Чтение онлайн

Снова это странное неистовое чувство тревоги, которое вновь овладело телом девушки, словно ярусный водоворот, она ощутила, как её кровать медленно поплыла в сторону выхода. Появилось желание открыть глаза, но нет, не получилось, она словно оцепенела. Это ведь уже было сегодня ночью, и вот опять. Вот уже поспел и шорох, проносящийся подле уха, все так же, как в прошлый раз, сменился яркой, ослепляющей вспышкой света, похожей на раскаты молнии. И вот наконец-то получилось, удалось открыть глаза.

– Что за… – проговорила Унхе Гю, она опять здесь. В комнате, где её оставил Ха Сок. Но ведь этого не может быть, она только что уснула там, в Москве, в 2022 году. Это место было из сна, которое ей приснилось ночью. Такие сны не снятся дважды и не имеют продолжения. И где же логика? Здравый смысл, когда он так нужен?

Кажется, это все взаправду, иначе ведь быть не может, всё тоже чувство реалистичности. Вкус, запах, осязание. Если это и на самом деле является реальностью, то что это за шутки.

«Как же это всё странно, этого не может быть, я не могу быть здесь по-настоящему. А если это и так? Я нахожусь просто в большой огромной дырке из-под бублика, – мысли блуждали в подсознании, – Я совсем ничего не знаю о Корее во времена Чосон. Да, хоть я еду в Корею; но я еду в наше время, где уже люди современные, толерантные и не отрубают головы налево и направо. Я еду как желанный гость для того, чтобы получить свой гонорар и посмотреть, как будут проходить кастинги,.. – страх становился всё сильнее, словно на неё набросили металлические цепи, – Японский городовой… – уместный мат… Весьма культурный без мата, тактичный, – Съёмки фильма. Я всего лишь написала сценарий. По какой-то дораме 10 , которую посмотрела чисто случайно. Она была про это время. И сильно не затрагивала ничего мистического. И вот теперь я здесь. Точнее, где-то в далёком, далёком прошлом, в стране, куда я поеду… О культуре которой я даже ещё не читала, вот блин блинский, душа поэта за гранью логики и чувств, – глубокий вздох понёсся в голове, словно бушующий торнадо. Тело было тяжёлое, двигаться девушка не хотела, она пыталась мыслить логически. Из всех мыслей, что приходили в голову, на тот момент, это был только лишь ненормативный, нецензурный лексикон на русском языке, – странно, конечно, это всё, и что же мне теперь делать? Эта Унхе Гю так похожа на меня. Хотя, что я несу, она и есть я. Всё, что с ней происходит, здесь отображается эхом на мне. Если по какой-то видимой и необъяснимой причине меня убьют здесь, я умру и там, – сама для себя уже сделала вывод Унхе Гю, – Почему она так решила, было туманным и размытым, но эта мысль была яснее многих. Так она решила, – Вот блин, Маргарита удивится, когда найдёт мой труп, что с ней будет… Она же просто сойдёт с ума. Просто по каким-то неведомым причинам я загублю свою жизнь и чужую. Я не готова пойти на такой шаг и погубить невинную жизнь, – более или менее железные оковы стали легче, если осознать, что на кону не только твоя жизнь, но и ещё чья-то, это делает ситуацию более чем безвыходной и как можно проще. Девушка поднялась к косметическому столику. На мгновение пришло осознание всей реальности; она будто успокоилась, но это был всего лишь миг, который был похож на глоток свежего воздуха под палящим солнцем пустых и необъяснимых обстоятельств, – Странно. Здесь я чувствую себя бодрой и отдохнувшей, но как только я просыпаюсь у себя, в своём времени, я бессильна, как измученный бездомный котик. Так было в первый раз, что будет сейчас непонятно. Что мне делать с родственниками? Я их совершенно не знаю? – Пришло невольное принятие происходящего. Некое душевное спокойствие, словно церковный звон. Наконец-таки в голове пронеслась определённо здравая идея; наверное, это мысль была одной из тех, которая выглядела более логично на фоне остальных мыслей бушующего потока подсознания. Больше походила как на план действия, – Стоп, если всё складывается таким образом, что я как-то связана с убийствами в доме кисэн, значит, я должна выяснить, кто же настоящий убийца и постараться не умереть? Может, как раз это является ключом моего возвращения обратно домой. Такой трюк я видела часто в кино. И в книгах, – руки задрожали, дыхание стало учащаться. Чувства, мысли, они, словно калейдоскоп, одно сменяется другим. Принятие, отрицание, спокойствие и так, словно карусель, то вниз, то вверх по извилистому потоку разума. Унхе Гю не могла толком сориентироваться и ухватиться за что-то. – Вот же, ёперный театр, я просто гений, – доли секунд чувства вновь взаимозаменяют себя. Разум становится более чем ясный, появились весьма знакомые мысли. Паника, скрытая под сарказмом. Чувство, которое пронзает мимолетно, словно расщепляя тебя и твою личность на мелкие частицы. Вот это именно то блюдо, которое подают в горячем виде под острым соусом «Табаско», что сносит крышу моментально и заставляет свою жертву кричать в неистовом предвкушении конца, – Ах да, Анфиса или же, как я тут именуюсь, Унхе Гю, ты ничего не знаешь, где находишься. Кто эти все люди, которые окружают тебя? Куда идти и что делать? Как правильно вести беседу? Ты только с одним своим «привет» вызовешь у них неистовую панику, и они вызовут монаха, чтоб он изгнал из тебя демона. Ты, блин, даже о себе ничего не знаешь. Вот, блин, и как ты будешь из этого выкручиваться? Тебе надо найти убийцу. Пока не стало слишком поздно. Единственный, кто может что-то знать обо мне и людях вокруг, это моя Ин Мин, вот она как раз мне всё и расскажет, и я смогу найти убийцу. Ага, блин, а ты у нас сыщик, ага, ага, – истерический смех пронёсся в голове девушки. Унхе Гю прекрасно знала, что она была бы тем ещё горе-детективом, к чему пришла эта мысль, тоже оставалось только гадать. Ведь когда она думала, что это сон, а сейчас она больше склоняется к реалистичности происходящего. Движение и действия девушки были более уверенные, а теперь, если же допустить, что всё это взаправду, она существует в двух мирах одновременно. Опасность для неё составляет буквально все и вся. Ей нужно быть более осторожной. И вот как вычислить убийцу, когда ты совершенно ничего не знаешь, в какой семье ты живёшь, в каком веке, какие правила, и, в целом, это не твой мир? Тебе надо играть роль, уже существующий девушки, которая была уникальна по-своему, ты же совершенно другая, хоть и делите с ней одну внешность на двоих. Что, в принципе, является феноменом. Ты из другой эпохи, времени, страны, где совершенно уже другие нравы и форма восприятия мира, любое твоё движение выдаст тебя. Тебе сделают больно, и ты умрёшь. Нет, тебя не потреплют за румяные щёчки, не отстегают палками у всех на виду, тебе как минимум отрубят голову за какую-нибудь государственную измену. Судя по всему, здесь такое могут придумать с лёгкостью. Или же тебя поймают разъярённые мужчины и изнасилуют. Таких мужчин везде хватает. Но суть в другом: из-за того, что она из знатного рода, то есть уже ты в опасности. И эти опасности могут поджидать совершенно с любой стороны, даже сам дядюшка может её отравить, или один из любимых старших двоюродных братьев покусится на её голову. А, может, Унхе Гю уже давно была отравлена кем-то и умерла, поэтому Сергеевна запросто заняла её тело. Иначе, следуя какой-нибудь сверхчеловеческой теории, две души не смогли бы ужиться в одном разуме. А, может, дело обстоит и по-другому: переносится сознание из одного тела в другое, и настоящая Унхе Гю просто сладко, ни о чём не подозревая, спит в Москве, пока Анфиса решает её проблемы. Это, конечно, было бы свинством, у неё и своих проблем хватает, по большей части бытовых, в современном мире. Так ещё решать чьи-то в чужом времени. Однозначно, стоит раскрыть убийство, при этом нужно сделать это настолько изящно и ювелирно, чтоб никто ничего не заподозрил и не усомнился в твоём здравом уме. Только вот есть одна незначительная загвоздка, которая может поставить под удар всё. Девушка ничего не знает о людях, которые встречаются ей на пути, и совершают странные телодвижения…»

Унхе Гю села на кровать, внимательно озираясь по сторонам, хоть сама для себя девушка и приняла непонятную ситуацию и решила, что если умрет тут, то и там тоже. Что естественно это не сон, а реальность. Её душа, так же как и мысли, была всё равно не на месте, и они не до конца подчинялись ей. Она противилась сама себе и принятию неизбежной для себя реальности.

Да, здесь всё, что её окружает, более чем реалистично, для неё здесь всё ново, но, а если задуматься, как же её жизнь, та, которая осталась по ту сторону. Жизнь, которую разделяет всего-то на всего сон.

Может, это всё поддаётся простому логическому объяснению. Ей просто вторую ночь подряд снится один и тот же сон. Словно это очень интересный сериал по кабельному телевидению. Было бы очень здорово, если бы это была самая настоящая правда. Но вот рана, которую она получила, была более чем реальна, что там, что здесь. Мысли девушки метались из стороны в сторону и кидали её из крайности в крайность. Порождая сомнение и полное негодование.

Ведь, если пораскинуть мозгами, страшного ничего же не случилось. Второй раз всего-то на всего одни и те же покои, одни и те же аномальные звуки. А Унхе Гю уже решила, что это действительно реальность, а не просто сон. Странный, конечно, по себе и тот факт, что она думает о себе здесь как об Унхе Гю, а ни как о Сергеевне. Не исключено, что это может просто один из способов уйти от реальности. Поэтому ей и видится всякое-якое. Она вообразила в своей голове то, чего нет, и теперь же в это поверила. Ушла от реальности с головой в фантазию и придумала себе новую личность, у которой есть всё, чего ей так не хватает в жизни.

А если допустить другую мысль и на доли секунды поверить, что это– правда, и всё, что здесь происходит, на самом деле реально, что же тогда делать со своей жизнью. С той, которая находится за гранью этого понимания.

Если же это реально, то она не сможет долго нигде просуществовать. Её график в реальном мире для неё там, в Москве, более чем приемлем – два через два. Она не сможет выкладываться там на полную. Девушке надо сохранять ясность ума и абсолютное хладнокровие. Иначе её повышение будет неоправданным, она просто не может ударить в грязь лицом.

Как же её любимый Бальтазар? Кто будет ходить и покупать ему вкусняшки, если его хозяйка станет самым настоящим овощем? Ответ лежит на поверхности, он очевиден. Да никто! Хоть Маргарита его и любит, она ему не хозяйка и не сможет полностью дать ему того, что может Унхе Гю. Достаточно вспомнить самый банальный пример из жизни девушек. Она не может за ним убрать даже лоток. Обычный лоток, с фекалиями. Что может быть проще, убрал и засыпал новый наполнитель; и кот доволен, и у тебя проблем нет. Но, нет же, Маргарите постоянно приходится напоминать об этом. Ходить за ней и нудить, порой даже хлестать. Не сильно, так любя, по румяной попке кожаной плетью, заказанной в «Алиэкспрессе» в чёрную пятницу. Бальтазар, с таким отношением к себе со стороны Марго, просто утонет в своих же фекалиях или же проучит гадкую девчонку в кошачьей для себя манере. Будет гадить ей на кровать. А за то, что она его отругает, просто сделает свои дела прямо ей на голову. В любом случае, эти двое, без чуткого присмотра, растерзают друг друга, и победа будет за Маргаритой. Она – человек и запросто обидит непокорного котика.

Всё это, конечно, более чем хорошо, но для себя надо понять, действительно ли девушка не сумасшедшая. А как сделать так, чтоб убедиться в своей адекватности, и что же будет дальше.

– О, нет, – Унхе Гю издала протяжный ультразвук и уткнулась лицом в подушку, – Зачем я только умею думать? К чему мне все эти мысли? Теперь я считаю себя сумасшедшей.

После её слов в комнату вошла Ин Мин.

– Госпожа, доброе утро! – служанка улыбалась ей.

«Ну, вот что ей сказать? Конечно…»

– Выметайся! – грозно крикнула девушка, вскакивая на ноги, и с кулаками пошла на служанку.

– Госпожа, простите меня, если я Вас чем-то обидела, – Ин Мин стала отступать назад, переступив порог, перед ней с грохотом закрылась дверь. Госпожа осталась в комнате одна.

На крики тут же прибежал юноша, с вплетённой в волосы ядовито-салатовой лентой, Сон Хан. Он надменно посмотрел на служанку, та дрожала, шепча себе под нос одну лишь только фразу. Ин Мин явно была напугана чем-то:

– Я не виновата, не виновата. Я не виновата, не виновата.

– Ин Мин, что случилось? – Сон Хан брезгливо взял девушку за плечи, он считал выше своего достоинства касаться слуги, сейчас это было необходимо. Он хорошенько встряхнул девушку, подобно пыльному коврику.

– Господин, – Ин Мин на секунду пришла в себя и, увидев перед собой господина, упала на колени, – Господин, я не виновата.

– Так отвечай, в чём дело? Перестань ныть! Говори по-хорошему, или я тебя накажу, – не получив ответы на свои вопросы, юноша повысил свой тон. Он не особо-то и переживал за свою младшую сестрёнку, но сейчас перед ним в истерике бьётся её служанка. Волнение само собой овладело им.

– Я не виновата, господин. Я как всегда пришла к госпоже Унхе Гю, а она накинулась на меня, – Ин Мин пустила слезу, она искренне не понимала, что же она сделала, что госпожа на неё накинулась с кулаками.

Суровый взгляд Сон Хана пробирал до костей, а голос был очень размеренным, он хотел знать истину:

–Так что же ты сделала?

Сон Хан знал о хороших отношениях госпожи и служанки, в его голове не укладывалось всё происходящее здесь. Унхе никогда бы не подняла руку на Ин Мин, она любила её и никому бы не позволила обижать девушку.