Чтение онлайн

Мартин зловеще улыбнулся:

– Сказать честно? Я планирую сделать так, чтобы ты переоценил дружбу с ним. И выбрал меня в качестве своего товарища. Просто потому, что мне хочется наставлять тебя и далее на более праведный путь. Я чувствую себя твоим родителем, который просит тебя не гулять на улице с плохой компанией. Но позже об этом! Вперёд, в шкаф!

Он с силой схватил меня за шкирку, открыл ближайший шкаф и вместе со мной залетел внутрь, закрыв дверцы. В офисе, за своим рабочим столом, материализовался мой друг койот. А рядом с ним, сидящий на соседнем столе Юмала. Куратор сказал Йозефу:

– Я могу дать тебе информацию касательно господина Морозова.

– Меня уже давно не интересует глупая месть. – безжизненно сказал мой друг.

– Правда? А мне казалось, твоя обида довольно глубока...

– Это так. Но даже она уже исчерпана. У меня нет никаких поводов для ненависти.

– А если я тебе скажу, что есть?

– Ну давай, удиви меня! Что такого я могу не знать, про этого ублюдка, чтобы пытаться гоняться за ним в ущерб основной работе?

– Знаешь ли, что именно его дружки убили Семёна?

– Откуда ты...

– У меня есть свои информаторы в его преступной организации. И я знаю, что они открыли охоту на агентов ЧК, которые совали свои носы не в те дыры. И, что тебя должно взбесить ещё больше, теперь они нацелились на одного неосторожного лиса. Ну ты знаешь, Феликса, он столь пылает желанием поступить по морали...

– Хочешь сказать, Морозов угрожает моему напарнику?

– Именно. И эта угроза не иллюзорна. Если не хочешь потерять и этого друга, советую тебе начать действовать. Времени у тебя не так много.

– И ты, разумеется, можешь мне рассказать, что именно надо делать?

– Именно. Я помогаю тебе с тех пор, как ты поступил на эту должность. Помогу и теперь. Тем более, что сейчас мне нужен койот, способный нарушить профессиональную этику. Я о тебе, если что.

– И что мне надо сделать?

– Убить одного профессора, симпатизирующего белым. Дальше дорожка расследования тебя выведет к нужной организации. И к её главе. Убийство можешь устроить на свой вкус. Главное, во время расследования своего же преступления, таскай всюду с собой своего друга. Лучше вообще его не оставлять одного. А ещё лучше, когда найдёшь эту организацию, внедрить к ним Феликса.

– Внедрить к ним?

– Именно. С тобой, как с ангелом хранителем, ему будет безопаснее, чем одному. Но ещё безопаснее ему будет в стане лисоловов, без документов спецслужбистов. Поверь, на таком видном месте, никто его искать не будет. А кроме того, вы так легко подберётесь к голове рыбы.

– Что-то я не понимаю, если они хотят его убить, то разве не должны знать, как он выглядит?

– Нет, ты не понимаешь, как это работает. Они ещё пока не знают, что хотят. Но твой милый друг уже запустил цепочку событий, которые в итоге приведут к тому, что ему будет грозить опасность. Поэтому, счёт у тебя идёт на дни. Запачкай лапы кровью как можно быстрее. А я позабочусь о том, чтобы остановить на время роковой маятник, раскачивающийся над вами.

– Что-то я всё ещё не знаю...

– Это не предложение. Это приказ. По крайней мере, если ты ещё хочешь оставаться членом Внешнего Круга...

После этих слов меня бросило в дрожь. Картинка чётко сложилась в голове. Мало того, что Йозеф обманывал меня всё это время, изображая искреннее участие в расследовании преступления, которое он сам же совершил, так, кроме того, он и сам был участником этого чёртового Общества. Всё это время... А значит, что я изначально был просто инструментом. Для всех них, а не только для Мартина или Юмалы.

Все, абсолютно все, кроме меня знали про Общество. И Мария, и Йозеф. Не знаю, насколько они были в курсе участия друг друга. Знакомы ли они были с Австером или Зефиром, но мне до этого не было никакого дела. Я оказался одурачен. И был единственным дураком в комнате.

Я выскочил из шкафа, не считаясь с последствиями. Мне просто хотелось увидеть, какого будет его лицо. Как он отнесётся к тому, что его раскрыли. Как он отнесётся к тому, что я теперь знаю его тайну. Знаю, что он, не сковывая себя угрызениями совести, безбожно врал мне и в итоге стал причиной, по которой я забрёл в эту ловушку.

– Как ты мог, Йозеф?! – крикнул я ему.

В тот же момент Юмала растворился в воздухе, а сам койот, будто бы вышел из ступора и покачал головой, будто не веря своим глазам:

– Феликс? Тебя здесь быть не должно... – в его глазах не было испуга, только странная тоскливая пустота.

– Ты меня обманывал! – я подбежал прямо к нему и, схватив за ворот, вытащил из-за стола.

Тряся его руками, я всё повторял:

– Зачем? Зачем? Зачем? Ты всё это время знал об Обществе?

Но он осадил меня, спокойно отодвинув от себя одной рукой:

– Феликс, я должен сделать то, что меня просит мой начальник. Если вопрос обстоит так, то... моё неповиновение карается смертью. И ладно бы моей. Но то, что он говорил про тебя. Кажется, что это было не столько позитивная мотивация, сколько скрытая угроза. Я потерял товарищей по партии, потерял родителей, потерял жену, потерял предыдущего напарника. Я не могу потерять и тебя.

– Он ещё не совсем вышел из своего времени сна, Феликс. – сказал Мартин, стоявший за моей спиной, – Он всё ещё воспринимает твоё появление, как странную абстракцию, созданную его мозгом для персонального, посмертного ада. Поэтому он так спокоен и собран. И поэтому пока тебе бесполезно высказывать ему какие-нибудь претензии. Для него сейчас это ступорящий сон.

Тилацин подошёл к койоту, который смотрел на него мутными глазами, и, достав из-за пазухи походную флягу, вскрыл её. Даже до меня моментально донёсся запах жжёного масла и гнилых фиников:

– Заккум? – спросил я.

– Для спящих, это всё равно, что нашатырный спирт. Только скажи, и я разбужу его. Или, быть может, ты хочешь навсегда избавить эту реальность от столь подлого обманщика, который участвовал в Обществе в тайне от тебя? Тогда только дай мне руку и подумай...

– Нет! Мы не будем его убивать!

– Ты разве не зол? Не хочешь мести за такой наглый обман?

– Нет! Да я... Да я бы никогда!

– Значит, тебе ещё пока рано проходить через переосмысление доверия...

– Что?

– Мне казалось, что если ты увидишь, что изначально, с самого вступления в эту структуру, ты был обречён оказаться в этом самом моменте переосмысления, то ты захочешь крови. Как я её хотел, когда оказался дважды выведен из тумана обмана моих богов. Первый раз, когда узнал об их существовании, а второй, когда понял их смертность.