Чтение онлайн

Медленно, не спеша, пришло время родов. При первой же схватке, последовавшей после того как во время завтрака у меня отошли воды, Брейв отвел меня в давно подготовленную комнату, и установил купол тишины. Тут мы и сидели с ним сейчас, попивая водичку и играли в карты, в простого переводного дурака. Пока счет был пять три в мою пользу и муж обещал отдать проигрыш пирожками, которые только сможет выпросить у Самаш. Кухарка просто обожала этого прохвоста, и баловала постоянно, чем тот и пользовался.

– Перевожу, - подложив восемь крест к его паре восьмерок. Если участь, что козырная еще лежала на столе, то отбываться моему милому придется точно. Накатывало пока не особо сильно, и не чаще чем раз в пять минут. Чем еще заниматься еще примерно пару часов я не знала, а дальше он обещал меня обезболить и помочь родить быстро. Главное дождаться раскрытия на три пальца.

– Редиска ты моя вредная, - покачал он головой, но отбился десятками, причем одной из них была козырь черви. Ухмыльнувшись подложила еще одну до кучи, - валет! – вскрикнул муж, наивно полагая, что я не смогу подложить. Поиграв бровями, я добавила парочку ему и он с рычанием загреб всю кучу карт. А я набрала свеженьких карт, получив два туза и козырного короля.

– Ну кто так играет? Кто валит любимого мужа и даже не стесняется! – Возмущался он, раскладывая веер карт так, как ему было удобно.

– А почему этот самый муж не выйдет к дорогим побратимам с новостями о том, что процесс еще даже не начался? – показав язык спросила у него. Нервно передернув плечами, он оглянулся на дверь, но морщинка на лбу убедили меня, что никуда этот прохвост точно не пойдет.

– Ну уж нет! Я так долго готовил их к мысли, что иногда роды длятся до двадцати часов и это вторые. Что это все столь сложный, требующий полной концентрации процесс, что отвлекать нас с тобой нельзя даже если начнется конец света. Так чего же сейчас выходить и сознаваться во лжи?

– Я не понимаю зачем ты это все выдумал? – продолжая игру, явно обыгрывая не опытного мужчину.

– Понимаешь малышка. Как-то раз я был на одних родах со своим учителем, и там бедный старец подзадолбался орать отцам «пошли вон!» и «занято». Я думал, что вот-вот он сорвется и отправиться усыплять этих нервных козлов, оставив рычащую проклятие почти мать. Так что я учел его ошибки, и рассказал нужную мне правду, тем более бывают и такие затяжные роды, ну это если маг принимающий недоумок или вообще все идет само собой. Но там и разрывы сильные бывают, и кровотечения, и осложнения. Но тебе это не грозит! – заметив мой страх быстро поправился он. – Я ведь еще и эмпат, пусть и совсем капельку, но я точно смогу сказать, когда пора будет растягивать тебя, используя легкие импульсы магии целителей. Отключу большую часть чувствительных рецепторов, и ты даже слезинки не проронишь, как я приложу к твоей груди наше чудо.

– Это хорошо. – закончила игру, я уже не особо желала новой победы. Но подловить меня у Брейва не выходило и подвинув ему карты на тасование, встала пройдя по комнате. Нервозность была, куда уж без нее, но моему целителю я верила. Он успокаивал меня только своим присутствием.

– Ну что, раздвинешь для меня свои ножки, а любимая? – спросил он, обняв за плечи и направив к жесткой кушетке, застеленной пеленками жесткой кушетки, специально купленной для родов.

– Как-то пошло звучит, не находишь? – Усмехнулась я, погладив огромный шевелящийся, сводимый судорогами живот.

– Конечно нахожу. А еще я больше всех твоих мужей видел тебя голенькой снизу за эти месяцы! – Гордо выдал этот пошляк. – Я может и врач, но еще и твой истинный и это меня приятно будоражило, зажигая кровь.

– Вот дождешься, и я вымою тебе рот с мылом, - осторожно опустившись на ровную поверхность, улеглась на спину с его помощью, уже привычно позволила раз вести ноги, для осмотра.

– Какие у тебя странные фантазии, вообще не эротические - хмыкнул он, прощупав и уверенно кивнув. – Как поступим? Я могу прям сейчас спровоцировать стремительные роды, и через два часа ты принимающая поздравления страждущих, или поиграем еще часа два, но боюсь от того количества пирожков, что я буду тебе должен скормить ты точно лопнешь.

– А ты бы что выбрал? – Было страшно перед неизвестностью, перед ожидаемой болью без которой не могут пройти ни одни роды. Пускай мне и обещали облегчить часть процесса, до конца он убрать все не сможет.

– Головка спустилась, змей мелкий, роды будут легкие. Я за стремительные. И уже через час после родов, я залечу все возможные разки, и разрешу поесть, а потом и покормить маленького проглотика.

– Ты же сказал, что будет без разрывов? – Нахмурилась я.

– И я не отказываюсь, просто внутренних небольших повреждений никак не избежать. Это заложено природой, ведь еще и нужно вытащить из тебя детское место, а оно всегда вызывает небольшое кровотечение. Да и сокращение матки... Анют, я не хочу пугать тебя непонятными процессами, но ты же веришь мне? Я всегда буду делать все возможное для твоего комфорта. Я отдам тебе все свои силы тебе, только не бойся. – скорбно погладив живот, сознался маг.

– Тогда давай, - кивнула я.

Брейв вымыл руки, слегка подрагивающие, но других я бы к себе не подпустила. Потом подкатил люльку для младенчика, и начался мои адские два часа. Ноющая противная боль переходила в судороги усиливших схваток. Родной голос убеждал не сжиматься, дышать глубоко и тужиться точно по команде. Сам целитель едва не кусал себе губы, слушая мои стоны и всхлипы. Каждый раз он сам сжимался, словно тужился вместе со мной, проводил рукой, помогая малышу выходить, а когда раздался детский вскрик, принялся меня хвалить, быстро диагностируя сыночка. Приложив его к моей груди попросил пока не смотреть вниз, а покормить наше чудо. Кровный сын Яттона был бледнокожим, с чуть припухшим личиком, черным пушком на голове, с маленькими ушками, плотно прилегающими к голове, и алыми губками. Глазки пока были серыми, но вот курносый носик и щечки меня покорили.

– Ну как тебе?
– спросил мой муж, целуя меня в лоб, и протирая лицо от пота мокрым полотенцем. Откинув не нужную ткань, он погладил по детской макушке новорожденного едва касаясь.
– Правда он у нас красавец?

– Да. Чуда наше! – Я не могла отвести взгляд от моего крошки, забывая о том, как сложно было буквально десять минут назад.

– Угу. Весь в папу и маму получился. Красивенький, аж затискать хочется, и это мне, тому кто за свою практику видел сотни детей в год. – Усмехнулся мой бывалый целитель.

– Это в тебе родительская любовь говорит. – Открыла ему глаза на истину для всех моих мужей, прошедших обряд.

– Может быть, но я скажу тебе точно, когда ты прижмешь к груди моего собственного сына или дочку. Сравню и отвечу точно ошибаешься ты или нет. – Поцеловав меня еще раз он, оторвал от соска кроху и бережно переложил в стоящую тут кровать, завернув в пеленки и укутал одеялом. – Пойдем в душ, смоем всю кровь и пот. Переоденемся, я почищу тот все, и покажем этим пьяницам наследника номер раз.

– В каком смысле пьяницам? – Спросила я вставая с кушетки, и следуя за Брейвом, опираясь на его руку.

– Да там твои старшие детки прибыли успокаивать нервы отцов с бочонком коньяка. Пока они только набрались, но еще не захмелели от нервного напряжения. Я смогу их отрезвить, спровоцировав очищение желудка естественным способом, но тогда они и через два часа не приползут к тебе. А так, сейчас быстренько представим, и отправим полоскать кишочки и вспоминать что умение думать им дана не просто так. А сами поедим и спать завалимся. К вечеру они будут зелененькие как огурчики, но зато без похмелья и перегара.