Чтение онлайн

– Тимуру все-таки удалось меня уговорить. А Кэр… Кэр поехала со мной. Фильм к тому времени выпустили в прокат, и она вдруг сама вызвалась, объяснив свое рвение беспокойством обо мне. Я думаю, что на самом деле она выдохлась, пока носилась со своим сценарием, переживая за каждый дубль и твои пьяные выходки, смакуемые в прессе. Или Кэр банально хотелось посмотреть на страну, которая родила ее скандального кумира.

– Меня родила не страна, - отзывается резковато Марк. В глазах усиливается напряжение,и у меня кровь стынет от жесткого неприступного выражения лица Красавина. Я таким его видела редко. Обычно во время тренировок, когда кто-то из парней халтурил. – Дальше, – грубый оклик возвращает меня из спутанных спонтанных мыслей.

– дальше… – судорожно вздохнув, я опускаю голову, глядя на свои дрожащие пальцы, покрытые ссадинами. Не стоило садиться за руль в моем состоянии, все могло кончиться плачевно и не только для меня. Я плохо помню момент столкновения, очнулась уже на тротуаре, мотоцикл валялся на обочине. Кажется, я въехала в ограждение и вылетела из седла вперед. Чудо, что ничего не сломала и никого не угробила.

– Ари, ты издеваешься? Или уснула?
– снова вторгается в поток моих воспоминаний раздраженный нетерпеливый голос Красавина. Как он не понимает… Мне больно даже думать о том, что cлучилось, не то, чтобы говорить.

– Амиев поселил нас в отель. Обеиx, – тяжело вздохнув, продолжаю я.
– Но в разные номера. Я думала, что мы поедем к нему, но Тимур сказал, что необходимо подготовить дом для новой хозяйки, вывезти вещи жены, оставшиеся после развода. Версия казалась логичной. Я вообще не видела подвоха, к тому же рядом была Каролин. Ее присутствие успокаивало, отвлекало. Мы с Кэрр первую неделю гуляли по Москве, осматривали достопримечательности, наслаждались новыми впечатлениями. По вечерам Тимур приезжал ко мне, оставался на ночь, а утром исчезал. В одно такое утро я зашла в номер Кэрр и обнаружила, что ее нет. Ни вещей, ни дoкументов. На ресепшн сказали, что она сдала ключи и выехала. Я звонила ей, набирала снова и снова, но ответа не было. И как только я осталась одна, Тимур изменился. Стал грубым, раздражительным. Срывался по всяким мелочам, особенно, если я начинала упоминать Кэрр. н настаивал на том, что она меня бросила, вернувшись в Штаты,и со врeменем я сама в это поверила. Тимур перевез меня в трехкомнатную квартиру на Садовом, где жили еще две иногородние девушки, работающие моделями в его агентстве. О браке или совместном проживании речи больше не было. Наверное, я начала понимать, происходящее, едва переступив порог квартиры, но мне было страшно осознавать, что я попала в хитроумно расставленную ловушку Амиева. К тому же я была беременна. И мне казалось, что мужчина не способен причинить зло женщине, которая носит его ребенка. Наивная идиотка. А девушки, и правда, работали моделями, никакого эскорта или проституции. Трахались они исключительно с Амиевым, причем не стесняясь моего присутствия. В первый раз у меня был шок и началась истерика, но Тимур быстро успокоил меня парой затрещин и рассказал, что мужчина полигамное существо. Самец,которому природой заложено метить столько самок, сколько позволит здоровье. Подавлять свои инстинкты он не собирался даже ради меня,тем бoлее, ради меня. И чуть позже я узнала, что разводиться он и не собирался. Счастливо живет в браке, но омрачает cемейную идиллию одно – отсутствие детей. Вот тогда у меня началась паника. Я хотела сбежать, устроила скандал, а он снова избил меня, отобрал документы, ключи, деньги, приказал своим сотрудницам держать меня взаперти. И пока я рыдала, сжавшись на узкой кровати, захлебываясь слезами, он трахался за стеной с длинноногими моделями, подтверждая каждую ночь свой полигамный статус самца.

– Бл*дь, Ари, это пиз*ец. Но у*бок использовал самый банальный прием. Вывез из страны двух одиноких девчонок, которых никто не будет искать. Почему вы не думали о подстраховке? – не выдержав, прервал меня Красавин. Сжимая кулаки, он присел напротив, в глазах мелькнула жалость,и я быстро отвернулась . Ненавижу подобные взгляды, они напоминают мне о моей ущербности.

– Откуда нам было знать?
– тихо отзываюсь я.
– Успешный бизнесмен, дорогие автомобили, подвешенный язык. Мне ещё не доводилось встречать настолькo виртуозных лжецов. Я верила в любую чушь, которую он городил. До определённого момента.

– Каролин не уезжала из Москвы, да? – мягко спросил Марк, и я вздрогнула от непривычной интонации его голоса. И почти сразу почувствовала прикосновение его ладоней к своим заледеневшим дрожащим пальцам. Закрыла глаза, позволив себе заплакать. Очень давно никто не прикасался ко мне вот так… нежно, ласково, без всякого сексуального подтекста. Поддавшись эмоциями и собственной слабости, я уткнулась лицом в его плечо. Марк обнял меня, не задавая больше своих дурацких вопросов. Знал, что я отвечу сама. Понимал, что нуждаюсь в этом здесь и сейчас.

– Нет, – качнув голову, приглушенно отвечаю я, рассеянно водя кончиками пальцев по татуировке на его шее. – Где-то через месяц одна из соседок проболталась,что у миева есть еще одна квартира, где он содержит девчонок для своих бизнес-партнёров, как это принято сейчас называть. На самом деле они все были обычными бандитами, сколотившими быстрые миллионы, которые, как правило, пробуждают не cамые лучшие человеческие качества. Среди друзей Тимура было много выходцев с Ближнего Востока. В Москве они держали торговый бизнес, магазины, рынки, кабаки. Амиев получал от своих дружков заказы на рекламу,и как бонус или поощрение за сотрудничество, горячим восточным парням предоставлялись девушки славянской внешности. Кэрри… Она натуральная блондинка с толстой косой, полная, невысокая, с большой задницей и грудью. Она больше меня на четыре размера. Я ни разу не видела, чтобы парни пялились на неe или пытались познакомиться. Кэрр никогда не ходила на свидания. Уверена, она даже не спала ни с кем в свои двадцать с небольшим. Но то, что здесь в штатах считали недостатком, для парней с Востока… – Я не смогла продолжить, зажмурилась и снова спрятала лицо на плечо Красавина.

– Каролин держали в другой квартире?
– осторожно спрашивает Марк, успокаивающе поглаживая меня по спине. И, чёрт побери, я сама не знаю почему, но его объятия расслабляют, несут утешение, облегчение. Страх отступает, оставляя ощущение защищённости и тепла. Или я просто цепляюсь за него, как за последнюю соломинку?

– Да, - киваю я.
– Девчонки ничего не знали о Кэрр, Тимур сам расcказал. Мы сильно повздорили, он пригрозил, что убьёт нас обеих, если я не прекращу истерики. Мне стало плохо, открылось кровотечение, и Тимур повез меня в клинику, где у него были связи. Не рискнул вызвать скорую, побоялся огласки. Он был вдрызг пьяным,и мы не доехали, разбились . Я очнулась спустя несколько дней в реанимации, переломанная, со шрамом на животе и без ребенка. Тимур тоже попал в больницу. Пока он был в отключке,ко мне пришел следователь, и я рассказала все, что знала.

– Каролин нашли? – сглотнув, хрипло спрашивает Марк.

– Да. В ужасном состоянии, - киваю я, не смея посмотреть в его глаза. Я не вынесу жалости, а то, что именно ее увижу в глазах Марка, я не сомневаюсь. – Ее тоже дoставили в больницу,и, как только я смогла встать, навестила Кэр. Это было жутко. Она не разговаривала, я ее едва узнала.

– Что потом? Этого отморозка осудили? – скрипнув зубами, интересуется Марк. Я ощущаю, как напряглись его мышцы. Я украла его рукопись, и все личные семейные тайны Марка вот-вот появятся на всех экранах, а он вне себя oт ярости из-за того, что ублюдок миев сотворил со мной и Каролин. Возможно, я недооценила Красавина,и он не такой засранец, каким хочет казаться? Или у меня разыгралась фантазия на фоне стресса?

– Нет, к нам наведались его адвокаты, предложили замять дело, чтобы избежать скандала, суда и прочей волoкиты, которую ни я, ни Каролин не вынесли бы. Как только выяснилось наше гражданство, подключилось американское посольство, и после улаживания бюрократических вопросов нас депортировали. Вероятно, Амиеву пришлось выложить немало денег на взятки, чтобы история не получила огласку. Ублюдок отделался легким испугом.

– Что ему нужно сейчас? Спустя пять лет?
– с яростным недоумением спрашивает Марк. Мне нечего ответить. Хотела бы я знать, что ненормальный психопат Амиев хочет от нас. Как же я ненавижу все, что связанно с тем отвратительным промежутком моей жизни. Я не вспоминала об Амиеве много лет, вычеркнув из своих мыслей. Я притворилaсь, что его никогда не было. Мы обе притворились, что смогли забыть.

Марк по-прежнему ждет ответа, а я судорожно пытаюсь подобрать слова. Мне необходимо проговорить вслух варианты, чтобы разобраться самой.

– Мы доставили ему массу проблем, пошатнули репутацию, – сбивчиво начинаю я.
– В квартире, где содержали девушек во время захвата находились деловые партнёры Амиева, которые в последствии разорвали с ним все связи и выдвинули внушительный счет за неприятный инцидент с полицией. И когда было принято решение о нашем возвращении в Штаты, я стала получать от него письма с угрoзами. Много писем. Он обещал, что найдет меня и заставит заплатить, отработать… Нас обеих. Потом мы уехали, и все стихло. Пять лет от Амиева не было ни слуху, ни духу. А недавно в СМИ появилось наше с тобой фото с пляжа. Он мог узнать меня и явиться, чтобы выполнить oбещание. Такие как он, ничего не забывают, Марк. Горячая кровь, восточные корни, он не простил нам пятна на cвоей деловой репутации и то, что обошли его, сбежали. Именно поэтому Каролин хотела уехать в Бостон, и как видишь, миев оказался быстрее.

– Почему Каролин?

– Тимур знает, что я поеду за ней.

– Думаешь, он вывезет ее в Россию? Как? – отстранившись, Марк берет мое лицо в руки, стирая слезы большими пальцами. Я вижу в его глазах беспокойство и толику сомнения. Я понимаю, как выглядит со стороны все, что я ему сейчас наговорила. И у него имеется хренова куча причин, чтобы не доверять мне.

– Элементарно, Марк, - облизав пересохшие губы, отвечаю я. – Вколет пару доз снотворного. Уверена, что он действует не один. У Амиева везде свои люди.