Чтение онлайн

Она рассмеялась.

— Моя сестра не любит принимать гостей, особенно мужчин, в её «священном пространстве». Не говоря уже о том, что она утверждала, что ты под запретом, потому что вы работаете вместе.

Тахира огорчённо посмотрела на Рану. Молодая женщина, казалось, даже не заметила и не заботилась о том, что смущает сестру. Шакал зарычал внутри него.

— Ну, я могу быть очень убедительным, когда захочу. Я новичок в городе, и Тахира — отличная компания, — ответил он.

— С каких это пор? Если только вы не говорите о людях, умерших пять тысяч лет назад, она не поймёт, о ком ты говоришь. Она даже не сможет назвать десять популярных кинозвезд.

— Где ты была, сестра? — Тахира прервала её.

— Сегодня вечером я была на личном мероприятии Валида. Ты принял таблетки, Исаак?

— Да, мама.

— Хорошо, тогда собирай вещи, и мы пойдём, — сказала Рана. Исаак пошёл в коридор, чтобы собрать ещё несколько книг, с которыми он играл, а Тахира набросилась на сестру.

— Тебе нужно перестать работать на Валида, Рана. Он опасен, — прошептала она.

— Говорит женщина, у которой на диване сидит Ахом. Без обид, Анубис, но я знаю, кто твой кузен, и я не такая доверчивая, как Тахира.

Тахира встала между ними прежде, чем Анубис успел произнести хоть слово.

— И тем не менее, ты работаешь на Валида? Ты знаешь, что он пытался ограбить объект прошлой ночью. Я была там!

— Ты была? Что случилось с… — Рана оборвала себя.

— Значит, ты знала. Я не могу тебе верить, — прошипела Тахира.

Блестящая улыбка Раны исчезла.

— Ты не понимаешь. Я не могу просто перестать работать на него. Не могу…

— Я готов, мама, — прервал её Исаак. Тахира взяла его на руки и поцеловала на прощание в голову, а Анубис подмигнул ему.

— Нам нужно поговорить, и как можно скорее. Этот разговор ещё не окончен, — предупредила Тахира сестру.

— Да, позвони мне. Или нет. Это не имеет значения. — Рана вывела растерянного Исаака из квартиры и закрыла дверь.

Тахира закрыла лицо руками и застонала.

— Иногда мне так сильно хочется её ударить. Она всегда была самой эгоистичной засранкой на свете.

— По крайней мере, её сын больше похож на тебя, чем на неё. Она такая… громкая, — дипломатично ответил Анубис. Рана также расстроила Тахиру больше, чем она думала, а если и расстроила, то ей было всё равно. Он ненавидел то, что запах Тахиры изменился, когда её стресс усилился.

Тахира поморщилась.

— Громко — это для неё только слово. Мне жаль, что вечер закончился так.

— Не надо. Хорошо, что ты есть у Исаака. Поверь мне, по моему опыту, тётушки всё равно лучше матери.

— Спасибо.

— Теперь, доктор Эскандер, я хочу обсудить то, что сказала Рана о том, что ты, очевидно, сказала ей, что я под запретом? С каких это пор? — спросил Анубис, изогнув бровь. Флирт с Тахирой всегда заставлял её выходить из себя, и это быстро становилось одним из любимых занятий Анубиса.

— С тех пор, как ты ступил на объект! Я не хотела, чтобы она тёрлась о тебя, как кошка во время течки, — пробормотала Тахира.

Анубис поднялся на ноги и начал сокращать расстояние между ними.

— Так это не значит, что ты хотела оставить меня при себе?

Тахира фыркнула.

— Нет! Это потому, что я не хотела, чтобы она каждый день приходила на площадку и демонстрировала всем свои идеальные сиськи.

— Всем. Не только мне?

— Хорошо. Я не хотела, чтобы она была рядом с тобой, потому что она такая… Рана. Может быть, я уже знала, что ты мне нравишься после торжества. Совсем немного. Потому что ты понимаешь очарование мёртвых. — Тахира отступала от него, не осознавая, что её преследуют, пока её спина не упёрлась в стену.

— Я тебе нравлюсь лишь немного? — Анубис положил руки по обе стороны от неё и коснулся её кончиком носа. Он слышал, как участилось сердцебиение Тахиры, пульс на её шее дрожал и умолял его прижаться к ней губами. Бог мёртвых расположил свою ногу между её ногами, и её запах изменился, становясь сладким от возбуждения.

Намного лучше.

— Да, только немного, потому что я тебя не знала. До сих пор не знаю. Не совсем, — бессвязно сказала Тахира.

— Да. Мы прекрасно знаем друг друга. Раньше ты разговаривала со мной в облике шакала, и мы были хорошими друзьями. Я помню. Мы знали друг друга достаточно долго, и я знал, что мне придётся бороться с проклятием, чтобы освободиться от него ещё в облике шакала, чтобы я мог вернуться к тебе, — ответил Анубис, обхватив рукой подбородок Тахиры и приподняв его. Её глаза были полны уязвимости, которую он никогда раньше не видел.

— Я не понимаю почему. Я просто… Тахира, — ответила она.

— Именно это я и имею в виду.

— Нет, ты не понимаешь. Рана была права. Я не нахожу ничего интересного в том, что делают нормальные люди. Я скучный человек, который работает и не встречается. Я даже никогда не приводила сюда мужчину, потому что я действительно ненавижу других людей в моём пространстве.

— Спасибо всем Огдоадам за это. Я бы сошёл с ума, если бы почувствовал запах ещё одного мужчины здесь, на моей территории.

Тахира нахмурилась.

— Это шакал? Потому что я не знаю, нравится ли мне, что ты называешь мою квартиру своей территорией.

— Ты привыкнешь. — Анубис коснулся её губ своими, и у нее перехватило дыхание.

— Такое ощущение, что всё происходит очень быстро, — прошептала Тахира.

— Не для меня. Пять тысяч лет я был шакалом, и никто не мог мне помочь за всё это время. Даже Гермес. Это ты напомнила мне, кем я был, Тахира. Только ты, такая, какая ты есть. Я никогда не видел кого-то ещё, и теперь не могу отвести взгляд, и тебе придётся с этим смириться.

На этот раз, когда Анубис поцеловал её, руки Тахиры легли на его бёдра, притягивая его ближе. Её рот жаждал его, и Анубис позволил ей взять от себя всё что она хотела, любя её страсть и то, как её кожа пылала напротив него.

Его рука оторвалась от стены, чтобы схватить её прекрасную задницу и притянуть к себе. Он толкнулся между её бедрами. Тахира тихонько заскулила, и этот звук побудил его сделать это ещё раз. Ему хотелось встать перед ней на колени, и попробовать на вкус её сладкую киску, пока она не заплачет от удовольствия.

У Тахиры были другие идеи. Её руки потянулись к пряжке его ремня, расстегнули её и верхнюю часть его джинсов, чтобы можно было просунуть руку внутрь. Она остановилась, её губы изогнулись, когда она почувствовала, насколько он большой.

Анубис не остановил её — не стал бы, даже если бы в этот момент мир решил рухнуть. Он был твёрд, как камень, и с каждым мягким сжатием и поглаживанием он целовал её сильнее и глубже.

— Черт, Анубис, мне нужно его поцеловать, — простонала она.

— Твои губы приветствуются в любой части меня, сладкая, — ответил Анубис. Тахире не нужно было второе приглашение. Она упала на колени и высвободила его член.