Чтение онлайн

– Всем встать в круг, – потребовал охранник в черном обмундировании. В руках перед собой он держал шокер-шест, конец которого угрожающе искрился электричеством. Один такой разряд, наверное, надолго выбьет сознание, а может, и саму жизнь.

Я пригляделся к оружию охранника, и нейроинтерфейс выдал следующее:

Шокер-шест

Модель: не идентифицировано

Тип: Оружие ближнего боя

Урон: умеренный (физический, электрический)

Состояние: недоступно (необходим физический контакт)

Описание: недоступно (необходим физический контакт)

Другая информация попросту отсутствовала. Собственно, и без пояснений было понятно, что шокер-шест из себя представлял. За минувшие сутки я изучил многие нюансы нового наноимпланта и понял, что он – чрезвычайно полезная вещь. Каким-то замысловатым образом он собирал всю информацию об организме и скомпоновывал ее в своей базе данных, при этом также мог связываться с внешним миром и черпать данные из него. Вот откуда у наноимпланта информация о шокер-шесте? И почему она неполная, ведь он не определил модель оружия и умолчал про описание, а дал только общие сведения?

Я подозревал, что все дело в том, что нейроинтерфейс работал не на всю мощность. Был в нем скрытый потенциал, но чтобы раскрыть его, необходимо было проделать какие-то манипуляции. Наверное, именно для этого в нас и вживили эти устройства – чтобы полностью раскрыть их возможности.

– В круг, я сказал. В круг, – повторил охранник более жестким тоном.

Мы прижались друг к другу почти вплотную. Места на площадке в виде серой окружности было маловато для сорока двух человек.

– Одели нас как клоунов, а теперь сгоняют в кучу, – возмущенно прошептал Нойс. Ему эластичный синий материал комбинезонов, в которые нас заставили облачиться перед выходом на Арену, почему-то не нравился. Я же отнесся к новой одежде с симпатией. Все лучше, чем в рванье ходить.

– Значит, так, заключенные, – выступил с речью долговязый, тот самый, который встречал нас в день прибытия. – Через несколько минут начнется вступительный раунд турнира. Мы его называем нулевым, потому что угроза на локации незначительная и потери среди вас маловероятны, хотя и не исключены. Но он даст понимание и вам и нам того, кто из вас чего стоит. На локации вы найдете схроны с простым оружием, легкой броней и припасами. Все это можете забрать с собой и использовать вплоть до конца игр. Или пока не сдохнете, что более вероятно. – Долговязый ухмыльнулся. Все то время, пока говорил, он высокомерно и придирчиво осматривал нас. – До завершения раунда покинуть локацию невозможно. Он длится около часа, но иногда дольше. Может доходить до двух, трех или четырех. Иногда растягивается на десять или двенадцать. Все зависит от участников и их действий. На одних уровнях вам будут выдаваться задачи, на других – нет. Каждое ваше действие или бездействие влияет на рейтинг. Чем он выше, тем больше у вас шансов понравиться публике. После завершения раунда вы услышите звук горна, потом можете возвращаться на платформу. Она будет доставлять вас до жилого блока и обратно. Каждый день в полдень начинается очередной раунд, в каждом из которых вас будут поджидать новые и более изощренные испытания. И помните: за вами наблюдает вся империя.

– А что будет в конце? – спросил Лайсон, уперев руки в бока. За последние дни ему пока что удавалось удерживать лидерство, на которое, впрочем, никто больше не претендовал.

Долговязый резко глянул на капрала, как будто молнию метнул. Я даже подумал, что сейчас он прикажет охранникам проучить чернокожего, осмелившегося перебить его. Но ошибся. Довольно спокойно и вкрадчиво долговязый ответил:

– А это вы узнаете сами… если доживете. Еще вопросы будут? Задавайте, пока есть возможность. Потому что больше вы меня не увидите. Во всяком случае, большинство из вас.

Никто не проронил ни слова. Почти все стояли, понурив головы и глядя себе под ноги. Но я знал, что многие несмотря ни на что верили: им удастся спастись. Каким образом – еще непонятно, но обязательно удастся. К их числу принадлежал и я. Потому что если ни во что не верить, значит, заведомо обречь себя на погибель.

Платформа, на которую нас согнали, завибрировала и начала погружаться в пол. Сверху накрыла полусфера энергощита. Заключенные засуетились, кто-то начал возмущаться. Платформа продолжала погружаться. Долговязый смотрел на нас, не отрываясь. На какой-то миг наши с ним взгляды пересеклись, а потом его скрыла темная стена металла.

Платформа притормозила, а потом плавно двинулась вперед. Остановилась. Мы остались в полумраке, который едва разгонял голубоватый свет энергощита. Потом тьма перед нами разверзлась, и платформа выехала как по рельсам на открытое пространство. Мерцающий купол погас, и мы оказались посреди… зеленой полянки. Вокруг невысокая трава с желтыми и красными бутончиками экзотических цветов, чуть дальше – деревья с размашистыми ветками из сочной зелени. Слышны даже звуки природы – что-то похожее на птичий щебет и жужжание насекомых. Издалека доносилось журчание водопада. Но самое интересное заключалось в другом: с неба на нас смотрело солнце. Мне даже показалось, что я на миг почувствовал тепло его лучей. После замкнутости жилого блока свобода окружающего пространства ощущалась почти как настоящая. Стало душновато.

Я оглянулся и увидел нависшую над нами громаду скалы – из нее, а вернее, из какой-нибудь ниши, которая сейчас скрылась, платформа, судя по всему, и выехала.

– Мы что, в джунглях? – удивился один из пленных и хохотнул.

– Похоже, мужики, локсы что-то перепутали. Вместо арены отправили нас на какую-то курортную планету, – сказал другой.

Я сошел с платформы, ступил на траву, присел и сорвал стебелек с желтым цветком. Принюхался и с удивлением осознал, что от бутона исходит едва уловимый аромат.

Другие пленные тоже начали расходиться и осматриваться.

– Что, венок решил себе сделать? – хмыкнул Айрекс, невысокий, но коренастый тип с густой всклокоченной шевелюрой и грубой черной щетиной. Проходя мимо, он специально зацепил меня плечом, причем с такой силой, что я даже пошатнулся.

– Природа воссоздана очень качественно, – произнес Нойс, подойдя ко мне. В руках он держал ветку с длинными ребристыми листьями, по его ладони тек желто-зеленый сок. – А на Айрекса не таи злобы, он из тех, кто считает свои яйца недостаточно крепкими и постоянно нарывается на кого-нибудь, чтобы это проверить.

Заключенные начали расходиться кто куда. Один даже полез на дерево.

– Далеко не расходитесь, неизвестно, что нас здесь ждет, – громко проговорил Лайсон.

– Как думаешь, за нами наблюдают? – поинтересовался Нойс.

– Конечно. Иначе незачем было бы все это устраивать.

– Ну а где противники? Ну те, с кем нам надо сражаться? Чего они ждут?

– Пока мы потеряем бдительность.

– Смотрите, что я нашел, – прокричал тот заключенный, что залез на дерево.

На траву рядом с толстым стволом упала связка каких-то красно-зеленых плодов. Все бросились смотреть, что они собой представляли.

– А они съедобные? – спросил один.

– Ну попробуй и узнаешь, – ответил другой.

Некоторые начали отшучиваться. Стали толкаться и ругаться.

– А чего бояться, если скоро все помрем? – задал резонный вопрос высокий доходяга, подхватил плод и впился в него зубами. Его примеру последовали еще двое.

Я внимательно осмотрел округу. Способностью примечать неприметное и видеть невидимое я не обладал, но минимальным чувством опасности все же обделен не был. И сейчас оно заскребло в глубине живота, предупреждая, что за нами кто-то или что-то наблюдало.