Чтение онлайн

— Ну что ты, мой бедный мальчик, видел и не раз, — раздраженно сказала Анжелика. — Ты просто должен посмотреть вокруг себя, вместо того чтобы кусать ногти и дрожать, как пойманная муха. А если хочешь мне понравиться, расскажи-ка лучше еще о твоем шоколаде, вместо того чтобы расточать понапрасну комплименты. Но увидев жалкое выражение лица Давида, Анжелика попыталась его ободрить. Она подумала, что не стоит отталкивать мальчишку, ведь со своим королевским патентом Давид может быть ей полезен.

Она рассмеялась:

— Увы, дружок, мне уже не пятнадцать лет. Посмотри, я старая. У меня даже появились седые волосы.

И Анжелика извлекла из-под чепца прядь волос, которая так неожиданно побелела во время страшной ночи в предместье Сен-Дени.

— А где Флипо? — продолжила Анжелика, оглядываясь вокруг. — Неужели этот маленький негодник взялся за старое?

Она была несколько встревожена, опасаясь, что Флипо, попав в шумную толпу, вновь попытается опробовать на деле науку Хвастуна-Срежь-Кошель.

— Зря вы заботитесь об этом маленьком мошеннике, — заявил Давид, снедаемый жестокой ревностью. — Я только что видел, как он обменивается какими-то знаками с отвратительным нищим, покрытым гнойниками, оборванцем, который просит милостыню там, перед церковью. Потом мальчишка умчался… вместе с корзиной провизии. Мой дядя опять будет сердиться!

— Ты все видишь в черном цвете, мой бедный Давид.

— Да что ж делать, если мне сроду не везет!

— Давай-ка вернемся и отыщем этого плутишку.

Но тут они увидели, что мальчишка со всех ног сам бежит им навстречу. Анжелика была рада увидеть его лицо с умными, живыми глазами парижского воробья, с покрасневшим носом, с длинными жесткими волосами, прикрытыми большой мятой фетровой шляпой. Она уже привязалась к этому пареньку, как и к маленькому Лино, которого два раза спасала из лап Гнилого Жана.

— Что я тебе сейчас расскажу, Маркиза Ангелов! — задыхаясь, выкрикнул Флипо, от волнения позабывший все наставления Анжелики. — Знаешь, кого избрали новым Великим Кесарем? Деревянного Зада, да, моя дорогая, нашего Деревянного Зада!

Он понизил голос и испуганно зашептал:

— А еще мне сказали: берегитесь, парни, вы прячетесь под юбками предательницы!

Анжелика почувствовала, как у нее стынет кровь в жилах.

— Думаешь, они знают, что это я убила Коротышку-Ролена?

— Об этом мне ничего не говорили. Может, и не знают… Там был Черный Хлеб, он рассказывал, как ты напустила стражников на цыган.

— А кто там еще был?

— Черный Хлеб, Легкая Нога, трое из нашей старой банды и еще двое из какой-то другой.

Анжелика и Флипо говорили на воровском жаргоне, чтобы Давид не мог их понять, но юноша без труда уловил в голосах новых друзей тревожные нотки. Он был одновременно и обеспокоен, и восхищен тем, что предмет его страсти удивительным образом связан с неуловимыми и вездесущими бандитами, которые играли отнюдь не последнюю роль в жизни Парижа.

Пока они возвращались в харчевню, Анжелика не произнесла ни слова, но, стоило ей переступить порог заведения, как она отбросила все тревоги и опасения.

«Девочка, — сказала она сама себе, — вполне вероятно, что однажды утром тебя найдут с перерезанным горлом или плавающей в водах Сены. Но этим ты рискуешь уже давно. То тебе угрожают вельможи, то нищие! Какая разница! Надо бороться, даже если сегодня последний день, когда ты видишь белый свет. С трудностями не справишься, если не приложишь всех сил и не отдашь частицу своей души… Не это ли говорил мне когда-то господин Молин?..»

— …Вперед, дети мои, — громко воскликнула Анжелика, — нужно, чтобы дамы из цеха цветочниц растаяли, как масло на солнце, едва переступив порог этого дома.

И когда в сумерках представительницы цеха спустились по трем ступеням, ведшим к двери «Храброго петуха», они действительно были очарованы. В харчевне царил бесподобный аромат вафель, но и весь зал был оформлен настолько необычно, что у почтенных женщин сразу же разыгрался аппетит.

Зал озаряло яркое золотое потрескивающее пламя. Усиленное светом свечей, оно бросало чудесные отблески на оловянную посуду, искусно расставленную на буфетах: тут были и горшочки, и кувшинчики, и кастрюли для рыбы, и формы для круглого пирога. Кроме того, Анжелика выпросила у мэтра Буржю кое-какие серебряные столовые приборы, которые скуповатый хозяин ревниво прятал в сундуках: два кувшина, графинчик для уксуса, две подставки для яиц и два красивых тазика для омовения рук. Сейчас эти тазики были щедро наполнены фруктами — виноградом и грушами, и установлены на столах вместе с великолепными графинами с красным и белым вином, которые мерцали в свете пламени рубиновыми и золотыми искрами. Именно эти детали произвели на торговок особенно сильное впечатление.

Торговки цветами не раз бывали в домах знатных дворян, куда они приносили свой товар для украшения пиршественных залов; и вот сейчас сервировка столов, расстановка столового серебра, расположение фруктов и вин напомнило им о приемах у знати, что втайне им польстило.

Но будучи умудренными в торговых делах, они не стали открыто проявлять свое удовлетворение и бросали критические взгляды в сторону зайцев и окороков, подвешенных к балкам, недоверчиво нюхали блюда с колбасами, холодным мясом, рыбой под соусом из зелени, уверенно ощупывали птичьи тушки. Наконец, старшина цеха, которую все звали матушкой Маржолен, обнаружила изъян в этой безупречной картине.

— Здесь недостает цветов, — заявила она. — Голова этого теленка смотрелась бы совершенно иначе с двумя гвоздиками в ноздрях и пионом между ушами.

— Любезная госпожа, мы просто не посмели соперничать с вами в той области, где вы по праву считаетесь истинными королевами. Все, что мы себе позволили, — это пару веточек петрушки, — галантно ответил мэтр Буржю.

Трех почтенных дам усадили к камину и принесли кувшин наилучшего вина из погреба.

Очаровательный Лино, усевшись на камни перед очагом, тихонько наигрывал на виеле, а Флоримон играл с Пикколо. В этой душевной атмосфере и было разработано отличное праздничное меню. Ко всеобщему удовольствию, торговки заключили договор с хозяином харчевни.

— Ну вот! — простонал ротисье после того, как, отвесив не один поклон, он проводил цветочниц до дверей. — И что мы будем делать со всеми этими «приманками», расставленными по столам? Ремесленники и рабочие, которые придут к нам перекусить в полдень, не станут есть все эти деликатесы и уж точно не станут за них платить. К чему все эти бесполезные траты?

— Вы меня удивляете, мэтр Буржю, — строго возразила Анжелика. — Мне казалось, что вы лучше разбираетесь в коммерции. Эти «бесполезные траты» позволили заполучить выгодный заказ, который принесет вам в десять раз больше, чем вы потратили сегодня. К тому же, окунувшись в атмосферу праздника, цветочницы могут потратить еще уйму денег. Кроме того, они будут петь и танцевать, и случайные прохожие, заметив такое веселье в вашей харчевне, тоже захотят получить свою порцию радости и удовольствия.