Апокалипсис on line
Шрифт:
Узел продолжал затягиваться.
Я вспомнил истории товарища о прочих сетях, неподчиненных «системе», и невольно
«поймал» на тонком уровне состояние полного одиночества.
«Хозяин» мира дядюшка Чжао в моем воображении оказался наездником, оседлавшим
дикую трехголовую тварь. Она хищно шипела, открывая свои зловонные пасти, но
покорно притихала при каждом рывке импровизированной уздечки.
— Ко мне поедем, — произнес в воздух Колька, оторвавшись от окна, — Ли сяньшен я
думаю, сразу к себе не позовет.
Но оказалось иначе и на перроне нас встретили. Пара китайцев с бесстрастными
лицами забрали чемоданы и после нескольких Колькиных фраз растворились в толпе.
Среди встречающих оказался и вагонный соглядатай. Он неожиданно крепко обнял
моего спутника.
— Знакомься, Миха, — представил мне его Коля, — Это мой товарищ Дэн Тин.
Я вспомнил его инструкции и задумался, надо ли пожимать протянутую мне руку.
— Давай жми, — бодрил товарищ, — Тин всего год как из Краслага. Освободился
после пятилетней «командировки», так что у него теперь все по-русски…
Рука моего «соглядатая» оказалась твердой как рельса.
— Приятана, — хлопнул он еще меня по плечу, — Молодец, Миса, Ли сяньшен доволна.
«И этот туда же, — проскочила в голове мыслишка, но оказалось, мой бунтующий
характер уже подчинилтся ситуации, — В конце концов, никто не знает, зачем я
здесь на самом деле, — рассуждал я, нащупывая в нагрудном кармане Серегину
флэшку, — Интересно, решусь я применить её или нет?»
Вместе с моими тайными рассуждениями, мы уселись в машину и теперь перемещались
теперь в потоках транспорта.
Город создавал странное впечатление. Небоскребы стояли иногда так тесно, что я
невольно ощутил себя Гулливером в стране великанов. Лица жителей казались в
своей массе озабоченными. В другом Китае или в том же Бангкоке атмосфера была
повеселей.
Несколько раз видел странные кучки народу. Колька пояснил, что это очередь в
банк, а потом показал еще несколько «скаковых контор». Оказалось, скачки в
Гонконге самое популярное развлечение.
Поразили и двухэтажные трамваи, неспешно перемещавшиеся в общем потоке.
Неожиданно я уловил пульс города. Такое ощущение приходило нечасто.
Первый раз — в Советском Ленинграде, затем во Владивостоке и еще раз в Гаване.
«Теперь Гонконг», — улыбнулся я.
Разрозненная картина складывалась. В ней гармонично устроились Колькины истории,
собственные впечатления.
Зашевелилась, наконец-то моя авантюрная половинка, но оказалась она какой-то
озадаченный и угрюмый.
«Гонконг», — радовался я картинкам за окном.
— Гонконг, — сварливо ворчал «авантюрист» явно набираясь запала.
Но мои сомнения невзирая на неопознанные сомнения улетучивались уступая место
уверенности в собственных силах.
«Молодец Джонович, — радовался я последнему ликбезу перед отъездом, — Сомнения
сейчас ни к чему».
Старая жизнь с каждым поворотом улицы становилась все менее значимой и даже «авантюрист»
с удивлением прислушивался к переменам. Как еще он «Не к добру» не забормотал?
— Едем сразу к дракону, — шепнул мне на ухо Колька, — Остальное потом.
Ворота подземного гаража, около которых мы остановились, ползли наверх.
Темное нутро неплохо освещалось лампами дневного света, и машин на парковке
почти не было.
— Наша территория, — удовлетворенно гудел Колька, — Ну что, Миха, готов к
встрече?
— Главное, чтобы босс оказался готов, — буркнул я, и, не дожидаясь ответа,
вывалился из машины.
Со мной был Гонконг! Чего я должен бояться?
— Не зарывайся, — шепнул выбираясь из салона Колька, — Помни про уважение.
Ответом я его не удостоил. Посмотрел лишь «сверху вниз». Меня несло.
Такое иногда бывало. Например когда первый раз в Грузию к ворам ездил. Почти
сразу после режима Гамсахурдия. Партнер так же упрашивал меня вести себя
поскромней, но именно наглость тогда нас и выручила.
Решил и сегодня отдаться на волю этого потока. Рассудил:
«Пускай идет, как идет».
Обыск металлоискателем.
Китаец предварительно извинился, уважительно покивал и стал водить около меня
рамкой с красным огонечком.
Пискнуло один раз. На блестящей пряжке ремня. Парней тоже проверили.
«Стережется Ли сяньшен, — тюкнулась мысль, — Ну что же, пора бы и явиться
дракону».
Дюжий охранник открыл тяжелую дубовую дверь.
Ли сяньшен оказался крепким сухопарым китайцем.
«Ни хао ма », — приветствовал он нас.
«Хао сесе », — хором ответил Колька и Дэн Тин.
Я молча поклонился от плеч, как показывал мне мой товарищ.
Ван Ли ответил мне сдержанным кивком и указал на кресло.
Парни остались стоять.
Молчание длилось долго. Ли сяньшен пристально разглядывал меня. Появилось
ощущение чужих пальцев в мозгу.
Растворил-утопил все мысли и сосредоточился на дыхании. Последняя мысль была:
«Сканирует будто «Малыша».
Неожиданно босс сказал что-то резкое.
— Миха, отдай ему свой телефон, — сдержанно проговорил из-за спины Колька.
Всплыл в затухающем сознании и старался не удивиться прозорливости главы триады.
Достал «Малыша» положил на стол.
Ли сяньшен выразительно глянул куда-то за мою спину.
«Лю Ман», — неожиданно крикнул Дэн Тин.
«Бывший технарь дядюшки Чжао», — вспомнил я Колькины рассказы и тут же растворил
соображения, не давая им обрести окончательный оттенок.
Неожиданно одна из стеновых панелей провернулась с клацающим звуком сейфа и
появился несуразно длинный китаец. За его сутулой спиной явно просматривалась