Чтение онлайн

Все участники собрания, поголовно, с недоумением смотрели на меня, сидящего за главным столом в центре зала. Мне особо слова не давали, я просто там присутствовал по согласованию с Седовым и Лупицким. Кроме меня за главным столом заседали еще с десяток аристократов — представителей высших должностей империи и представителей императора, а так же руководство академии. Еще пару мест пустовало.

Собрание длилось несколько дней, и я, признаться, не понимал зачем там присутствую я. Ощущал себя мебелью. Лучше бы на занятия походил. Однако, мои страдания были вознаграждены.

В последний день прибыл, никто иной, как граф Медведев.

Возникшая немая сцена стоила многого. Уверен, большинство старшекурсников, которые распускали слухи про меня и мой род, готовы были бы откусить себе палец, а то и отдать руку на отсечение, чтобы увидеть эту сцену и поглядеть в глаза моего родного отца.

Я сидел в дальнем конце длинного стола и, весело улыбнувшись, кивнул отцу, в ответ на ошалелый взгляд. Граф Медведев так и застыл на месте, с прищуром глядя на меня, будто не веря в то, что видит.

Отец огляделся по сторонам, будто хотел найти того, кто объяснит, что здесь делает его нерадивый сынок. Но остальные уже привыкли к моему виду, поэтому не особо отреагировали на пантомиму, которую показывал Медведев. А ведь никто не знает меня в лицо и не знает, что я его сын. Кто-то слышал, быть может, что Медведев выделил сына из рода, но какое дальше это имя получил новоявленный барон, никто не удосужился узнать. Да и для чего? Гадюкины и Гималаевы заинтересовались, но у них был личный интерес. А остальным же хватает, чем занимать голову.

Граф Медведев прошел через всю сцену и положил руку на плечо министру внутренних дел графу Ветлицкому, который сидел рядом со мной.

— Дружище, не хочешь помяться местами? — предложил отец, не сводя с меня подозрительного взгляда.

— Медведев, тебя что, своих мест мало? — огрызнулся Ветлицкий. — Чего тебе так неймется? Я всегда на этом месте сижу. А ты, вон, занимай места, которые свободны.

— Да ладно тебе, там даже и видно лучше! — попытался прожать свое желание отец. Однако те места по правде были абсолютно неудобные и частично скрыты занавесами от глаз основной части зала. Поэтому туда никто не хотел садиться.

Слушай, Павел Семенович, давай договоримся, я тебе буду услугу обязан, — решил зайти с другой стороны Медведев.

— Далось тебе это место? — снова огрызнулся Ветлицкий.

— Ну, да, далось. Хочу вот с подрастающим поколением пообщаться. Он недобро поглядел на меня, а я даже не сомневался, зачем он сюда пришел и демонстративно изучал ногти.

Ветлицкий внимательно поглядел на меня, будто впервые увидел.

— А ты знаешь кто это? — спросил он.

— Довелось, — Кивнул Медведев.

— И кто этот малец? Никто толком не знает, а Седов с Лупицким молчат как рыбы.

— Сын это мой, — наконец ответил Медведев.

Ветлицкий удивлённо воззарился на Медведева. Потом перевёл удивлённый взгляд на меня.

В его глазах промелькнуло осознание, после чего он поднялся, и кивнув Медведеву, отправился на свободное место.

Что было в его голове, ума не приложу.

— Ну здравствуй сын, — тяжело рухнув в кресло, произнёс Граф Медведев.

Я сидел, развалившись на кресле, и в упор глядел на своего до крайности озадаченного отца. Тот на меня смотрел с огромным интересом и явно не понимал, что происходит — искал какой-то подвох.

— И что ты здесь забыл? — спросил отец. — Проштрафился? Тебя заставили прислуживать старшим чинам? — спросил он.

— Если это ваша попытка меня уязвить, господин Медведев, то в данный момент это неуместно. Мне сейчас не до выяснения отношений, — с напускной холодностью ответил я. — Думаю, вам известно, что аристократов не принуждают к черной работе вне зависимости от титула или прегрешений.

— Ну да, ну да… Прости уж мой солдафонский юмор, — покачал головой отец. — Ну и всё же, что ты здесь делаешь?

— Вам разве не докладывали, господин Медведев? Как я понимаю, вы невнимательно ознакомились с брифингом? — безжалостно, максимально ледяным тоном произнёс я.

Уголок рта Медведева слегка дрогнул. Ему явно не понравилось, что его так ткнули носом. Да и ещё кто — его нерадивый сын, которого он совсем недавно выгнал из рода. А теперь, по какой-то непонятной причине, его сын находится на секретнейшем собрании, посвящённом нападению на мир Инферно. Представляю, что у него сейчас в голове творится.

— Сын, давай-ка ты прекратишь эту клоунаду и скажешь, как есть.

— А то что? — хмыкнул я. — Я даже не знаю, уместно ли теперь именовать меня вашим сыном. Я ведь больше не участник вашего рода, отверженный, так сказать.

— Это к делу не имеет никакого отношения, ты сам говорил. Сейчас на кону куда более важные дела. Поэтому будь добр, объясни-ка, что ты здесь делаешь. Не заставляй меня здесь устраивать шумиху.

К нам подошёл генерал Лупицкий.

— О, вижу, вы уже и сами встретились. Не успел предупредить вас, граф Медведев. Моё упущение.

По лицу Лупицкого было видно, что он явно веселился и ему ситуация доставляла огромное удовольствие.

— Вы мне объясните, что здесь делает этот юноша? — Медведев всем телом развернулся в сторону Лупицкого.

— Конечно, конечно же. Этот молодой человек является сильнейшим учеником нашей академии. Прямо-таки светоч и наша надежда на светлое будущее. Более того, я взял его своим учеником.

Лицо Медведева, несмотря на такие эпитеты, постепенно мрачнело.

— И с чего такие почести? — почти прорычал он.

Его лицо начало медленно сереть, что говорило о том, что мой отец злится.

— Ну как же… Он, например, смог во время одного из боев пленить целого архидемона. Удивительно для первогодки, не правда ли? — Лупицкий, явно нарочно рассыпался в похвалах, даже покровительственно положил руку мне на плечо. — А ещё выстоял в спарринге со мной. Более того, он неплохо знает мир Инферно. Туда он попал победив демона-портальщика в открытой схватке. И он неплохо смог изучить мир Инферно. Более того, он наладил контакты с местными жителями. А ещё он выяснил, что мир Инферно некогда был обычным миром, таким же, как и наш. Но из-за влияния демонов превратился в то, что мы видели на той стороне. Удивительные открытия! И всё это выяснил вот этот плешивый молодой человек, — Лупицкий, не выдержав, рассмеялся от души. До этого взрыва и так было видно, что его до слёз душит смех. Правда, конечно же, было совершенно не ясно, по какой причине.