Чтение онлайн

– Собственно, простите, что отвлекаю, но я подошел, чтобы послушать голосовой аппарат вашей подопечной. Это же модель С.Т.И.М.? Редкая вещица. Ну-ка, вы можете мне что-нибудь спеть? – Клекотов-младший быстро обошел Ариадну и чуть ли не попытался открыть ей рот. – Давайте, механический мой соловей, ну, спойте же. Это не каприз. Мне требуется для работы. Нужно узнать, насколько музыкален ваш речевой аппарат.

– Вынуждена вас разочаровать, я имею речевой аппарат «Рапсода» в его улучшенном варианте 2-бис, который производится на петрополисской фабрике музыкальных инструментов, принадлежащей вашему отцу. Вы полностью знакомы с его музыкальными возможностями.

Улыбка пропала с лица Клекотова-младшего, и он тоскливо вздохнул.

– А, так вы из ранних версий моделей С.Т.И.М.? Я думал, вдруг повезет, и я встречу машину с прототипом аппарата «Евтерпа». Все никак не могу добраться до этого инструмента. Говорят, невероятное звучание. Когда купим с папенькой новые станки, обязательно наладим производство чего-то подобного. У меня уже есть первые чертежи.

– Я вижу, дело вашего отца будет в надежных руках, – с уважением отозвался я.

– Что, извините? Я вас прослушал. Знаете, я только что нашел, что у вас очень интересный голос. Весьма волнующий баритон. Вы поете? Нет? Ах, грешно зарывать такой талант в землю, я бы вас послушал.

– Мой коллега сказал, что считает, что дело вашего отца в надежных руках, – к моему облегчению перебила словоохотливого Клекотова-младшего Ариадна.

– Ах, фабрики? – Клекотов-младший улыбнулся. – Да, без сомнения. Для моего папеньки производство музыкальных инструментов лишь средство для получения денег, а вот я смогу вывести наше семейное дело на новый уровень. Ведь я служу не деньгам, а музыке. Я люблю ее больше жизни. Эдакая… Одержимость, знаете ли… И я рад, что судьба позволила мне создавать для нее инструменты. Новые инструменты, что когда-нибудь позволят нам выйти за привычные границы восприятия музыки.

Мимо вспугнутыми зайцами пробежали механики. Гигантский паровой инструмент задудел, завыл и вдруг взял какую-то высокую, абсолютно поросячью ноту. Из питавшего его котла вылетели не выдержавшие давления заклепки. В следующую секунду окна дворца Клекотовых осыпались на землю: инструмент за нашими спинами с оглушительным грохотом разлетелся, подведя черту разговору и обозначив явное выхождение за привычные музыкальные границы, по крайней мере на сегодня.

Встречу с Кириллом Аристидовичем Крестопадским нам устроил Клекотов-младший, которого я попросил об этой услуге перед уходом из разгромленного дворца.

Знакомство произошло в ресторане «Аполлония», стоящем напротив клекотовской фабрики.

Новый попечитель учебного округа произвел на меня хорошее впечатление: безупречно одетый блондин лет сорока, со щеточкой мягких усов, предупредительный, галантный – к Ариадне обращался точно как к живому человеку, чем немного смешил сидящего рядом Клекотова. Еще один внезапный участник нашего обеда – Григорий Холодов. Присутствие начальника охраны рядом с наследником барона понятно, учитывая, как неспокойно сейчас на улице.

Я хотел было начать задавать вопросы, но на столе как-то сам собой возник исходящий ароматным паром суп с раковыми шейками, а после телячьи отбивные в соусе «пикант», и наша беседа сама собой потекла совсем в другом русле. Поговорили о погоде, про слухи о войне на Урале, эпидемию Гнили, бушующую в городе-крепости Оболоцке, о том, сколько еще пройдет лет, пока флогистоны наконец научатся производить серийно, и про полицмейстера Углича, убитого при штурме рабочих бараков.

– Вижу, на вашей фабрике тоже забастовка? – Я кивнул в окно.

В дыму виднелись вставшие краснокирпичные цеха клекотовской музыкальной фабрики, вход на которую был перегорожен бревнами и набитыми землей бочками. Подъехавшие жандармы делать что-то не спешили – толпа рабочих у баррикад собралась немалая.

– Будь у меня под рукой две роты моего Архангелоградского воздушного, я бы освободил тут все за пару часов. А эти пентюхи неделю возиться будут. – Холодов с презрением военного человека посмотрел на жандармов внизу.

– А по-хорошему не удастся договориться?

– А как? – Клекотов-младший удивленно посмотрел на меня. – Мы с отцом бы и рады. Но забастовщики выставили невыполнимые требования.

– Как и остальные, сократить рабочий день с четырнадцати часов до тринадцати?

Клекотов слабо отмахнулся:

– Ах, если бы. Это, конечно, удар по производству. Но это можно было бы стерпеть. Но они требуют объявить воскресенье выходным днем. Шестидневная рабочая неделя им нужна.

– Безумие какое-то. – Крестопадский от слов Клекотова даже закашлялся. – Бизнес – это война, а работники – армия. И я как-то не видел, чтобы на войне были выходные.

– Не ожидал, что вы такой специалист в бизнесе. – Я позволил себе усмешку.

– Я специалист в войне, – холодно парировал Крестопадский. – Участвовал добровольцем в четвертой экспедиции за реку Обь в составе инженерного взвода. После имел честь защищать Небесный град Архангельск от коммунаров. Принимал участие в отходе наших войск к пограничной крепости Ижевск.

– После этого направились на излечение в свое имение под Екатеринозаводском? – проверила свои данные Ариадна.

– Абсолютно верно, мы с Григорием были ранены в ходе отступления. К счастью, не серьезно, иначе ноги бы мы не унесли. В общем, я пригласил его в свое имение, а позже устроил к барону Клекотову на службу.

Я быстро взглянул на Холодова. Боевой офицер. И оставил службу ради того, чтобы прислуживать барону? Такая хорошая оплата или слишком замарался в кровавой каше на Урале, чтобы вернуться в строй? Скорее всего, оба варианта одновременно.

Я побарабанил по столу. Затем вновь посмотрел на председателя учебного округа.

– Кирилл Аристидович, не могли бы уточнить, что делали в ночь прошлой субботы? – Я назвал дату, когда умер Меликов.

Не то чтобы у меня имелись какие-то подозрения насчет Крестопадского, но побыстрее отмести второстепенные версии я посчитал полезным для дела.

Услышав мой вопрос, председатель учебного округа немного побледнел.

– Меня в чем-то обвиняют?

– Естественно, нет. Просто вы могли бы помочь нам с расследованием одного дела…

– Орфей сказал, что вы хотели встретиться со мной из-за Меликова. Вы из-за этого спрашиваете? Но я с ним и словом не обмолвился. Просто увидел на балу.

– И все же, вас не затруднило бы ответить на этот вопрос?

Крестопадский нахмурился, но наконец пожал плечами.

– До утра в карты мы играли. У барона. Орфей, помнишь, ты как раз в тот день из Искрорецка вернулся.