Апгрейд. Второй отряд
Шрифт:
– Ты блядь за ограду захотела?! Пошли! – я потянул еe за руку в сторону двери, и мы побежали по коридорам.
Любые драки были строго запрещены на территории базы.
Стёпа сейчас был на собрании, Барыга ночевал где-то в другом месте, после того, что случилось в лазарете. С Лизкой вопросов не должно быть, а потому мы пошли в нашу комнату. Страшнее всего, было нарваться на кого-нибудь из первого отряда. С ними точно не договорюсь.
Однако, нам повезло, в коридоре мы никого не встретили, а комната была пуста.
Юлька умылась и переоделась.
На костяшках, виднелись открытые раны.
– За что? – первым делом спросил я.
Она прижала к себе колени и заплакала.
Неожиданно для себя, я вдруг всe понял. Ну и мразь же этот тип.
В детдоме где мы росли, насилие тоже процветало. Девочки помладше не могли себя защитить, а воспитателям было плевать. Аборт задним числом, и концы в воду.
– Он ничего не успел тебе сделать? – сквозь зубы уточнил я, чувствуя, как клокочет внутри ярость.
Я был готов сорваться и добить урода.
Она помотала головой.
Я облегчённо выдохнул.
– Слушай, дело твоe, рассказывать или нет, но Бык сначала сделает что-то страшное, а потом вылетит отсюда.
– Я не расскажу. – испуганно пообещала она.
– Да, мне тоже показалось, что он уже наказан. – улыбнулся я, она улыбнулась в ответ.
Сейчас, мне меньше всего хотелось наклеивать на себя улыбку, или просить её о молчании. Но если Юра узнает, то убьёт.
– Надо бы что-нибудь с этим сделать. – я кивнул на еe руки.
Она посмотрела на них и снова заплакала.
– Эй, чего опять то?
– Болит. – простонала она.
– Ага, а завтра ещe и опухнут. – произнёс я, хотя прекрасно понял, что она говорит не о руках.
Я встал и зашагал к стеллажу. Достал из маленькой коробочки пару перчаток без пальцев. – Это не подарок, потом отдашь.
– Откуда они у тебя?
– Если честно, я их ещe в детдоме спeр у одного типа.
Она рассмеялась. Я обмотал её костяшки бинтами, она натянула перчатки.
– Ну вот, красота! Там ещe на костяшках пластины металлические вшиты.
– Спасибо тебе, Кость.
– Да ладно. – отмахнулся я.
– Нет, спасибо, и за то что в здании не бросил, и за то что сейчас остановил, я ведь могла его убить. – последние слова она произносила уже шёпотом.
– Я бы всегда помог спрятать труп. – подмигнул я.
Этого она уже не оценила, а потому с укором посмотрела на меня.
Глубокий вздох.
– Не делай так. – поморщился я и отвел взгляд. Поджилки начинали трястись. Я не боялся эту девочку, я боялся того, что дремлет внутри неё.
– Ты боишься? – ледяным голосом спросила она.
– Я никого не боюсь. – уверенно ответил я, заставляя самого себя в это поверить, но посмотреть ей в глаза, не смог
– А ещё ты лжец. – спокойно произнесла она, но меня уже трясло от злости.
– И что? Раскрыла меня? Да, я боюсь, да, я лгун. Ну и что? Я хотя бы не тварь, у которой руки по локоть в крови! – прошипел я ей в лицо.
Её глаза наполнились слезами.
Удар не заставил себя долго ждать. Меня, как пушинку сдуло с кровати, на которой мы сидели. Упал на бетон, кровь, из рассечённой брови, застилала правый глаз. Уверен, она метила в висок, но в последнее мгновение, передумала.
Я расхохотался, громко так, со всхлипами. Я смеялся, потому что был прав. Зверь, живущий внутри этого тела, был плотоядным. Рано или поздно он сожрёт её саму.
Никто ей не поможет. Мне тоже.
Глава 12
Родной
В душном кабинете сидели шесть человек, включая меня. Станислав Сергеевич, глава всей базы, Семён Павлович, что-то вроде надзирателя по военной дисциплине. Именно он отвечал за внутреннюю безопасность. Евгений Николаевич, под его чутким руководством проходила каждая тренировка, он так же обучал солдат обращаться с оружием. Генадий Владимирович, как я понял, на него работает вся наша разведка, а так же он согласует все вылеты и выезды с территории базы. Денис Зимин, глава первого специального отряда. И я, глава второго.
– Что на счeт физического состояния Юрия Быкова? – спросил Станислав Сергеевич.
– Рeбра уже почти срослись, пару дней в стационаре, неделю, полторы в корсете. – повторил я слова Ларисы Михайловны.
– Понятно – тяжело вздохнул Станислав Сергеевич.
– Как так получилось, что у вас забрали взрывчатку, оружие и нашпиговали твоих ребят свинцом? – спросил Зима, чуть ли не плюясь желчью.
– В моeм рапорте всe указано. – ответил я.
– Да, но я то его не читал.
– Вот и не суй свой нос! – не выдержал я и подскочил, Зима, так же резко поднялся.
– Зимин, Чужой, сели оба! – рявкнул Семён Павлович. – Вот чего вы сука собачитесь?! Вам волю дай, глотки перегрызете друг другу.
В дверь постучали.
– Войдите. – спокойно произнeс Станислав Сергеевич.
Молодой боец заглянул в кабинет.
– Здравия желаю. – боец, увидев кто в кабинете, тут же выпрямился по стойке смирно.
– Вольно. – раздраженно бросил Евгений Николаевич.
– Там это, ЧП у нас в туалете. – промямлил боец.
– Что? Не смыли? – пробасил Генадий Владимирович.
– Дак если бы. Там Соловьeва чуть ли не насмерть забили. – побледнел боец.
– Лeшу что-ли? – спросил Евгений Николаевич, боец кивнул.
Семён Павлович вздохнул и поднялся со стула.
– Прошу прощения, дела.
Когда тяжёлые шаги стихли, я понял, что дeргаю себя за рукав куртки.
Зима зло ухмыльнулся.
– Чужой, свободен. – отпустил меня Станислав Сергеевич и я за три шага вышел за дверь. – Час от часу не легче. – услышал я напоследок.
Алексей Соловьёв, что-то знакомое. Я уже слышал это имя. Только никак не получалось вспомнить кто это.
Когда зашeл в нашу комнату, замер у входа.
Лизка, Юлька и Костик лежали на одеялах на полу.
– Вы чего делаете?
– Мечтаем. – бросила Лизка.
– Ай да к нам! – Костик подвинулся и похлопал по одеялу, я заметил синеющую гематому, на его рассечённой брови.
– Кто это сделал? – встрепенулся я, готовый наказать обидчика.
– Упал. – хохотнул Костик.
– Это я. – опустив голову, ответила Юлька. – Заебал он меня.
– Пол же грязный и холодный, воспаление легких захотели? – перевёл тему я, нахмурившись.