Чтение онлайн

Едва дверь комнаты закрылась, Наиль активировал одноразовый артефакт, установивший защитный барьер, после чего прислонился спиной к двери, скрестив руки на груди.

— И так?

— А где еще быть кумихо? — возмутилась Лиса, присаживаясь на край кровати. — Ты же знаешь, какие у нас инстинкты? К тому же, с тобой мне было очень даже хорошо. А так как ты упоминал этот бордель, я и решила прибиться к нему. Что плохого? Ты не рад мне? Я думала, тебе тоже понравилось со мной? Я ошиблась?

— Да при чем тут это?!

— А что тогда? — непонимающе посмотрела на него своими лисьими глазами девушка. — Что не так? Тебе со мной даже скрываться не нужно!

«А она права», — донесся до молодого человека ментальный смешок Зиргрина.

«Хоть ты не начинай!» — недовольно отозвался Наиль.

Он смотрел на Лису, которая приняла довольно соблазнительную позу, закинув ногу на ногу. Ее длинные стройные ноги проглядывали в прорезь платья, вызывая в парне непреодолимое желание.

— Ладно, — сдался Наиль.

Честно говоря, после проведенного с Лисой времени остальные девушки уже казались ему какими-то не такими. Страсть, которую в нем разжигала кумихо, просто не могла сравниться ни с чем, ранее испытываемым в постели. Тайно парень даже мечтал снова встретиться с ней. И вот…

Он подошел к девушке и нежно провел пальцами по длинным распущенным волосам.

— Ты хитрая лиса, ты же специально пришла в поисках меня?

— Разве это плохо? Ты хорош внешне и в постели. Ты мне понравился, так почему бы мне тебя не найти, — обворожительно улыбнулась кумихо. Один из ее рыжих хвостов обвился вокруг ног Наиля, а тонкие длинные пальцы бродили по его груди, расстегивая пуговицы на его камзоле.

— Но я не ожидал, что ты решишь податься в проститутки…

Лиса рассмеялась.

— Я отказываю всем. Кроме тебя. Разве тебе это не льстит?

Наиль немного усомнился, но ментальный дар говорил, что девушка не врет. Ее большие миндалевидные глаза смотрели прямо на него, а язычок то и дело облизывал пухлые губы.

Парень не выдержал и впился в нее поцелуем. Его руки быстро и умело освобождали соблазнительное тело от одежды. Он ее хотел. Больше, чем мог себе представить!

На следующее утро парень нехотя распрощался с Лисой, после чего поймал свободного извозчика и вернулся в особняк.

Первым делом он проверил Рона. Парень выглядел гораздо лучше. С него смыли кровь и обработали раны. Рон лежал в постели, безучастно смотря в потолок. Рядом с ним сидела Аза, успевшая переодеться в одежду прислуги особняка, что-то ему рассказывая, но парень не реагировал.

— Тебе здесь не место, — холодно посмотрел на рабыню Наиль. — С этого дня тебе запрещено к нему приближаться. Уходи.

Аза не хотела его слушаться, но ошейник немедленно испустил предупреждающий импульс боли. Девушке оставалось только послушно покинуть подвал.

Наиль проводил ее взглядом, после чего вернулся ко все еще безразличному Рону. Рон даже не взглянул на него, продолжая смотреть в одну точку. Наиль положил рку ему на лоб и проверил сознание.

Разум Рона был в хаосе, но необратимых повреждений психики не было. Осознав это, Наиль ударил пальцами по нескольким болевым точкам своего новообретенного ученика.

Рон вздрогнул и захрипел от боли. Только после этого его взгляд обрел некоторую осмысленность.

— Пришел в себя? О чем думал?

— О… о своем будущем…

— Нашел тему для размышлений. Твое будущее очевидно — ты станешь мастером смерти и моей правой рукой. Это лучше мучительной смерти, не находишь?

— Не нахожу…

— Ты согласился. Отступать поздно. Нужно было думать о последствиях до того, как принять заказ и выйти из спячки.

— Я знаю…

— Тогда прекращай страдать и думай, как пережить предстоящие тренировки. Правильный настрой тебе очень пригодится.

— Что меня ждет?

— Тренировки. Тяжелые, почти невыносимые. Но ты выдержал пытки и не сошел с ума. Хоть твой возраст и староват для обучения, но не за пределами допустимого. Если постараешься — станешь отличным мастером смерти.

— Я — и вдруг, мастер смерти. Странно.

— Ты — убийца, но не хочешь стать мастером смерти? Почему? Это огромное продвижение.

— А еще — это огромные перемены. Думаешь, я не знаю, что такое мастера смерти? Меня постоянно отправляли убирать места после их срывов. Они… нет, вы. Вы все — психи. Я не хочу становиться таким. Не хочу, чтобы Аза увидела во мне чудовище…

— Каждый меняется по-своему, — присел Наиль на диван у ног Рона. — У меня не было срывов. Тебе просто нужно найти способ сбрасывать стресс. Я это делаю в борделях. Ты можешь придумать что-то, что подойдет для тебя. Но вот мой совет — думай уже сейчас. Когда попадешь под пресс тренировок — будет уже поздно. И если заранее не позаботишься об отдушине — станешь как раз тем, кем не хочешь себя видеть.

— Я подумаю… Хотя, даже не представляю, что у меня могла бы быть за отдушина… В бордели я не пойду — слишком сильно люблю Азу. Да и не совсем понимаю, что приводит к этим срывам. Особенно у мастеров смерти. Обученные убийцы высшего класса, а контролировать себя не могут? Как это происходит?

— Давай покажу.

Наиль сейчас не был строг с Роном. Он понимал, как важно принять перспективу стать мастером смерти. Он прекрасно знал, что обычные убийцы боятся их и благодарят всех богов за то, что не стали такими. Рону же, который был без памяти влюблен в Азу, было еще тяжелее. Его ситуация, в которой на одной чаше весов легло будущее в качестве мастера смерти, а на другой — свобода Азы, выглядела крайне печальной. В качестве обычного члена гильдии он ни за что не сможет заработать на выкуп своей невесты, да и Наиль ее ему тогда просто не продаст. Но что, если он изменится? Будет ли она все еще его любить таким? Аза говорила ему, что будет, но кто может предсказать будущее?

Наиль положил руку на лоб Рона. Рон же ощутил, как в него насильно вливаются чужие эмоции. Бесконечная гложущая пустота и жажда хоть как-то ее заполнить… Напряжение, которое постепенно накапливается, отнимая концентрацию и затуманивая рассудок. Кровожадное безумие, от которого перехватывает дыхание, а воля теряется в одной-единственной мысли. Выплеснуть все это куда-то! Как можно скорее, каким-угодно способом, но выплеснуть. И поскольку все, что он может — это убивать, то инстинкты буквально вопят единственном способе избавиться от этого ужасного давящего на разум чувства…

Наиль убрал руку от лихорадочно хватавшего ртом воздух Рона. Того трясло, он мелко дрожал, а взгляд лихорадочно метался по комнате.

— Теперь ты знаешь.

— Это… словно голодный дикий зверь, которого держат на цепи, и который думает только о том, как бы вырваться и всех разорвать!

— Все приблизительно именно так. Разница лишь в том, что этим зверем будешь ты. А вот цепи на тебе никакой не будет.

Рон закрыл глаза. Он представил, как всю оставшуюся жизнь будет жить с эти — и на глаза навернулись слезы. Он не хотел, но в его позвоночнике обосновался рабский артефакт, а Жнец никогда не позволит сорваться с крючка.