Чтение онлайн

Уже не поет — шепчет. Губы вновь соприкасаются, ладонь в белой перчатке — левая, легко сжимает мужские пальцы.

— Погоди... Погоди! Ты хочешь... Хочешь услышать мой ответ?

— Да, — отвечают его губы. Женщина кивает, оборачивается в сторону обрыва.

— Хорошо! Стань, пожалуйста, рядом.

Он вновь справа, она — слева. Позади — горы, впереди — горный склон.

— Наклонись...

Правая рука в белой перчатке взлетает вверх. Пистолет у его виска... Удивиться мужчина не успевает — как и услышать выстрел. Он понимает лишь, что земля под ногами исчезла, и он падает, падает...

Не упал. Смерть подхватила, крепко взяла за плечи, усмехнулась во весь костлявый оскал.

Данс-макабр!

Танго!

Смерть поет беззвучно, слова сами рождаются в гаснущем сознании, вспыхивают белыми искрами, тускнеют, превращаясь в обгорелые пылинки.

— Но почему? — кричит он, глядя прямо в пустые черные глазницы. — Почему? За что?

Напрасно! Смерть не отвечает на вопросы.

***

...Бумажник, кольца и документы — забрать, в левый карман пиджака положить две игральные фишки из казино и цветной проспект на мелованной бумаге. «SBM» — «Societe des Bains de Mer».

Общество Морских Купаний...[13]

Труп словно налился свинцом, но она справилась, пусть и со второй попытки. Вниз, в черную пропасть!

Прощай!

Отдышавшись, бросила туда же пистолет. Перчатки сняла, сунула в карман.

Все...

Можно было идти к машине, но женщина решила немного обождать. Повернулась спиной к морю, облокотилась о камень балюстрады, закрыла глаза... Черная тень сгустилась, подступила к самым зрачкам, но женщина ничуть не испугалась. Улыбнулась, поправила сбившуюся набок челку. Запела беззвучно, Смерти под стать.

...Ангел Смерти — никому не известно, каким будет его лицо. И когда он впервые приходит, его не могут узнать. У него — нежные черты. Но когда обнаруживаешь, что скрыто под ними, уже слишком поздно[14].

4

Он проснулся во сне. Глаз открывать не стал — ни к чему. Там, за прикрытыми веками, наверняка какая-то мерзость. Притаилась — и ждет, пока на нее взглянут.

А вот не стану! А вот не взгляну!

— Крабат!..[15]

Под головой вместо подушки — холодный камень. Спина затекла, на лбу выступили капли пота. Воздух несвежий, прелый, словно внутри старой пивной бочки.

— Крабат!.. Кра-а-абат!..

Такое с ним уже случалось, и он не испугался. Правильнее всего не отвечать и конечно же не смотреть. Вдохнуть поглубже — и крикнуть что есть силы, чтобы проснуться уже по-настоящему. Встать, вытереть пот со лба, допить холодный чай...

Чай... Стакан на столике возле окна, рядом — упаковка таблеток. Поезд? Да, он в поезде. Купе, верхняя полка. Выпил снотворное, чтобы уснуть пораньше.

— Крабат!.. Иди в Шварцкольм на мельницу! Не пожалеешь!..

— В Шварцкольме нет никакой мельницы! — не выдержал он. — И не было никогда. Мельница — в Хойерсверде, за лесом!

Открыл глаза, скользнул зрачками по густой вязкой тьме. Спрятались?

— И Крабата никакого не было. Не Крабат — Кроат, ясно? Полковник Иоганн Шадовиц, командир Глинского Кроатского полка, потому и прозвали. И мельницы никакой не было. Шадовиц никог да не служил в подмастерьях, он бежал из дому в двенадцать лет, записался в австрийскую армию...

Из темной глубины донесся негромкий смешок:

— Тебе так объяснили в школе? Не прячься хотя бы от самого себя, Крабат! От меня, как видишь, не получилось.

Видишь? Да, он видел. Тьма отступила, отдавая пространство. Невеликая комната, лавки по углам, он — на той, что рядом с окном. Стекол нет, деревянные ставни наглухо закрыты. В углу — бочонок (наверняка от пива!), на нем — плошка с сальной свечой. Огонек не желтый, не белый — синий.

— Сколько можно убегать, Крабат? Век? Два? Иоганн Шадовиц

умер в 1704 году...[16]

На Мастере — темный камзол с потертым шитьем, старая треуголка, тяжелая трость в левой руке. Таким его видели только на Рождество — а еще в тот летний день, когда на мельнице ставили новое колесо. Было очень жарко. Мастер поднял кувшин с вином, выпил в честь работников, остаток вылил на украшенный ветками обод....

Он помотал головой, отгоняя чужую память. Какое еще колесо?

Присел, повел плечами, разгоняя кровь.