Чтение онлайн

Как видно, интернет-технологии оказались весьма непростым, а в некоторых случаях и небезопасным инструментом мифотворчества. В рассматриваемом случае вовлечение большого числа участников в совместную смыслообразующую деятельность в рамках крупных социальных проектов привело к потере контроля над процессом и в конечном счете к частичной девальвации мифа. Нетрудно догадаться, что во имя спасения мифов в жертву были принесены их антагонисты.

Таким образом, вполне очевидно, что создание мифов, попытки их разрушения или, наоборот, реконструкции, а также война мифов — все это является неотъемлемой частью политического процесса на Украине. Борьба главных политических сил и их лидеров за контроль над сознанием избирателей с помощью мифов имеет как своих победителей, так и своих побежденных. Выиграть это противоборство можно, только овладев искусством мифотворчества и усвоив его закономерности. Как представляется, из украинских политиков ближе всех к пониманию этих процессов подошла Юлия Тимошенко. По сути, ей удалось на какое-то время навязать значительной части украинского общества мифологизированную модель мироздания, присвоив себе роль пророка и творца. Эту репутацию «эпической» героини, конечно же, заметно подпортили контрмифы и антимифы, но они оказались не в состоянии необратимо девальвировать её романтический и воинственный образ. Миф и контрмиф имеют общую питательную среду, но разных потребителей, что и объясняет длительность их сосуществования.

С появлением на политической арене Юлии Тимошенко внешность украинских политиков, мода, образ и стиль жизни киевских «верхов», а также особенности гардероба, аксессуаров и причесок «премьер-министра в юбке» стали постоянной темой для украинских СМИ. Надо признать, что оснований для такого интереса более чем достаточно, ибо политические подмостки после выхода на них Тимошенко расцвели всеми цветами радуги и довольно скоро превратились в бесконечное дефиле.

Трансформация её внешнего облика была весьма впечатляющей. В 1996 году, по свидетельству очевидцев, перед киевлянами предстала хрупкая, миловидная, но безвкусно и аляповато одетая дама с провинциальным макияжем. И вот тогда, по одной из версий, Павел Лазаренко якобы попросил столичных имиджмейкеров поработать над образом бизнес-леди из Днепропетровска [348] . Через полгода — год её нестандартное поведение и броскую внешность уже заметили в столичных политических кругах.

После «оранжевой революции» и на Западе о ней заговорили как

О необычайно привлекательной, иконоподобной героине. На персональном сайте Юлии Тимошенко заботливо помещены восторженные отзывы западных журналистов о её поразительной прическе, о шокирующей силе её гипнотического взгляда, о тихой, но завораживающей манере говорить и о вечно обновляющемся имидже [349] . Очарованные эксперты отмечали, что она, вероятно, единственный современный политик (за исключением разве что Фиделя Кастро), чья прическа и манера одеваться задают тон моде [350] , что иконописная внешность и зажигательная риторика во время «оранжевой революции» принесли ей мировую славу и превратили в одного из наиболее узнаваемых политиков Восточной Европы [351] и что в конце концов яркая внешность помогла ей стать «культурным явлением мирового масштаба».

Эти, а также многие другие высказывания подобного рода кроме искреннего восхищения и вполне понятного желания отдать должное женской красоте означают еще. и другое. Прежде всего, они служат еще одним подтверждением повышенного (если не сказать гипертрофированного) внимания участников политической коммуникации — и женщин, и мужчин — к своей внешности. Известно, что внешность можно рассматривать как некий культурный «текст», который обладает определенной информацией о своем «носителе» и может сказать многое не только об индивидуальных особенностях отдельных персон, но и о тех или иных политических реалиях. В этом смысле «политическое тело» [352] Юлии Тимошенко представляет собой отдельный феномен.

Как полагают некоторые специалисты, российский политический дискурс всегда уделял внимание «знакам телесности». Последнее по времени увлечение этой темой в России совпало с премьерским дебютом В. В. Путина [353] . На Украине подобное увлечение определенно следует связывать с фигурой Юлии Тимошенко, причем возникло оно не с момента завоевания ею поста премьера или с началом её политической карьеры, а значительно раньше — со времени основания её газового бизнеса.

Наблюдая трансформации образа Юлии Тимошенко, можно выделить несколько явных стадий перевоплощения. Первая — это её, так сказать, «дополитическое тело», в котором она существовала почти до 1997 года. С началом политической карьеры в качестве народного депутата Верховной Рады (конец 1996 — начало 1997 года) довольно быстро формируется собственно «политическое тело», которое временами превращалось в «тело внеполитическое» или неофициальное (хотя с годами все реже и на более короткие промежутки времени). Уместно также говорить о параллельном существовании её «тела» в реальном и виртуальном пространстве. И хотя первое является фундаментом второго, каждое из них живет своей жизнью и существует по своим законам.

Метаморфозы «политической телесности» Тимошенко имеют собственную хронологию. С определенной долей условности в ней можно выделить три главных периода: (1) «дооранжевый» (конец 1996 — конец 2004 года); (2) «оранжевый» (конец 2004 — середина 2005 года); (3) «посторанжевый» (с середины 2005 года по настоящее время). Внутри этих периодов существуют более короткие, но достаточно значимые для формирования образа временные промежутки, например тюремное заключение в 2001 году или переходы из оппозиции во власть и наоборот.

Время, в течение которого Тимошенко занималась мелким, а затем и крупным бизнесом, было также временем разнообразных телесноимиджевых экспериментов, направленных на достижение делового успеха. Предпринимательская деятельность постепенно научила Тимошенко использовать собственное тело как инструмент ведения бизнеса. Именно тогда ей пришлось на практике осваивать технику ведения переговоров, искусство поддержания долгосрочных контактов, методики влияния на конкурентов и партнеров, а также многое другое, что позволяло более успешно работать в условиях конкуренции с высокопоставленными и опытными контрагентами.

Это сегодня ни для кого не секрет, насколько успех в бизнесе может зависеть от удачно оформленных мыслей и действий человека, какое значение имеют пластика, мимика, жесты, тон голоса, манера говорить, сидеть, стоять, одеваться и т.п. [354] . Современные топ-менеджеры имеют возможность учиться эффективному поведению тела в бизнесе у профессионалов. А в начале — середине 90-х гг. провинциальной молодой бизнесвумен нужно было овладевать всем этим в кратчайшие сроки без помощи специалистов, опираясь на собственный опыт и интуицию. В постижении искусства предъявлять себя миру Юлия Тимошенко прошла непростой, полный весьма рискованных экспериментов путь, который на первых порах можно было бы охарактеризовать как постижение и приумножение власти тела.

Тимошенко довольно быстро освоилась с ролью главы вначале Корпорации «Украинский бензин», а затем и «Единых энергетических систем Украины». По утверждению её биографов, на деловых переговорах она великолепно владела собой: «Она умела и напустить на себя простовато-доверчивый вид, и ножку показать, и улыбнуться, разряжая ситуацию, и жестко одернуть зарвавшегося партнера. Когда надо, она бывала холодна или с легкостью имитировала душевность» [355] . В этот период в одежде Юлию Тимошенко присутствовал в основном строгий деловой стиль. Тогда же проявились некоторые устойчивые особенности её вкуса. Одна из них состояла в том, что она не носила брюк, предпочитая юбки, а впоследствии — платья. Другой отличительной чертой стала её страсть к очень высоким каблукам. Именно на них Юлия Тимошенко прошла большую часть длительного пути от предпринимателя до премьера. Еще одна бросающаяся в глаза деталь — это частые эксперименты с прической и цветом волос. С помощью парикмахерских манипуляций Юлии Тимошенко нередко удавалось мгновенно преображаться, не прибегая при этом к радикальной смене гардероба.