Чтение онлайн

Речь идет прежде всего о том, что ребенок должен получить авторитетную и достоверную информацию об изменениях в его организме, связанных с половым созреванием. Вряд ли найдется добросовестный и вменяемый взрослый человек, который всерьез станет отрицать, что без такой информации начало формирования вторичных половых признаков, бурный рост костей и мышечной массы, не говоря уже о таких вещах, как менструации у девочек и поллюции у мальчиков, могут оказаться шокирующими и пугающими.

Вместе с тем, сама мысль о подобных беседах ставит многих мам и пап в столь же затруднительное положение, как и вопрос о том, откуда берутся дети.

Дело осложняется еще и тем, что эта важная и деликатная тема стала в последние годы предметом бесчисленных спекуляций и поводом для не вполне адекватных личностей выплескивать в печать свои патологические фантазии и тайные влечения и, более того, требовать их включения в школьные программы. Я имею в виду пресловутое “сексуальное просвещение” школьников. Несколько лет назад меня попросили дать экспертную оценку ряду подобных программ. Первое впечатление от прочитанного — чья-то неумная шутка. В начальной школе предлагалось изучать спаривание у животных и почему-то пропедевтику венерических заболеваний. Детям чуть постарше (5—6-й класс) предлагалось ознакомиться с особенностями профессии греческой гетеры, “сексуальными оргиями правителей древности”, пикантными нюансами античной педерастии. Подростков предполагалось тренировать в правильном обращении с презервативом. Возможно, предложение такого тренинга связано с тем, что у авторов программ в какой-то момент жизни возникли трудности в обращении с этим деликатным предметом. Однако это еще не повод подозревать все подрастающее поколение во врожденной идиотии и превращать школы в дома умалишенных с сексуальным уклоном. Ведь, насколько мне известно, абсолютное большинство граждан вполне успешно и по назначению использует презервативы, когда это необходимо, не имея специального образования. Правда, представители подрастающего поколения используют их порой для изготовления водяных бомб и елочных украшений, однако и они при интимном общении не пытаются натянуть их на голову вместо полового члена.

Тогда предложение подобных “инноваций” в образовании вызвало бурный протест со стороны самых разных социальных и профессиональных групп и организаций, и прежде всего со стороны православной церкви. К сожалению, изрядно пошумев, нагромоздив кучу взаимных обвинений, изведя немало бумаги, стороны, так сказать, сгоняли в ничью. С одной стороны, “сексуальное просвещение” не стало обязательным образовательным компонентом. Да в том виде, как предлагалось, оно, наверное, и не могло им стать ни при каких обстоятельствах даже в нашей дикой действительности. В то же время вопрос остается открытым. Точнее сказать, он сегодня отдан на откуп директорам школ и даже отдельным учителям. В результате где-то можно встретить все перечисленные “инновации” и даже еще более чудовищные вещи.

Скажем, мне неоднократно приходилось слышать от многих совершенно не знакомых друг с другом жителей одного из спальных микрорайонов столицы, что директор местной школы — гомосексуалист-педофил. Причем сообщалось это пикантное обстоятельство как нечто совершенно обыденное и чуть ли не само собой разумеющееся. Надо полагать, в той школе “половое просвещение” поставлено на совершенно выдающийся, нетрадиционно высокий уровень.

С другой стороны, встречаются учебные заведения, в которых подобные темы полностью табуированы и дети не получают информации, объективно необходимой им для нормального развития. Прежде всего к их числу относятся многие гимназии и школы, именуемые православными. В них от всего, что связано не только с сексуальными, но и вообще с отношениями мужчины и женщины, бегут, буквально как черт от ладана.

Хочешь не хочешь, за дело снова нужно браться родителям. На мой взгляд, единственно нормальный и естественный порядок вещей — когда ребенок имеет возможность говорить в своей семье на “скользкие” темы и получает ответы на “взрослые” вопросы от мам и пап.

Лучше, если разговор о грядущих изменениях в физиологии и связанных с этим новых ощущениях и потребностях проведет с ребенком родитель одного с ним пола. Но при этом важно, чтобы он знал, что может обратиться с любым вопросом и к другому родителю. И это совершенно нормально.

Во время таких бесед стоит придерживаться тех принципов, о которых мы договорились, когда отвечали на вопрос о том, как на свет появляются дети. Если вы помните, главный из этих принципов гласит: наши дети заслуживают и достойны того, чтобы им говорили правду и только правду. Причем в настоящий момент они уже достаточно взрослые для того, чтобы знать почти всю правду. Другое дело, акценты…

Как я уже заметил, в этом возрасте процесс половой идентификации связан прежде всего с внешней атрибутикой пола. Именно с этой точки зрения и стоит говорить с 9—10-летним ребенком о предстоящем процессе полового созревания. Ведь появление вторичных половых признаков, изменение тембра голоса, начало менструального цикла — не только отражение и результат процессов, происходящих в организме, но и атрибуция половой принадлежности именно на внешнем уровне.

То есть ребенку необходимо разъяснить, что предстоящее изменение его внешности и физиологии есть не что иное, как знак того, что мальчик уже не в игре, не в фантазии, не “понарошку”, а на самом деле начинает превращаться в мужчину, а девочка — в женщину. И это тоже совершенно нормально и естественно. Как нормально и естественно то, что поначалу это может казаться непривычным, доставлять какой-то дискомфорт и неудобства. Именно так устроена жизнь, так должно быть. И, следовательно, не о чем тревожиться, и тем более нечего бояться.

При этом не стоит затрагивать собственно сексуальные проблемы. Просто потому, что пока еще с точки зрения развития личности они не актуальны. Правда, случается, что уже в этом возрасте родители сталкиваются со специфической сексуальной проблемой. Я имею в виду детскую мастурбацию. Обычно этим занимаются подростки, но не так уж редко дети начинают мастурбировать и в более раннем возрасте. Это может быть как результатом раннего полового созревания, так и рудиментом генитальной сексуальности, о которой мы уже говорили. Чаще всего такое открытие бывает для родителей неожиданным и шокирующим. Не менее шокирующей для ребенка может стать новость о том, что родители в курсе его развлечений. Крайний случай — когда мама или папа неожиданно входят в комнату в самый пикантный момент. Такая ситуация чревата не только всеобщим шоком, но и тяжелой психической травмой для ребенка.

Чтобы избежать подобной крайности, есть очень простое средство. Точнее, правило: ваш сын или дочь достигли того возраста, когда входить без стука в их комнату уже нельзя. Не спешите возмущаться и негодовать. Давайте вместе подумаем вот о чем: правила этикета и хорошего тона, культивируемые в аристократических семьях Европы, не просто кем-то придуманы. Они изначально происходят от некоторых норм поведения, имевших сугубо прагматическое, прикладное назначение. Норм, способствующих выживанию рода. Во многом именно благодаря таким нормам аристократические фамилии насчитывают десятки поколений и не пресекаются в течение сотен лет, несмотря на войны, революции, эпидемии. Почему бы нам не взять их опыт на вооружение? Между прочим, непрошеный и неожиданный родительский визит может травмировать ребенка и в более прозаичных обстоятельствах. К примеру, появление отца в момент переодевания 10—12-летней девочки…

Но если уж вы оказались не в том месте и не в то время… Прежде всего, как бы вы ни относились к тому, что ребенок мастурбирует, ситуативно вы не правы абсолютно. Вы вторглись без разрешения не просто в личное, но в интимное пространство другого человека. И то, что этот человек ваш собственный ребенок, не только не смягчает, но наоборот, усугубляет безнравственность и беспардонность такого поступка.

Поэтому самое лучшее и, пожалуй, единственное, что можно сделать в подобной ситуации — это немедленно выйти и закрыть дверь. Даже извинения лучше оставить на потом. Мне представляется, что если сам ребенок не пожелает обратиться к случившемуся и в его поведении нет вызывающих тревогу изменений, лучше на данном этапе к этому не возвращаться. Хотя не стану спорить с теми коллегами, кто сочтет, что извиниться за вторжение все же необходимо. Это очень деликатная ситуация, и в ней, как, пожалуй, ни в какой другой, многое зависит от того, насколько на предыдущих этапах развития у ребенка сформированы базовое доверие к миру, автономия и инициатива, как вообще строятся отношения в семье.

В любом случае очень важно четко сформулировать собственное отношение к происходящему. В современной науке общепринятым считается, что сама по себе детская мастурбация не является чем-то необычным и тем более патологическим. Она не влечет за собой негативных последствий для физиологии и соматического здоровья. Добавлю от себя, что при адекватном поведении взрослых не происходит негативных изменений и на психологическом и моральном уровне.

Однако не могу согласиться с теми “специалистами”, которые утверждают, что мастурбация есть не просто довольно обычное и распространенное явление в среде детей определенного возраста, но нечто совершенно необходимое и полезное для здоровья.