Чтение онлайн

В ожидании ужина Джэй рассказывал о приключениях в общине. Айя поражалась, как много в его рассказах осталось и для нее, чего она еще не слышала. У меня же ничего не изменилось – я, как и прежде, втайне от всех любовалась им.

Когда принесли нам блюда и официант расставил их, разговоры вокруг нас смолкли. Мы услышали новостную мелодию и переключили внимание, как и все, на экран телевизора.

Я впервые услышала, что вторые сутки подряд город содрогается от ужасающих новостей. Какой-то сверх-бесчеловечный маньяк вторую ночь подряд нападает на беременных девушек и только на тех из них, кто ожидает первенца. В репортаже говорили, что больной человек, одержимый манией, с особой жестокостью расправляется с ними. И мало того, позапрошлой ночью была одна жертва, а прошедшая ночь явилась смертельной для двух будущих матерей. Во всех трех случаях ни мам, ни малышей так и не удалось спасти. Полиция сбилась с ног в поисках, но результатов до сих пор это не дало.

После неутешительной новости о безрезультатных поисках хозяин заведения выключил телевизор. Посетители вернулись к тарелкам и, как бы они ни старались украдкой посмотреть в сторону Айи, скрыть им этого не удавалось.

У Айи изменилось настроение, и совершенно определенно, с непримиримостью к дискуссии в голосе, она сказала:

– Джэй, я хочу на ближайшее время, пока не найдут маньяка, покинуть город.

– Но… – начал было Джэй, обдумывая.

Айя его перебила:

– Милый, я понимаю, что ты соскучился по нам, и мы тебя так долго ждали. Но когда ты уходишь на работу, уже второй день я не чувствую себя в безопасности, особенно когда ты задерживаешься допоздна. Просто я не говорила тебе об этом. Я понимаю, с продолжительной поездкой у тебя накопилась большая куча дел. Только я боюсь, что не смогу и дальше выдерживать такое внутреннее напряжение. Тем более с сегодняшнего дня моя беременность служит поводом для разговора совершенно посторонних мне людей. Я уверена: эта же участь постигает каждую, кто ждет сейчас ребенка.

– Хорошо, хорошо, Айя, я и сам второй день думаю об этом.

– Извините нас, Ануш, – обратилась ко мне Айя.

Я сидела словно обескровленная. Воспоминания о повторявшихся вторую ночь подряд снах вперемешку с услышанным в новостях проносились в голове, соревнуясь, кто из них более ярок.

– Ануш, с тобой все в порядке? – поинтересовался Джэй.

Я обратила внимание на них, возвращая мысли к нашему столику.

– Да. Все хорошо, извините.

– Наверное, вы не в курсе? – спросила Айя и, сочувствуя мне, положила руку на мою ладонь.

От ее прикосновения я почувствовала неловкость и с трудом сдержалась, чтобы не отдернуть руку.

– Второй день мне не удается ни прочитать, ни послушать ничего новостного.

– Ах, как мы вас понимаем. Когда мы учились, у нас с Джэем тоже не хватало времени ни на что другое. Давайте отдохнем от всего, – обратилась к нам Айя и, убрав с моей ладони руку, взялась за приборы. – Не портить же прекрасно начатый вечер.

Каждому из нас так и не удалось поднять настроение. Единственное, когда Айя отлучалась, мы с Джэем, не разговаривая, смотрели друг на друга. Я не знаю, как Джэю, но мне хотелось сказать ему многое. Боясь перемен моего к нему настроения, когда придет Айя, я предпочитала молчать. Так мне было проще возвращаться к беседе в окружении его второй половинки.

Я думаю, что Джэю заговорить со мной не позволяло чувство такта по отношению к Айе. В ее отсутствие ему, наверное, не хотелось, чтобы двойственность между нами и его супругой обрела наглядные рамки. В силу обстоятельств мы просто сидели без Айи, и каждый думал о своем. Но я еще и ощущала, что между нами ничего не угасло.

Мы расстались прямо у паба. В силу позднего времени Айя заметно устала, и я выдумала причину, благодаря чему Джэй смог вызвать такси для Айи и себя. Я сказала, что на соседней улице живет моя подруга и что я собиралась у нее остаться до утра. На что повосторгалась Айя, с обожанием говоря о посиделках подруг, и попросила меня, как спасительницу, не забывать о ней и предложила заходить к ним в гости. Джэю она наказала помогать мне, тем более что она узнала о моем увлечении майя. В связи с последним Айя упомянула о пресловутой системе тьюторства, обеспечивающей пропуск в страну знаний при тесном контакте между студентом и преподавателем. Джэй добавил, что для консультаций он всегда открыт студентам.

После их отъезда я решила потянуть время, чтобы отодвинуть начало сна. Но когда бродила по вечерним улочкам, напряжение от того кошмара, который может повториться в предстоящую ночь, во мне возрастало. Настал момент, когда мне было необходимо взять себя в руки: от внутреннего напряжения меня бросило в озноб, несмотря на теплый вечер.

Среди строений, что сродни средневековым крепостям, чьи серо-пепельные соборы строгими шпилями пронизывают небо, а газоны похожи на вечнозеленые ковры, я переключила внимание на воспоминания, связанные с Джэем, в особенности, что произошло этим вечером. Когда-то, с нетерпением ожидая с ним встречу, я даже порадовалась, что она произошла именно так, совместно с Айей. Ничего нового я не узнала, но благодаря Айе, хоть это и покажется странным, получалось так, что она спасла меня.

Конечно, я долго ждала той минуты, когда снова увижу Джея. Долго к ней готовилась. И, как это часто бывает, время встретиться настает совершенно неожиданно и непременно застанет тебя врасплох. Во время встречи я поняла, насколько не была готова. Произойди наша встреча сегодня без Айи, я не смогла бы пережить, что его чувства ко мне охладели. Или, к примеру, я не смогла бы спокойно выслушать то, что он, несмотря на нашу долгую разлуку, спешит к жене. Равно как и то, что у них уже родился ребенок. Или, что самое страшное для меня, сразу же во время первой встречи услышать его откровение, что он давно забыл обо мне. А так – мы мило посидели, Джэй никуда не спешил, и я ничего обидного не услышала. Мне можно себе смело признаться, что встреча прошла для меня счастливо.

В скором времени мое настроение могло омрачиться. Лежа в постели, я буквально готовилась ко сну. Ночью во время сна тело тьмы могло сыграть очередную злую шутку со мной. Предположение о связи между двумя прошедшими снами и новостными фактами меня приводило в ужас. Можно ли было мне думать, что я непричастна к трагедиям?

И вот теперь предстоящей ночью во сне я могла ожидать от себя все, что угодно. Тем более что я встретилась с Джэем и его супругой наяву, чего так долго добивалась ночью.

Меня передернуло от снова появившегося в теле озноба. Я повернулась на бок. С головой накрылась одеялом и, неприкрытыми оставляя нос и рот, приступила к чтению молитвы «Отче наш», помня ее наизусть после многолетнего посещения церкви.

Всецело погруженная в жуть происходящего со мной, я нехотя проснулась. На теле почувствовала капельки холодного пота. С вернувшимся пониманием того, что я нахожусь в своей комнате, обратила внимание на звук будильника сотового телефона и тут же его отключила. Я села на кровати и поджала под себя ноги.

Слово в слово и шаг за шагом сон повторился. Но, когда проснулась, поняла, каким ужасом предстали события, снова произошедшие этой ночью. Там, во сне, я чувствовала себя иначе и отныне я упивалась во сне происходящим.

Хватая пульт, я включила телевизор. Новости вещали о ночном кошмаре, от чего у меня сильнее заледенило в душе. Врачи так и не смогли спасти ни будущую маму, ни ее внутриутробного младенца. Имя жертвы не называлось, а значит, это могла быть и Айя.

Я швырнула пульт в телевизор. Врезаясь, он развалился на части, которые разлетелись по сторонам. Дрожащими руками я закрыла лицо, обессиленная, свалилась на подушку и приглушенно завопила от безысходности.

Холодный душ не помог привести чувства в порядок. И только общение с сокурсниками во время завтрака, где я не смогла есть, а выпила чай, более-менее отвлекло меня. Иначе мне, удрученной мыслью о ночном кошмаре, впору бросаться с какого-нибудь многоэтажного дома, чтобы облегчить душу. Конечно, я помнила, что моя смерть не сможет предотвратить происходящего по ночам, тем более такая, а, следовательно, в дальнейшем может статься и так, что начнут происходить куда более чудовищные трагедии, нежели посягательство на мать с нерожденным ребенком.