Чтение онлайн

Поначалу я совсем ослеп от резкого перепада освещенности и шел на ощупь, проверяя ногой тропинку впереди себя. Расщелина стала шире, дотянуться до стенки рукой уже было нельзя.

А через несколько секунд, когда зрение вернулось, я заорал во все горло от неожиданности увиденной картины. Учитель замер на месте как вкопанный и быстро обернулся ко мне.

Мы с Наставником стояли на узкой дорожке. По обе стороны от наших ног до самых каменных стен были аккуратно сложены скелеты людей в истлевших одеждах. Они все лежали на спине со скрещенными на груди руками и головой к стене. Их высохшие ноги с коричневыми ногтями смотрели на меня.

— Я же предупреждал, чтобы ты не пугался, — укоризненно произнес Али Баба.

— Ничего себе: «не пугался»… Хорошенькое дельце! — обиженно проговорил я. — Конечно же, я помню, еще в поселке мне говорили, что сюда приносили после смерти самых заслуженных людей. Но я не думал, что их здесь так много! Ведь их здесь сотни, если не больше!

— Эта традиция сохраняется веками, а достойных людей в нашей местности много.

Докторская привычка быстро приходить в себя победила страх. И поход продолжился, правда, с некоторой настороженностью с моей стороны.

«Нет, их здесь не меньше тысячи! И хотя движения воздуха совсем нет, какиелибо запахи тления отсутствуют. Видно, в условиях горного воздуха и скрытости от влаги тела не разлагаются, а как бы высыхают, мумифицируются, — начал монолог мой внутренний ученыйисследователь, отвлекая меня и не позволяя поддаться панике. — Чтото свежих тел и ткани не видно, наверное, давно не хоронили здесь никого достойного».

Только эти мысли стали проникать в мое сознание, как неожиданно мы вышли на открытую площадку.

Перед моим взором открылась огромная котловина, окруженная снежными пиками гор. В самой глубине ее было озеро такого неестественно синего цвета, что казалось нарисованным. Холодный ветер налетал на нас и здорово освежал, если не сказать — обжигал морозным воздухом.

После тропы в ущелье мертвецов и замкнутого пространства расщелины эта Солнечная долина со сверкающим снегом и зеркалом воды выглядела необыкновенно контрастно!

Наставник подозвал меня и показал рукой на правый освещенный склон горной гряды.

Стараясь преодолеть шум ветра, он прокричал мне в самое ухо:

— Спускаемся к озеру, потом вон в тот проход направо, где начинается снег, там есть еще одно небольшое плоскогорье. В общемто нам надо подняться вон туда, — он показал точно на самую высокую вершину, выделяющуюся на фоне голубого неба ослепительной белизной. — Только это завтра, а сегодня надо подготовиться. Ну что, пошли?

Мы стали спускаться к озеру.

Движение вниз в горах часто бывает труднее подъемов.

Камни осыпались под нашими ногами. Порой нам приходилось буквально ехать на пятой точке вниз, поднимая пыль. С первого взгляда сверху казалось, что все расположено близко — рукой подать. Но это один из фокусов, который устраивает Природа в горах.

Еще есть другой фокус — когда теряется представление о горизонтальности. Вроде идешь по ровной поверхности, а устаешь, будто топаешь в гору.

Както на одном из перевалов в студенческие годы нам показывали такое чудо. Автомобиль, стоящий на горизонтальном участке дороги с выключенным двигателем, начинал ехать сам собой, постепенно ускоряясь. Эта часть трассы у водителей пользовалась нехорошей репутацией изза большого количества аварий. И не мудрено: рассчитываешь на тормоза, а грузовик решает посвоему.

А еще в горах всегда присутствует эффект трех сосен. Когда ходишь кругами в одном и том же месте и никак не можешь выйти, все время возвращаясь к началу пути. Вот страстьто! Надеюсь, что с моим провожатым мне это все не грозит. Хотя… как вспомню расщелину и ноги с темными ногтями, прямо передергивает всего.

Ну вот и вода. Мы подошли к самой кромке озерной синевы. Вода абсолютной прозрачности и, видимо, безжизненная. Естественно, как сюда могут попасть, например, рыба или водоросли, когда кругом и травыто нет?!

Мы находились на солнечной стороне склона, поэтому было достаточно жарко. Очень хотелось утолить жажду, и я решил напиться прямо из озера.

Учитель в это время снимал с себя одежду. Полностью раздевшись, он поклонился озеру и вошел в воду, температура которой была явно ниже нуля. Я вспомнил купание в водопаде и передернулся…

Посмотрел в сторону белой вершины. Как раз на солнечном склоне ее снежная шапка была меньше, чем с других сторон. Зато по руслу долины сползал ледник, а с его нижнего края бежало множество ручьев, наполнявших наше озеро. Вот откуда чистота воды и низкая температура!

Вздохнув, я решил во всем следовать примеру Наставника и стал раздеваться. Ветерок, дующий со стороны снега, пронизывал мое тело насквозь. Тогда, решив, что лучше окончательно погибнуть, чем уступить обстоятельствам, я отчаянно кинулся в воду.

— Ааа! — вопль начинающего моржа полетел над долиной, отзываясь эхом в горах. Вот это холод!!! Голову стиснуло, будто обручем, дыхание перехватило, а руки и ноги без какойлибо команды с моей стороны сами собой быстренько погребли к берегу. Наставник надевал ботинки, сидя на камнях. Я подбежал к своим вещам.

— Подожди одеваться, — предложил он. — Ты так сильно кричал от холода…

— Угу… — зубы мои отбивали скоростную морзянку, передавая на всю округу сигнал SOS следующего содержания: «Холодно нам, замерзли совсем!»

— Однако ты можешь согреться прямо сейчас. Расслабь мышцы, сделай длинный выдох. Выброси из своей головы мысль о том, что ты, являясь теплолюбивым человеком, только что искупался в ледяной воде.

Я расслабился. И действительно немного потеплело.

— Представь, что стоишь на берегу моря гдето в Сочи, а на дворе жаркий июль. Песок под ногами настолько горячий, что трудно стоять, Солнце печет невыносимо. Все твои мысли заняты тем, чтобы не обгореть. Хочется пить… — продолжал издеваться Учитель. — Ну как?

— Да, тепло, както сразу согрелся. Даже можно сказать, жарко становится.

— О чем это говорит? Ты есть то, что сам о себе думаешь. Вот расскажи, какой ты?

— Ну, человек, мужчина. Рост средний, вес тоже, что ещето?

— Неужели это все?

— Нет, конечно. Еще я ученый, путешественник, отец, врач и так далее.

— Смотри, сколько набралось! А теперь скажика мне, отецврачитакдалее, что надо сделать, чтобы услышать в разговоре другого человека?

— Наверное, самому замолчать, — я призадумался. А действительно, думаем ли мы об этом?