Чтение онлайн

"Очень страшно, когда на тебя наводит пистолет убийца, ещё страшнее, когда грозит ножом или топором, какой-нибудь маньяк, а когда бравые солдатики могут убить тебя миллиард раз одной ядерной ракетой – не страшно, ибо мы родились уже под прицелом ракет. Так и жили под прицелом, радовались счастью жить и влюблялись, чтобы давать жизнь новым людям, и новость о создании очередной самой-самой смертоносной ракеты нас уже не волнует. Ну убьёт она нас не миллиард, а десять миллиардов раз, какая разница. Детей только жалко будет. Поэтому, создание ядерных ракет бесполезно – это абсурд.

Как страшнее, мучительно умереть от ударов ножом или моментально свариться в ядерном взрыве? Если всё равно или нож выглядит ужаснее, то к чему столько затрат? Вспомним историю, когда в Африке с помощью примитивных мачете за короткий срок были убиты миллионы. Разве не страшнее умереть от рук того, кто вчера был твоим соседом, чем от неведомо кого из-за океана? Правда, в некоторых малоразвитых городах, где много наркотиков и оружия, люди не боятся умереть от удара мачете, ибо дело привычное, зато при виде танка у них начинается паника. А ракета – это вообще что-то малопонятное и далекое, хотя разработчики обещали добраться до этих малоокультуренных масс за три минуты и испепелить эти отсталые от цивилизации народы"…

При этом, лидеры стран, которые соревновались между собой за право обладать самой крутой и смертоносной ракетой не получали от этого никаких орденов и даже были осмеяны во многих вражеских СМИ, стали героями карикатур. Причем уже даже не на первых полосах, а где то на последних страницах, после сплетен о скандалах в семействах блогеров и рекламы похоронных услуг. Где-то ближе к некрологам, сообщавшим о почетной кончине от старости какого-нибудь заслуженного рэпера и народного тик-токера.

И вот, один из лидеров, возглавляющий небольшое государство, которое не имело ни роботов, ни киборгов, ни бонусов, а одних только людей, сумел создать самую ужасную, по его мнению, ракету. Он немедленно отдал приказ бомбить Москву и Нью-Йорк, чтобы на него обратили, наконец, внимание и признали человеком года в журнале "Таймс". На запуск он пригласил всех корреспондентов всех мировых СМИ, но почти никто не приехал, ибо интерес читателей к этой теме был нулевой. Впрочем, велась прямая трансляция на некоторых независимых сайтах. Ракета взлетела и направилась сразу в две стороны. Совершив хитрый маневр, обойдя все средства ПВО противника, перехитрив спутниковую группировку боевых лазеров, растолкав толпу биодронов, просочившись сквозь стальной заслон танкодронов, облетев облако антиракетных вирусов, крадучись проползла по дну Тихого океана, и, неожиданно выскочив на площадь Независимости Арма Плас, сбив с ног личных телохранителей президента, ракета с точностью до миллиметра опустилась на голову этого самого лидера, что её создал. Осколки разлетелись по миру и прикончили добрую дюжину местных министров нападения. Вторая часть ракеты улетела хрен знает куда. Возможно, всё еще летает в раздумьях, стоит ли падать и тем самым героически погибнуть или ещё полетать, полюбоваться остатками земной природы.

Официальная версия брата погибшего лидера, который вскоре взошел на престол в этой несчастной стране, следующая – это происки шпионов и хакеров врагов, которые перепрограммировали ракету, подкупив население. Новый лидер взял курс на Перестройку и, отказавшись от ненадежной концепции ракетного удара, стал химичить с шаманами.

А "независимые" СМИ выяснили, что еще на заводе по изготовлению ракет один из рабочих неправильно затянул гайки. Вот этот рабочий и стал человеком года и получил премию мира. Ему рукоплескал весь мир. Поставили памятник, написали книгу, сняли сериал. Правда, тот рабочий стал безработным, ведь завод закрылся. Какой-то жулик собрал по подписке миллиард гульденов для героя, но в итоге сам переехал жить в бунгало на берегу океана.

Глядя на этот казус, все остальные владельцы ядерных ракет (в том числе частных и подпольных) задумались. Не был ли здесь заговор ученых разработчиков? А можно ли вообще доверять этим учёным? Как проверить работоспособность мегаракет без того чтобы не начать мировую перестрелку? На испытаниях они могут показать один результат для отчетности, а в боевом виде куда они полетят? Не упадут ли они на головы тех, кто их запустил? Ведь это такие сложные штуки, у некоторых даже свой интеллект имеется. А как иначе обойти ПВО, которые также не глупы или даже в сговоре с учёными-вредителями. Мировые лидеры поняли, что ракеты – штуки ненадежные, к тому же их никто кроме самих лидеров и не боится. Короче, договорились от них избавиться…

6 декабря 1934 года Ренату разбудил звонок телефона. Соседи за стенкой испуганно молчали и не спешили к аппарату – ночью могли звонить только хамиссарше. В одной ночной рубашке Рената выскочила в коридор и сняла трубку.

– Товарищ Дамирова, срочно на совещание.

– Товарищ Бекия? Конечно, буду.

– Машина вас уже ждет.

– Немедленно выхожу!

Она знала, что произошло в самом начале декабря. Да и вся страна знала. Даже соседи за стенкой устроили поминки по Первому Секретарю Венинградского обкома ВКП(б), и кто-то из гостей в разгар горестного веселья спьяну спел под гитару: "Ой, огурчики-помидорчики, Скалин Тирова убил в коридорчике!" Тот певец не знал, что в соседней комнате живет сотрудник НХВД с розовым наганом. Соседи перепугались, набили морду этому несознательному гостю, разбили гитару о его голову и вышвырнули вон.

Но Ренате на этот скандал было наплевать. Она сама ждала расстрела. Начальник транспортного отдела, выслушав её объяснения по поводу операции в метро и обстоятельств убийства товарища Дышкина, отстранил её от оперативной работы на время следствия, приказал сидеть дома и никуда из Москвы не выезжать. Целый месяц было тихо, на допросы её не вызывали, казалось, совсем забыли.

Пользуясь, как ей казалось, последними деньками на свободе, она бесцельно бродила по Москве. Город готовился к генеральной реконструкции, и многие красивые здания были обречены на снос. Особенно это было заметно на улице Сладкого. Вот редакция газеты "Правда" в одном доме с похоронным бюро – гроба от "Райкоммунхоза". Почти египетский монумент на Светской площади – это памятник Конституции, вывеска читается как КИНО-ПОРН – это кинотеатр "Горн", где шел фильм «Предательство Марвина Блейка», с знаменитой фразой Бетт Дейвис: «Я бы с удовольствием поцеловала тебя, но я только что помыла волосы»…

Думая, что её скоро арестуют и накопленные за время службы деньги на черный день уже не понадобятся, она стала их тратить на свои удовольствия. Сходила в ГУМ и ЦУМ. Купила приличное пальто, платья и блузки. Не такие шикарные и заграничные, какие ей дарил Махов, покупая в Торгсине за валюту, а может даже у воров, но весьма качественные и достаточно модные вещи.

В форме сотрудника НХВД она по улицам просто так не гуляла, считая себя недостойной носить портупею и фуражку с красной звездой. Слившись с толпой гуляк и приезжих, она бродила по центральным проспектам и любовалась витринами, новостройками и вездесущими портретами Скалина.

Жизнь в Москве кипела. Старые здания ломали, новые строили. На Пушкинской площади снесли церковь, Страстной монастырь еще стоял, но был превращен в антирелигиозный музей, и колокольня была завешана рекламным плакатом "Автодора", который в темноте светился разноцветными лампочками, изображая вираж бравого мотоциклиста. Также сверкала огнями вывеска газеты "Известия" и реклама соседнего кинотеатра, где вскоре должна была состояться премьера фильма "Юность Максима".

На Воздвиженке снесли Крестовоздвиженскую церковь, на месте Храма Христа Спасителя огромный котлован. Везде, особенно в местах строительства станций метро, виднелись горы мусора и обломки. Были перекопаны Александровский сад, площадь перед Библиотекой имени Венина, Арбатский рынок наполовину ушел под землю… На Моховой снесли целый квартал стареньких зданий и там, где за деревянным забором гудела шахта Метростроя, к концу года все расчистили, сровняли с землей, и образовалась просторная площадь, по которой ходил трамвай. На Охотном ряду заканчивали отделку грандиозного здания "Света труда и обороны", на Манежной – возводили гостиницу "Москва".

Воскресенские ворота и дома на Васильевском спуске снесли уже давно, наверное, скоро доберутся и до трущоб Зарядья, где в обшарпаном и потрескавшемся доме по Мокринскому переулку и проживала Рената. Её окно над низкой аркой, наполовину заколоченное досками из-за дыры в стене, имело вид на внутренний двор, заваленный всяким хламом.

На здании Военторга ее внимание привлек гигантский транспарант "Свободу товарищу Тильману" и огромный портрет немецкого депутата от компартии и антифашиста. Она подумала, а что тут сложного, надо напасть на конвой гитлеровцев и освободить видного коммуниста. Если бы ее позвали, уж она бы показала этим фашистам…