Архантропы вселенной или Прикосновение к любви
Шрифт:
— Хорошо, буду с вами честен. Вы правы, прошлый раз я вас обманул, хотя, вы отчасти сами виноваты. Согласились, значит, сделка состоялась.
— Да…
— Ну, не будем об этом, виноват, каюсь. Все же старикам можно иногда и прощать. А поэтому сразу скажу. За этот образец готовы выложить пятнадцать тысяч. Деньги хорошие. Уверяю вас, потому как, чтобы выделить из этого образца все компоненты, больших усилий придется приложить, а соответственно и расходы будут. Впрочем, нас это меньше всего должно волновать. Если у вас есть еще, они готовы брать из расчета по сотне за грамм.
— Хорошо, я подумаю, но с продажей, все же повременю.
— Смотрите, продавец сегодня есть, завтра нету.
— Ничего, другого найдем. Был бы товар, а желающие купить, всегда найдутся.
— В таком случае, буду ждать вашего звонка.
— Хорошо, я вас оповещу. Всего доброго.
— И вам того же.
Петр вышел во двор, сел в автомобиль и плавно тронулся с места.
Когда он выехал, то в зеркале заднего вида заметил, как следом за ним, тронулась иномарка, припаркованная на улице.
— Странно, может, мне показалось? Не люблю я совпадений, а потому, береженого бог бережет, — и Петр прибавил газу.
Иномарка шла позади, и как только Петр сбавлял ход, она тут же притормаживала.
— Пасут, черти. Значит, Веллер болтнул где-то лишнего про образец.
Вот бестия. Что же ребята, я ведь не такой лох, как вам кажется.
Петр заметил, что зеленый сигнал светофора мигнул и плавно нажал на тормоза. Иномарка, которая преследовала его, была через две машины позади. Уже у самой линии, когда на светофоре зажегся красный свет, он неожиданно дал газу и, рванувшись с места, под носом у встречной машины проехал перекресток и буквально через сто метров свернул вправо. Петр знал, что, проехав между домами, можно выехать на узкую дорожку, которая упирается в тоннель под железнодорожным полотном.
Одно время там можно было свободно проехать, потом проезд перекрыли, но третьего дня, когда он отвозил образец Леониду Иосифовичу, совсем забыл об этом. На удивление, проезд был открыт. Кто-то сдвинул бетонную плиту, и можно было проехать на противоположную сторону железной дороги, которую если объезжать, пришлось бы сделать здоровенный крюк.
Как и ожидалось, плита была по-прежнему сдвинута, и проезд был открыт. Петр проскочил туннель, проехал вдоль улицы и, свернув в один из переулков между домами, въехал во двор и припарковавшись между несколькими автомобилями, выключил габаритные огни и замер. Впрочем, вряд ли догонявшие смогли бы вычислить столь замысловатый маршрут, и все же Петр решил обождать и, понимая, что надо как-то обдумать создавшееся положение, откинулся на спинку сиденья. Вынув образец, мечтательно покрутил его в руках.
— Пятнадцать штук, интересно, очень даже интересно. Вопрос, как отломать остальные? Килограмма на полтора-два наберется совершенно точно, а это уже деньги и немалые, стало быть, чтобы их не упустить, надо, не теряя времени, собираться в путь-дорогу к Ионычу. Но прежде, подумать, кого взять в помощь, и какой инструмент для этих целей приобрести. И самое главное, как нам избавиться от тех, кто явно решил выяснить источник этого кусочка металла.
Петр поиграл им в руке, убрал в карман куртки, и, включив зажигание, медленно выехал со двора.
— Так что, Роман, по рукам?
— Раз такое дело, по рукам, — он протянул Петру руку.
— Значит так, вроде бы мы обо всем договорились. Главное, без суеты, покупаешь все необходимое. Как только все будет готово, звонишь мне на сотовый, я беру билеты, и мы отчаливаем.
— Само собой. Два дня и все будет готово.
— Замечательно. Главное, не жадничай, покупай самый хороший инструмент. Уверяю, все окупится сторицей. В глуши, куда мы поедем, купить что-либо будет проблематично, лучше перестраховаться, короче, ты понял?
— Да ты не суетись, все пучком будет. Возьму профессиональный инструмент. Тех денег, что ты дал, хватит на все, не волнуйся.
— Хорошо, надеюсь. Короче, я отчалил, и жду звонка.
— Добро. Максимум послезавтра все будет собрано.
— Я пошел.
— А ты чего, тачку-то свою разбил что ли?
— В каком смысле, а эта, — и он посмотрел на девятку Жигулей, на которой приехал в гараж к Роману, — моя в ремонте, и потом, светиться не хочется, когда дело деньгами пахнет. Понял меня?
— В момент.
— Вот и молодец. Пока.
Петр сел в машину и отбыл. По дороге он остановился возле универсама и купил кое-что из еды. Заодно положил в корзинку коробку шоколадных конфет и бутылку коньяка. Расплатившись, сел в машину и прежде чем отъехать, набрал номер Ольги.
— Алло, это я. Ты дома? Уже ждешь? Кисуля, я только заскочил в магаз, взял кое-что из еды. Что значит, все есть, ты меня знаешь, я не люблю с пустыми руками являться. Все, целую, через полчаса жди, — он нажал отбой и самовлюбленно улыбнулся, предвкушая приятный вечер в компании с Оленькой.
Еще накануне, когда почувствовал слежку, он решил, что ехать домой не следует, а поэтому позвонил одной из своих подружек и напросился в гости.
Переночевав у неё, он решил, что заскочит домой лишь, в крайнем случае, а оставшиеся два-три дня поживет у неё, тем более что та была рада столь неожиданному визиту Петра. Еще бы, с женщинами он был всегда щедр, и если бы не они, у него было бы значительно больше денег, чем сейчас. Впрочем, он не жаловался, считая, что они того стоят, и поэтому покупал им подарки, и никогда не скупился при этом.
Когда он позвонил, и Ольга открыла дверь, на пороге его ожидала жгучая брюнетка, одетая в шелковый халат, лишь едва прикрывающий попку. Она грациозно изогнулась, чтобы чмокнуть Петра, демонстрируя при этом, что лифчика на ней нет.
— Сумочки, сумочки не забудь. И вообще, я с дороги, был черте где, весь грязный, неумытый…
— Ванна уже полная и ждет тебя, — мягким голосом произнесла Ольга и, повернувшись, понесла пакеты с продуктами на кухню.
Петр скинул куртку, ботинки, и, нацепив тапочки, зашагал на кухню.
— Ах, ты просто душка. Мои любимые трюфеля взял и икорку и балычок. Лапа, ты чудо.
— Знаю. Короче, ты накрывай, а я мигом ванну приму.
Он скинул рубашку, брюки и аккуратно положил их на стиральную машину. Скинув трусы, потрогал рукой воду и залез в ванну. Вода была теплая, и приятно расслабляла усталое тело. Весь день пришлось крутиться, и сейчас он чувствовал, как приятно нежиться в ванне, в которую предусмотрительная Ольга насыпала какой-то морской соли.
Полежав минут десять, он взял с полки мочалку. В этот момент в дверях показалась Ольга. Она томно посмотрела на сидящего Петра.