскать. Причесала модно, стильно, глаз не оторвать! Увидал потомка папа, горд и счастлив он: «Наречем малютку славным именем Леон!»Глупее некуда.
НИКОЛА. Хоть стой, хоть падай.
АЛКМЕНА.
Родила лягушка сына и для малыша Сшила новенький костюм из стеблей камыша. Увидал ребенка папа, страшно горд и рад, Потрясен и удивлен: будет Эдуард.Удручающее сочинение. Последний куплет.
Так давай принарядись, милочка-краса, Жизнь закончив, вознесешься прямо в небеса. Там, кружася среди звезд пути Млечного, Имя ты свое услышишь от Отца Предвечного.Странная концовка. Вроде все!
АМФИТРИОН/ЧАРОДЕЙ. Что делать? Смеяться или плакать? И к чему я все это затеял?
В гневе чего только не натворишь! Вот уж действительно подходящее место нашел — сундук! Что за несусветная чушь! А где тот, другой?
НИКОЛА. Хозяин, где вы? Хозяин!
АМФИТРИОН/ЧАРОДЕЙ. Должно быть, сбежал, ничего не поделаешь.
НИКОЛА. Он сбежал. Бежим и мы. (Убегает.)
АМФИТРИОН/ЧАРОДЕЙ. Жду твоих извинений.
АЛКМЕНА. Прости. Чего еще желать? Моя жизнь такова, какова есть. Пойдем домой.
АМФИТРИОН/ЧАРОДЕЙ. Пожалуй. Здесь жутковато.
АЛКМЕНА. Обижаешься?
АМФИТРИОН/ЧАРОДЕЙ. Взгляни на меня, розочка.
АЛКМЕНА. Сколько лет ты меня так не называл.