Чтение онлайн

Как бы то ни было, АНБ занималось обеспечением связи и радиоэлектронным шпионажем по всей планете, в том числе в Зоне, откуда шли сигналы собственной и чужих агентур. Часть перехватываемых сообщений предназначалась ЦРУ, проводившее тайные операции в аномальной территории, и самая важная информация из них в распечатанном виде разносилась дежурным офицером по кабинетам высшего руководства. Так на стол директора ЦРУ Паттерсона легла распечатка шифрограммы.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. СРОЧНО

КАНАЛ "КОНРАД"

ДОКЛАД РАДИОРАЗВЕДКИ. ПЕРЕХВАТ 127

ВРЕМЯ 19.38 UTC. ЧАСТОТА 5.860 ГГц

СПУТНИКАМИ РАДИОЭЛЕКТРОННОЙ РАЗВЕДКИ [с т ё р т о] ЗАРЕГИСТРИРОВАНО УВЧ-СООБЩЕНИЕ ИЗ ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АНОМАЛЬНОЙ ЗОНЫ. РАДИОГРАММА СОСТОИТ ИЗ ОДНОРАЗОВЫХ ШИФРОВ ТОГО ЖЕ ТИПА, ЧТО ПРИМЕНЯЛИСЬ В ПРЕДЫДУЩИХ СЕАНСАХ СВЗЯИ ПО КАНАЛУ "КОНРАД". ПЕЛЕНГ ПЕРЕДАЮЩЕГО УСТРОЙСТВА ПОЗВОЛИЛ ВЫЧИСЛИТЬ ЕГО КООРДИНАТЫ, СООТВЕТСТВУЮЩИЕ 51 град. 27' 02.3" С. Ш. И 29 град. 34' 51.9" В. Д. ТОЧНОСТЬ КООРДИНАТ ОЦЕНИВАЕТСЯ В 70 МЕТРОВ.

КОНЕЦ

На секунду директору ЦРУ показалось, что у него остановилось сердце и он быстро сел в кресло, набирая нужный номер на телефоне, обеспечивающий закрытую связь.

– Сэр?
– раздался в трубке усталый голос.

– Фрэнк, срочно зайди ко мне.
– Взволнованный голос директора явно взбудоражил абонента на другом конце.

– Буду через минуту.

Положив трубку телефона, человек, занимавший просторный кабинет, из защитных окон которого имелся отличный вид на дворик с прудом, еще раз прочел донесение. В этот момент в дверь без стука вошел высокий человек с гладко выбритым лицом в строгом костюме, с изящными очками, придававшими его виду интеллигентность и аристократичность. При встрече этого человека на улице, в нем вряд ли можно было заподозрить директора Национальной секретной службы - приемника Оперативного департамента ЦРУ, ответственного за агентурную разведку. Однако многие, кто был лично знаком с Фрэнком Стивенсом - для своих "Стальной Фрэнк" - знали, сколь жестким может быть этот человек, с виду напоминавший учителя математики.

– Что-то срочное, Ллойд?
– спросил долговязый с немного встревоженным видом.

– Прочти, - бросил Паттерсон и указал пальцем на лежавшее донесение.
– Только что прислали из Форт-Мида.

Взяв со стола лист документа, мужчина внимательно прочел его, а когда закончил, то изучил документ снова. По окончании он оторвал взгляд и посмотрел на директора.

– Значит все-таки кто-то выжил, - догадался Стивенс.

– Именно. И здесь два варианта, либо случайность, либо "Фантом" специально устроил все подобным образом, - заявил директор. Стивенс не стал делать никаких выводов и, сев на стул, молча ждал, не делая никаких выводов пока не узнает больше. Для максимального ограничения круга людей, имеющих даже частичный доступ к информации обо всем, что касается секретного исследовательского комплекса русских и агента под кодовым именем "Фантом", у АНБ не было ключа к одноразовым шифрам, чтобы точное содержание радиограмм сохранить в тайне. Там лишь знали, что вся информация по каналу "Конрад" была крайне закрытой. Теоретически расшифровке такая система не поддавалась, поэтому американские спецслужбы не могли сказать о ее содержании, но для ЦРУ это было неважно, так как обо всей основной информации, поступавшей из комплекса в ГРУ и наоборот, им тщательно докладывал Серегин посредством тайника в Зоне. Кроме того, предатель передавал точное место и время сеансов связи, в результате чего АНБ путем сопоставления данных радиоперехвата могло определить тип шифра, хотя и не могло его взломать. В любом случае подобные сведения были крайне ценны, что хорошо себе представлял директор ЦРУ.

– Координаты почти совпадают с местоположением комплекса, - заключил он.
– Понимаешь Фрэнк? Как вообще кто-либо сумел уцелеть, ведь у "Фантома" были четкие предписания? Если русские узнали, то ситуация начинает выходить из-под контроля. Нам сейчас этого никак нельзя допустить.

Стивенс смотрел на своего начальника непроницаемым взглядом, за которым невозможно было понять, о чем конкретно он думал и что чувствовал. Наконец, положив обратно на стол шифровку, долговязый мужчина закинул ногу на ногу и ответил:

– Пока еще не вышла. К тому же, что русские получат, если узнают о выжившем или о предателе?

Услышав подобное заявление, директор выразительно посмотрел на Стивенса.

– Если русские обо всем узнают, то данный факт поставит под угрозу проведение всей операции. Это недопустимо... "Фантом" не выполнил все, что мы от него требовали!

– Сейчас неважно, по какой причине агент не смог завершить дело до конца, главное нейтрализовать последствия. Нам известно, что русские на Большой Земле не могли знать последние подробности по проекту "Чёрный орёл", значит, наша задача сделать все, чтобы так оставалось и впредь.

Тут Стивенс ненадолго замолчал, как бы подбирая слова, а заодно продумывая дальнейший план действий. Поразмыслив, он изложил свои соображения.

– Можно не сомневаться в спасательной операции, которую русские постараются провести как можно быстрее. Маловероятно, чтобы выживший - или выжившие - ушли от комплекса вглубь Зоны - такая затея попросту самоубийственна и нелогична. Куда верней будет дождаться поискового отряда, который их эвакуирует из надежно защищенного бункера. Значит, тот кто вышел на связь, скорее всего будет внутри комплекса и выйдет на следующий сеанс в заранее оговоренное время с учетом возможного Выброса.

– Логично, - согласился Паттерсон и тут же на его лице возникло скептическое выражение.
– Однако мне не ясен один момент. "Фантом" сообщил о блокировании всех входов и выходов. Тогда как вообще кто-то смог выбраться на поверхность?

– Трудно сказать. Быть может вход оказался не сильно завален или в комплексе имелся еще один выход, о котором агент элементарно не знал. Сэр, при сложившихся обстоятельствах необходимо в максимально короткий срок выяснить точное местонахождение этого входа. И разрушить его.

Директор ЦРУ замолчал, просчитывая варианты наперед. Взглянув на данные радиоперехвата, он некоторое время их просматривал.

– Свяжись с НУР, чтобы там немедленно занялись анализом снимков по указанным координатам, - после размышлений сказал Паттерсон, имея ввиду Национальное управление рекогносцировки.
– Как только что-нибудь обнаружат, пусть сразу же направят результаты нам.

– Да, сэр.

Паттерсон задумчиво посмотрел в сторону и произнес:

– Если русские все узнают, значит игра пойдет в открытую.

Сидевший с тем же бесстрастным выражением лица Стивенс, поправил сползшие очки на носу.

– Мы этого не допустим. Инициатива все еще принадлежит нам.

– Меня смущает удар по территории Зоны. Нельзя спровоцировать их на ответные действия, - сказал директор ЦРУ.

– С точки зрения договоренностей мы будем чисты. Действовать придется на нейтральной территории, где у нас есть право уничтожать нелегальные элементы, а как известно, официально в Зоне никого нет.

На лице Паттерсона появилась тень улыбки и он с пониманием кивнул.

***

Операторы внимательно следили за любыми изменениями на экранах, куда стекалась вся информация о малейших изменениях в фоне излучений, воздействию которых подвергался второй самолет, аналогичный "Небесному взору". Теперь он гордо пролетал над черным мраком, раскинувшимся под ним на десятки километров вокруг, подобно своему предшественнику. Экипажу и техникам не было известно о судьбе предыдущего самолета, командование им поведало лишь о некоторых "неполадках", возникших в ходе очередного патрулирования, а предыдущий экипаж, дескать, отправили в карантин на неопределенный срок. Что за "неполадки" и в какой карантин отправили экипаж, само собой, не сообщили, но прозрачно намекнули, что об этой теме больше не стоит расспрашивать. В результате поползли слухи о гибели предыдущего экипажа, вызывавшие определенное волнение у их напарников. Настороженность особенно проявилась, когда на самолет установили дополнительное защитное оборудование под предлогом снижения воздействия от полей Зоны, но приказ есть приказ и гигантский летающий детектор взмыл в воздух.