Чтение онлайн

– Тебе легко говорить. Она будет смотреть на меня с омерзением.

– Ради сына, которым ты давно бредишь, можно и потерпеть, - абсолютно спокойно произнес друг.

Да, он прав. Последние три года я только и мечтаю о ребенке, о том, что мне недоступно. Чуть ли не каждую ночь вижу во сне, как качаю его на руках. Иногда мне кажется, что это уже стало навязчивой идеей. Однажды не выдержал и рассказал все Нибасу, думал, вдруг легче станет, если с кем-нибудь поделюсь. Но легче почему-то не стало.

– Знаешь, - раздражение схлынуло, на его место пришел легкий кураж, как будто я собирался совершить очередное безумство, - а ты в чем-то прав. Ради ребенка можно и потерпеть ее брезгливость к себе. Но если она не захочет рожать? Что тогда?

– Я уверен, ты сможешь ее убедить. Вот увидишь, она узнает тебя получше и просто не сможет не полюбить. Иди и верни ее!

Арк хлопнул меня по плечу, и я вышел вслед за Кариной.

Девушка стояла в коридоре, спиной ко мне. Ее нелепый желтый комбинезон обвис после того, как она скинула со спины аппарат непонятного назначения. И сейчас узенькие плечики были ссутулены, придавая ей вид нахохлившейся пичужки.

Едва я шагнул к ней, как она развернулась и чуть не столкнулась со мной. Только сейчас я заметил, что она мне даже до плеча не достает. В ее глазах светилось отчаяние вперемешку со злостью, но увидев, что это я, Карина показательно отвернулась.

Ну, уж нет, милая, теперь я не дам тебе сорваться с крючка! Нибас прав, должен же и я быть счастливым. Хотя бы таким способом.

Взяв девушку за подбородок, я уточнил, действительно ли она согласна стать моей элоэни. Она ответила не сразу, показывая свой характер, но потом согласилась, и я решил сразу же показать ей, где она будет жить. На "Аргаре" слишком много свободных парней, чтобы такое сокровище оставлять без присмотра. Правда, контроль понадобится только до церемонии слияния. Потом она уже не сможет уйти, даже если захочет - симаррские узы создаются навечно и ничто, кроме смерти, не способно расторгнуть их.

Я привел ее в свою каюту. Открыл дверь и жестом пригласил войти:

– Располагайся.

– Это твоя каюта?
– она вошла и с любопытством огляделась.

– Да, а тебя это смущает?

– Нет, но я думала, что до свадьбы невеста должна ночевать отдельно от жениха.

– Это законы твоего народа? У нас все немного не так.

– А как? Слияние - это же что-то вроде женитьбы, да?
– она уставилась на меня с интересом.

– Возможно. У вас кто выбирает - женщина или мужчина?

– Раньше мужчина первым предлагал быть вместе, женщина только принимала его предложение или отказывала. А сейчас кто как хочет, это уже не важно.

– У нас всегда выбирает женщина, - я подивился законам ее расы, хотя нечто подобное наблюдалось и у федийцев с кхарами.
– Это ее право. Сегодня вечером проведем обряд.

– Вечером?
– она явно не ожидала, что так быстро придется отвечать за свои слова. Испугалась?

Я почувствовал легкое удовлетворение. Так и знал, что ее предложение было всего лишь попыткой избежать участи шийян.

– А чего тянуть? Ты же так желала взять меня в элоэйны, - не сдержав издевки, произнес я.
– Нужно было тебе выбирать другого. Теперь, малышка, не жалуйся.

– Я и не жалуюсь, - она сложила руки на груди и уперлась в меня раздраженным взглядом, - просто не ожидала, что это будет так скоро. У меня и платья нет, ты что, предлагаешь мне выходить замуж в таком виде?

Да, видок у нее был явно неподходящим для такой церемонии.

– Душ там, - я указал на соседнюю дверь.
– Платье тебе раздобуду.

– Уж будь любезен, - недовольно пробурчала она, демонстративно направляясь в указанном мной направлении.

Если бы я был уверен в ее решении и в том, что она его не изменит, то, может быть, дал бы ей пару дней. Но лучше сегодня же сделаю ее своей, и тогда она точно не успеет сбежать к другому, передумав выходить за меня. В конце концов, я и так был с ней слишком честен - дал ей выбор и к тому же два раза отказал. У нее был шанс выбрать другого, но она его упустила, я же свой не упущу.

***

Карина.

Когда Витар оставил меня одну, я решила сначала осмотреться, а потом уже заняться собой. В этот момент я чувствовала себя ребенком, который только начал познавать мир.

В каюте было много вещей, лишь отдаленно напоминавших привычную для меня мебель. В стенах - неглубокие ниши, заполненные всякой всячиной. В центре - непонятный предмет, вроде огромного куска полупрозрачного желе прямоугольной формы, мягко пружинящего при малейшем нажатии. Это, типа, кровать? Рядом стояли куски поменьше, более плотные, похожие на низкие тумбы. Лишь одно я узнала с первого взгляда - зеркало, расположенное по правую сторону от спального места. Но это был не обычный кусок стекла, покрытый серебряной амальгамой, а нечто, похожее на застывшую ртуть, которую нанесли на поверхность стены.

Зашипел динамик, установленный под потолком. Мужской голос приказал подготовиться к старту. Чудно, а в каюте предусмотрены ремни безопасности? И как насчет перегрузок?

Я подошла к так называемой кровати, села, немного попрыгала. Надеюсь, при взлете меня не размажет по стенам. Скинула ботинки и прямо в комбинезоне улеглась на приятно пружинящую поверхность. Положила руки под голову и уставилась в потолок в ожидании взлета.

Минуту жду, две, три... Когда уже прошло около десяти, плюнула, поднялась с кровати и направилась к двери ванной комнаты.

Заперта. Ни ручек, ни кнопок, ничего - абсолютно гладкая металлическая поверхность. Как ее открыть? Попробовала постучать - вдруг там какой-то особый механизм? Нет, как была заперта, так и осталась. Что за черт, р-р-р-р!

Разозлившись, решила пойти к Витару и все подробно разузнать, что как работает. Подошла к двери, ведущей в коридор корабля. Дверь такая же, как и в ванне, и тоже заперта.

– Да твою же медь, чтоб тебе пусто было! Ну как так можно?
– выругалась вслух.
– Вот как мне теперь выйти? А если я в туалет захочу?
– нет, лучше об этом не думать, а то и вправду могу захотеть, что тогда делать буду?

Начала ногой колотить дверь и кричать, в надежде, что кто-то услышит:

– Выпустите меня! Ау, кто-нибудь!
– но за дверью царила абсолютная тишина - ни единого звука.
– Сволочи! Выпустите меня! Ненавижу, уроды инопланетные!

Не выдержав, заплакала, вспомнив, к тому же, и об отце. Слезы потекли по щекам, собираясь на подбородке, падая вниз и расплываясь на ядовито-желтом комбинезоне темными пятнами. Неужели только сегодня утром он меня провожал, а теперь я не знаю что с ним, да еще и сама влипла в историю?