Чтение онлайн

Прибежав к Руденко, инженер с предельно встревоженным видом заявил:

– Нужно уходить!

По выражению лица и тону Алексея биолог сразу понял, что с Большой Земли пришло нечто экстренное.

– Излагайте, - на ходу произнес учёный.

Самонин быстро пересказал суть сообщения и отдал биологу листок с расшифровкой. Пробежав по нему глазами, он с испугом в глазах посмотрел на Самонина.

– Значит, нас могут уничтожить или просто похоронить здесь?
– Руденко был не готов к такому развитию событий и реагировал пока медленно.

– Да!
– крикнул Алексей и подхватил ученого под здоровую руку.
– Григорий Валерьевич, они написали о неких документах по последнему проекту. Речь идет про те исследования, о которых вы не могли мне рассказать?

Биолог внимательно посмотрел в глаза Самонину и в этот момент на его лице отразилось полное понимание происходящего.

– О них.
– Коротко бросил биолог.
– Я немедленно займусь этим.

– Вы будете в секторе трансмутации?

– Да, - тут же ответил учёный.

– Тогда все необходимое я принесу к вам.

– Договорились, - бросил биолог и насколько мог поторопился к выходу, завернув в боковой коридор. Тем временем Алексей в максимальной спешке приносил необходимые вещи в комнату, где уже стоял объемный рюкзак, заранее приготовленный для эвакуации. Единственное, о чем не догадывался инженер, он не знал, что придется покидать комплекс в столь форсированном режиме. В первую очередь Самонин поднялся на верхний уровень и добыл еще одну защитную экипировку вместе с противогазом.

"Мало фильтров, не хватит. Куда их могли деть?"

На каждом уровне имелся склад со средствами защиты, включая запасные противогазы и фильтры к ним, но последних не нашлось и Самонин бегом помчался на нижний уровень, где после длительных поисков все же сумел их найти. Он положил предметы в попавшуюся под руку коробку и быстро вернулся за радиостанцией для приема сообщений, от содержания которых зависела их жизнь. Первый сеанс должен был состояться через девяносто минут и Алексею казалось, будто он каждое свое действие совершал на полном автоматизме, как часто бывает в экстремальных обстоятельствах. Теперь у него было все необходимое для выхода и осталось только сложить предметы, разместив их в рюкзаке. Еды набрал по минимуму, чтобы облегчить ношу - к счастью он вместе с Руденко незадолго до получения сообщения довольно плотно поел, поэтому куда важней была питьевая вода, которую Алексей перелил из пятилитровой канистры во фляги, а остальную часть в оперативно найденную баклажку, сунутую вместе с провизией в рюкзак. Туда же последовала и рация, значительно утяжелившая весь груз. Кроме того, он вспомнил, что на верхнем уровне, где разведотряды собирались в длительные рейды, видел тросы, которые могли пригодиться и немедленно отправился за ними, обнаружив их рядом с одним из трупов разведчиков, не пожелавших встать на путь предательства, что в итоге стоило им жизни. Отцепив тонкий, но прочный трос, Самонин прихватил два неинтегрированных прибора ночного видения, проверив в них элементы питания, и побежал назад. Когда он вернулся, то первым делом одел на себя защитный костюм камуфляжной раскраски со встроенными дозиметром и детектором. Последний требовался для дополнительного контроля обстановки и страховки, если данные от руководства могли содержать ошибку. Из оружия инженер выбрал нож, пистолет с двумя обоймами и сто четвертый Калашников с тремя магазинами к нему, два из которых он сунул в боковые карманы рюкзака - элементарным основам обращения с оружием его проинструктировали в первые дни после прибытия в комплекс. На все ушло около получаса, пролетевшие столь быстро, что Алексей и не заметил отсутствие Руденко. Чертыхнувшись, инженер хотел было связаться с ним по рации, но биолог опередил его и сам вышел на связь.

– Алексей, вы меня слышите?

– Да, говорите.

– Зайдите ко мне в отдел, здесь без вас не справиться.

– Понял, сейчас буду.

Не без трудностей, Алексей все же надел тяжелый рюкзак, навесил на себя автомат и со вторым защитным костюмом в руках пошел к отделу трансмутаций. Миновав пустынные коридоры, он вышел к лаборатории, где занимались искусственным улучшением найденных в Зоне артефактов, для чего создавали условия, схожие с аномальными. Каждая лаборатория имела свое отдельное помещение и в зависимости от особенностей работы, ученые могли обмениваться опытом со своими коллегами, в том числе, и с теми, кто работал в других уровнях и отделах. Однако из увиденных через видеокамеры помещений Самонин помнил, что некоторые из них были полностью закрыты для посторонних и туда допускались сотрудники, привлеченные к исследованиям особой значимости. Сейчас одна из бронированных дверей ведущих к ним была открыта, откуда послышался голос Руденко.

– Алексей, идите сюда!

Инженер прибавил шаг пока не прошел через два входа, разделенные пустым пространством.

– Не удивляйтесь всему, что увидите, - сказал биолог.
– Здесь мы проходили проверку датчиками - начальство опасалось за сохранность информации.
– Послышался горький смешок.
– И где теперь оно со своими мерами предосторожности?

Створки бронедверей разъехались в стороны и Самонин шагнул внутрь громадного зала, напоминавшего Центр управления полетами и лишь немногим уступал последнему в размерах. Впереди на всю стену красовался гигантский экран разделенный на несколько сегментов, куда, видимо, выводили важную информацию или результаты исследований. По бокам стен висели доски с фломастерами для оперативных заметок и подсчетов, особенно создававшие атмосферу и условия, необходимые для работы большой и слаженной команды.

– Я здесь!
– Руденко махнул рукой с противоположного конца помещения. Положив на пол костюм для биолога с рюкзаком, Самонин подбежал к ученому, мимо трех длинных рядов из столов с массой компьютеров. Инженер и не подозревал, что комплекс имел такие масштабы.

– Судя из вашей реакции, с камер наблюдения все смотрится не так эффектно?

– Здесь они вообще не установлены, только на выходе, - отозвался Алексей.

– Вот как?
– удивился биолог.
– Хотя логично, ведь сюда даже Серегин не имел допуска.
– На какое-то мгновение учёный замолчал, но затем с печалью в голосе произнёс: - Этот подонок обманом выманил их отсюда и вместе с охраной убил, словно скот.

Инженер подошел и взял за плечи биолога.

– Григорий, сейчас не время раскисать! Ради тех, кто не выжил в этой бойне мы просто не имеем права сдаться.
– Он посмотрел прямо в глаза Руденко.
– Нам нужно обоим выбраться отсюда и дойти к своим, иначе Серёгин победит.

При этих словах лицо учёного посуровело. Человек, привыкший скрывать свои эмоции и держать себя в руках, буквально трясся от гнева.

– Этого он не получит, - сдавленным голосом произнёс светила науки.
– Вот, разберите системные блоки и достаньте оттуда жёсткие диски. Всю бумажную документацию, которую смог найти, я принес.
– Руденко указал на кипу, сложенную на столе.

– Григорий, с собой нужно брать только самое необходимое, иначе я не смогу их вынести отсюда, - заметил Самонин, по ходу раскурочивая системник.

– Молодой человек, здесь все обладает колоссальной важностью.
– Учёный с предельно серьёзным видом, который Самонин еще не видел, произнёс: - Запомните Алексей, главное не наши с вами жизни, а эти носители.
– Он демонстративно поднял здоровой рукой папки и положил их рядом с инженером.
– Информация на них неоценима. Любым путём нужно доставить ее руководству, а дальше они придумают, что с ней делать.

Самонин понимающе кивнул головой и продолжил изымать винчестеры. Как он понял, отсюда запрещалось что-либо выносить, в результате чего весь зал был для данных чем-то вроде огромного сейфа, точнее сейфа посреди Зоны, а что может быть надёжней? Сборка корпусов не включала в себя винты, поэтому их получалось быстро вскрывать с последующим изъятием жестких дисков. Всего он набрал семь штук носителей, которые, затем, аккуратно положил в рюкзак вместе с распечатками.

– Всё, готово. Уносим ноги.

– Нет возражений, - согласился Руденко и они вместе спешно покинули огромный зал. Среди пустых стен исследовательского бункера звук шагов двух пар тяжелых ботинок был единственным напоминанием о том, что здесь все еще были люди. Поворот, за ним еще один и, наконец, два выживших человека вышли к лестничному переходу, которым соединялись уровни всего комплекса. Экипировка, оружие и рюкзак сильно замедляли движение Самонина, поровняв его в этом компоненте с биологом. В голове возник индикатор, непрерывно отсчитывавший время до момента, когда подниматься на верх будет поздно.