Чтение онлайн

«Командируетесь в личный состав КВО ОП5 в особый отдел» - гласил он.

«КВО» - это была аббревиатура «командующий военно-морскими операциями». «ОП5» означало пятый оперативный дивизион - дивизион, курирующий Пакс-Ривер. «В особый отдел» - это был код: «Не задавайте вопросов, предъявите приказ, вам все объяснят в свое время».

Наряду с секретностью в приказе смущал и адрес, куда следовало явиться Лоувеллу. Было неслыханно, чтобы военно-морского офицера приглашали в Вашингтон на деловую встречу, а если это иногда и случалось, то ему предписывалось явиться или непосредственно в Пентагон или в один из многочисленных офисов ВМФ, раскиданных по всему округу. Однако приказ Лоувелла требовал прибыть в некое место, называемое Долли Мэдисон Хаус, здание где-то в Вашингтоне, судя по названию, бывшей резиденции четвертой Первой леди, переоборудованное в правительственный офис.

Джим Лоувелл сидел за своим рабочим столом в дивизионе электронщиков, когда к нему поступил этот приказ. Была среда, и ему предписывалось явиться в Вашингтон следующим утром. Лоувеллу очень хотелось показать приказ остальным коллегам, спросить их, получали ли они такой же и что это все значит. Но новоиспеченный лейтенант строго соблюдал устав, и если шеф по военно-морским операциям сказал ему держать рот на замке, он не смел нарушить приказ. Тем более что завтра утром он получит ответы на свои вопросы.

В четверг Лоувелл проснулся в предрассветный час и надел такой чуждый ему деловой костюм. Когда он бросил дорожную сумку на заднее сиденье своего автомобиля, то обнаружил, что был не единственным пилотом, отъезжающим до восхода солнца. Пит Конрад кивнул ему в приветствие и направился на стоянку. Уолли Ширра, молча, выруливая с базы, лишь махнул рукой охране на воротах.

Все эти люди, отъезжающие ранним утром, старались соблюдать секретность, которую требовал телекс, но всего через несколько часов, оказавшись в зале Долли Мэдисон Хаус вместе с остальными тридцатью пилотами ВМС и ВМФ, они позволили себе обсудить причину вызова. Но ни у кого не было конкретного ответа. Некоторые предполагали, что Министерство обороны разработало новый тип реактивного истребителя, который, возможно, заменит «Икс-15». Другие высказывали фантастические догадки, будто заседание как-то связано с космосом. Именно на это Лоувелл тихо сам с собой заключил пари. И этой безумной идеей он не мог поделиться ни с кем в зале.

Когда прибыли последние из приглашенных пилотов, на трибуну взошел похожий на лысеющего ученого доктор Роберт Гилруф.

– Господа, - сказал он после того, как кратко представил себя, - мы вас здесь собрали для обсуждения проекта «Меркурий».

В течение следующего часа доктор Гилруф рассказал притихшим летчикам о плане, который был самым претенциозным, самым волнующим и самым головокружительным из тех, что они когда-либо слышали. Замысел Гилруфа, который он высказал прямо, состоял в том, чтобы в течение ближайших трех лет вывести на орбиту человека - возможно одного из тех, кто сейчас находится в этом зале. Корабль, в котором человек совершит этот подвиг, будет меньше автомобиля: нечто типа капсулы - титанового конуса, двух метров в поперечнике у основания и 2.7 метров в высоту. Капсулу с пилотом, загерметизированным внутри и пристегнутым ремнями к ложементам, выведет на орбиту носитель «Атлас», баллистическая ракета, обладающая тягой в 166 тонн.

Для этих полетов будут отобраны примерно полдесятка людей, причем каждый из них будет находиться на орбите дольше предыдущего. Последнему из них предстоит провести в космосе около двух суток. Общее руководство программой будет осуществляться гражданским правительством, поэтому все добровольцы, сохраняя свои звания, больше не будут подчиняться Министерству обороны. Вместо этого, они станут подотчетны новому правительственному агентству - Национальному управлению по аэронавтике и космическому пространству. К настоящему времени «НАСА» еще не успело тщательно проработать планы, о которых рассказал здесь Гилруф, но если у кого-нибудь из присутствующих будут вопросы, он постарается на них ответить.

Пилоты неуверенно посмотрели друг на друга, колеблясь между искренним интересом и неприкрытой иронией. Через мгновение тишина в зале была нарушена.

Один из пилотов спросил, не было ли случаев взрыва ракеты-носителя «Атлас» на стартовой площадке.

Гилруф честно признал, что в прошлом было несколько инцидентов, но инженеры сошлись на том, что большая часть проблем уже решена.

Кто-то спросил, построен ли уже прототип этой, э-э, капсулы.

Построен? Нет, ответил Гилруф. Но самые лучшие умы уже собрались вместе, чтобы работать над самым передовым проектом.

Другой поинтересовался, как пилот будет управлять капсулой во время полета.

Он не будет ей управлять, сообщил Гилруф. Вся экспедиция будет полностью управляться с Земли.

Четвертый летчик хотел знать о посадке на Землю.

Это будет не посадка, а приводнение, объяснил Гилруф. Маленькие ракетные двигатели выведут капсулу с орбиты, и она на парашюте опустится в океан.

А если эти двигатели не сработают?

Именно поэтому нам и нужны летчики-испытатели, ответил Гилруф.

Когда обсуждение закончились, Гилруф предложил присутствующим отправиться спать и обдумать услышанное. Завтра никаких заседаний уже не будет - весь следующий день они проведут с докторами, психологами и прочими специалистами проекта, а на остальные вопросы они получат ответы в свое время.

Когда Гилруф покинул сцену, люди встали и, взглядами заставив друг друга замолчать, покинули зал, направляясь к отелям, забронированным для них в разных частях города. Группе из Пакс-Ривера предстоял путь в Мэриотт-Отель на Четырнадцатой улице, поэтому им не стоило здесь задерживаться. Гилруф мог провести еще несколько заседаний в пятницу и субботу, но в данный момент пилотам надо было переговорить в частном кругу. Зарегистрировавшись в отеле и бросив сумки, Лоувелл, Конрад и Алан Шеппард, бывшие воспитанники Пакс-Ривера, спустились в номер Ширры, закрыли дверь и задумчиво погрузились в кресла.

– Итак, - произнес Лоувелл, - Что вы об этом думаете, господа?

– Ну, это точно не «Икс-15», я уверен, - сказал Конрад.

– Это опасное задание, в этом я уверен, - сказал Ширра.

– Мне было бы легче, если бы они использовали что-нибудь другое, а не «Атлас», - выдал Лоувелл, - Думается, ее стенки настолько тонкие, что сожмутся вместе, если произойдет разгерметизация.

– Чем легче, тем быстрее она пойдет, - заявил Шеппард.

– Да, и тем выше она взорвется, - добавил Лоувелл.

– Я не беспокоюсь о своей заднице, - сказал Ширра, - Я беспокоюсь о своей карьере.

Остальные посмотрели друг на друга и закивали: Ширра совершенно точно выразил то, о чем они все думали. Никто из них особенно не боялся, что, пристегнувшись к креслу на вершине носителя, он повторит путь того несчастного спутника, который слетел с площадки от взрыва первой ракеты. В работе пилотов-испытателей всегда есть опасность, что очередная кабина, в которую ты залезаешь, окажется последней для тебя. Однако для летчиков был важен профессиональный рост, раз уж они соглашались на такой большой риск. И если им как-то удавалось управиться с самолетом, если они возвращались на землю целыми и невредимыми и сажали вверенную им машину, то они надеялись на быстрое продвижение по военной лестнице: от простого летчика до командира эскадрона из восьми самолетов, потом до командира группы четырех эскадронов, затем стажировка в Пентагоне, командир маленького корабля типа танкера или десантного судна, наконец, командир авианосца и, возможно, даже флагманского корабля. Это был длинный и полный неожиданностей путь наверх, но в то же самое время и чрезвычайно ясный путь. И на этом пути нельзя делать передышки. Проведешь несколько лет, занимаясь сумасшедшим и незнакомым делом - типа добровольца в еще не сформированном космическом отряде - и считай, что твоей карьере конец.

Что касается Уолли Ширры, то он принялся усердно поднимать этот вопрос. И чем больше он сомневался - чем громче он спрашивал, осознают ли те парни там наверху, из Долли Мэдисон, какую огромную жертву они просят их сделать - тем больше остальные присутствующие в комнате Ширры занимали такую же позицию.

По крайней мере, они так думали вначале. Через некоторое время пришел черед сомневаться Лоувеллу. А не обеспечит ли эта фантастическая программа самый быстрый взлет по служебной лестнице? А нельзя ли, перескочив через командира эскадрона, командира группы и командира десантного корабля, сразу стать пилотом ракеты «Атлас», этого флагмана ракетостроения? И не мог ли Ширра, несмотря на их крепкую дружбу, знать все это? Не пытается ли он таким способом посеять в их душах сомнение, чтобы еще до старта устранить нескольких конкурентов?