Чтение онлайн

Мы переглянулись с Мишей и Егором и поспешили следом.

Увиденное шокировало меня не меньше танцующего особняка. Я многое в жизни повидал, но с таким проявлением магии или что там используют эти малявки, сталкивался впервые.

Вся площадь сада, вместе с террасой, скульптурными композициями, мощёными дорожками и скамейками была приподнята минимум на полметра, причём плоскость была идеально ровной, без изломов и трещин. Даже на глаз отчётливо видно, что все работы по выравниванию производились профессионально, будто здесь трудилась целая толпа императорских архитекторов с кучей измерительных приборов, а не ватага полудиких маленьких существ.

— Вода вся ушла, Гриша! — радостно проговорил Игнат и едва не захлопал в ладоши. — Я тоже сначала не поверил, а когда увидел, чуть не прослезился. Мы б никогда так не смогли выровнять. И дом тоже. У них получится. Сам спустись, посмотри.

— Куда это? — я понял, что многое пропустил, и решил срочно восполнить пробелы. Сон как рукой сняло.

Инициатива и предприимчивость — это, конечно, хорошо, но что если всё вдруг пойдет не по плану и дом просто разрушится?

С другой стороны, выравнивать его я и в самом деле не собирался, вряд ли такое под силу даже высокоранговым магам-строителям. Мазнул бы штукатуркой и подкрасил. Точнее, это сделали бы мои работники.

Мы вернулись обратно и вошли в особняк. Атас к этому времени прекратил работы и что-то обсуждал со своими помощниками. Их вокруг него собралось почти с полсотни.

— Нужно спуститься в подвал, идёмте, я проведу, — Игнат вышагивал по холлу, как заправский прораб.

Пока мы лавировали между горами обвалившейся штукатурки, под ногами постоянно сновали коротышки и каждый из них был чем-то занят. Потрясающая работоспособность. Кажется, теперь я понимаю, как можно использовать их в своих целях.

Мы спустились вниз по лестнице, прошли мимо алтаря, который я, кстати, так и не изучил, и под удивлённые взгляды стоящих вдоль стен кургов, вошли в вырытую малявками пещеру.

Что-то не припомню, когда я давал им разрешение на проведение масштабных раскопок.

Тоннель был значительно расширен, и от него во все стороны отходили такие же широкие коридоры.

Игнат, всё так же изображающий из себя хозяина стройки, прошёл немного вперёд и свернул во второй коридор слева. Сразу за поворотом открывался панорамный вид на весь масштаб проводимых здесь работ.

Фундамент особняка стоял на высоких каменных колоннах, вокруг которых, метрах в десяти ниже нас, толпились несколько десятков кургов. Как я понял, сквирлы использовали их для подъема и передвижения тяжестей, хотя могли делать эту же работу и при помощи магии.

Весь изъятый из-под дома грунт просто испарился, потому что я даже не представляю куда можно деть такой объём за столь короткий промежуток времени.

Я дотронулся до стены, но никаких признаков протечки или осыпания даже не было. Здесь явно присутствовала магия лилипутов, и она мне очень нравилась.

Кроме кургов, в огромном зале присутствовали и другие твари. Прямо на моих глазах один из коротышек верхом на гигантской саламандре вскарабкался по стене и повис вниз головой на потолке пещеры.

— Потрясающе, правда?! — Игнат сложил руки ладонями и покачался на пятках. Никогда не видел его таким воодушевлённым. — Это Бубум!

— Какой ещё Бубум? — подал голос Егор. Он так быстро крутил головой, что я начал переживать, как бы она не отвалилась.

— Друг Атаса!

— Друг моего друга — мой друг, — задумчиво проговорил я, наблюдая, как двое кургов начали крутить гигантское колесо и несколько рядом стоящих колонн с разным шагом плавно поползли вверх. Интересно, как они собираются всё это засыпать? Земли-то вокруг нет.

Через минуту все присутствующие здесь коротышки дружно что-то вскрикнули. По-видимому, так они проявляют радость.

Послышался лязг цепей, и прямо передо мной опустилась люлька, в которой стоял король сквирлов — коротышка с пузом и в кожаной шапочке. Он учтиво склонил голову.

— Гынгыр благадарыт чта Грыша цар позволыл возводит город для мой народ! Мы как раз укрэплаем твой дварэц.

Чего? Что-то я не припомню такого. И какой ещё город, если речь шла о посёлке?

Я повернулся к Игнату, но тот только пожал плечами, мол, я-то здесь причём, ты хозяин, тебе и разбираться.

— Позовите кто-нибудь сюда Атаса, — не поворачиваясь, сказал я.

Портить отношения с этими коротышками не особо-то и хотелось, но если не поставить их на место сейчас, можно однажды проснуться и увидеть, как один из них расхаживает по твоей комнате в твоих же тапках и пьёт приготовленный тобой же напиток из чайного гриба.

Я-то понимаю, что они ведут себя так, как привыкли, но до них надо донести, где они находятся и кто здесь хозяин.

Всё это время, пока мы ждали Атаса, в подземном зале стояла гробовая тишина.

Через несколько минут послышалось шарканье ног, и из тоннеля вышел Атас. По его виду стало понятно, что он что-то скрывает.

Коротышка остановился в двух метрах от меня и, не поднимая головы, прогундосил.

— Грыша цар звал Атаса, и я здес.

— Мне кажется, нам пора обсудить один вопрос. Сам всё расскажешь или мне начать?

Когда исповедь самодеятельного сквирла закончилась, его отец подошёл к нему и неожиданно для всех замахнулся, чтобы ударить. Я чудом успел перехватить руку толстячка.

— В моём доме я решаю, кого бить.

Мы минуту стояли молча, сверля друг друга глазами, но потом он увёл взгляд в сторону. Вот так-то.

— Гынгыр, твой сын хочет лучшего для своего народа, не стоит его за это наказывать. Но тебе придётся присягнуть на верность и пообещать любые действия согласовывать со мной. Иначе я вас выгоню. Твоим парламентёром будет Атас. Какое твоё слово?

Гынгыр посмотрел на сына, а потом перевёл взгляд на стоящего в сторонке курга, жующего какую-то палку.

— Гынгыр говорит «да»! Тепер мы можим объявит война!

Подземный зал потонул в рукоплесканиях.

— Нет! Никаких войн! Пока. Никаких решений без моего одобрения! Забыл?

— Харашо, — Гынгыр нехотя кивнул. Ничего, привыкнет.

Мы пожали друг другу руки, и я повернулся к Атасу, но он успел сказать первым.

— Атас сдэлал падарок Грыша цар. Идом.

Он повёл меня на самое дно подземного города и остановился напротив покрытой тряпками кучи. Снаружи вся эта композиция походила на центральную часть какого-нибудь сквера, вокруг которой на скамейках обычно отдыхают люди.