Чтение онлайн

– Ф"alg, садитесь, давайте документы, аусвайс в развернутом виде, мне нужно сверить подлинность. – прозвучал голос мужчины, сидевшего за отполированным письменным столом.

Лиссандра обвела работника глазами, обращая внимание на его нервное постукивание довольно причудливым пером (Это ручка, сообразила девушка, возможно, немного порывшись в голове мужчины). Лунарец сидел сутуло, видно было, как ему неудобно на тесном бержере, слегка потемневшем от времени. Сам по себе лунарец выглядел сурово, но несуразно подобранные очки с округлым ободком лишали его внешность имеющегося шарма. Одет мужчина был в гладкий серый пиджак с белой рубашкой, заправленной в узкие клетчатые серые штаны.

– Мне повторить или вы изволите сесть? – бесстрастно проговорил лунарец с нотками напускной вежливости.

Аусвайтеры в Лунервейне зарабатывали не шибко большое количество тенгенов, поэтому и профессию свою, вероятно, недолюбливали, а от этого и отношение к людям было крайне потребительское.

Авитус сел напротив лунарца. Он поелозил руками по штанинам, будто старался выровнять все складки.

– А, собственно… – Авитус потер подбородок. – Что такое аусвайс?

Лунарец приспустил свои неказистые очки и утомленным взглядом окинул Авитуса:

– Молодой человек, что вы тогда здесь забыли?

– Нам очень нужно пройти на остров, прошу! – взмолилась Лиссандра.

Лунарец рассмеялся и, сняв очки, потер глаза.

–Уважаемая, у нас есть законы, которые мы обязуемся исполнять. Я не могу вас пропустить только потому, что вы попросили об этом. Есть определенные требования, так имейте же совесть. – заохал аусвайтер.

– А как нам получить нужные документы? – спросил Авитус.

Лунарец тяжело запыхтел, его состояние стало напоминать забившуюся дымом и сажей печь, готовую вот-вот отбросить в соседнюю стену нагревшуюся заслонку:

– Для начала, вам нужно зайти в отделение заграничного контроля, чтобы составить документ по некоторым вопросам, затем отстоять в очереди в соседнем здании за разрешением на получение аусвайса и допуск к дальнейшим процедурам, после пройдете в здание из белого кирпича, там вам выдадут бумажки на подпись о согласии с законами Лунервейна, далее проходите в кабинет этажом выше, у самой стены, где сдаете анализы и проходите некоторые тесты, получение анализов может занять некоторое время, максимум неделю, но после того, как придут результаты и вас одобрят, то идете в здание магистрата и оформляете аусвайс. – протараторил лунарец.

– Я уже забыла, что нужно было делать, можете повторить? – осторожно спросила Лиссандра.

Теперь он уже совсем надулся и ранее худощавый господи превратился в уставшего, но от этого не менее обозленного дога.

– Так, вы только отнимаете мое время и время людей, что ждут, пока вы отсюда упретесь. Покиньте помещение. Немедленно.

Лиссандра прикрыла глаза и немного призадумалась.

– Как вы можете быть таким злым? – по ее побледневшим щекам потекли слезы.

Аусвайтер провел рукой по лбу, стало отчетливо видно, как он напрягся. Пот стал лить дождем, помутив линзы очков.

– Мы проделали такой путь в пустую, у нас нет времени на беготню по домам, ради каких-то незначительных бумажек. – Лиссандра продолжила давить на жалость, пошмыгивая носом. Ее нос покраснел и нижняя губа затряслась.

– Прошу вас, леди, вы же знаете, что я не могу ничего сделать. – замялся лунарец, но он уже не был в этом так уверен. В какой-то момент он ощутил подступившую чужеродность в собственном сознании, будто управлять самостоятельно им он мог с трудом. Возможно, это из-за сентиментальности, возможно, из-за кое-чего другого.

Авитус сидел, стараясь сохранять спокойствие и невозмутимость, но мысли его просто пылали о том, что Лиссандра вновь принялась разыгрывать этот жалкий цирк.

– Если бы вы понимали, что нам пришлось преодолеть, мой друг ищет единственного человека, который может ему помочь, а помощь ему нужна незамедлительная. – Лиссандра опустила голову.

Лунарец начал делать глубокие вдохи, кажется, стараясь не дать слабину, но Лиссандра видела, что на него нужно было надавить еще совсем чуть-чуть, чтобы тот размяк.

– Жизнь этого человека зависит от вас! – она меланхолично указала на Авитуса.

– Что у вас за проблема, господин? Я могу выписать документ, пропускающий в чрезвычайных ситуациях. – спросил лунарец, обращаясь к Авитусу. – Но тогда срок пребывания будет очень ограничен.

– Вирус. Но не волнуйтесь такой вирус не передается по воздуху, он вызван по причине отсутствия достаточного уровня санитарии в моем больничном отделении. К несчастию для меня, данный вид вируса редок, поэтому бороться с ним никто не в силах, кроме вашего соотечественника. – ответил Авитус.

– Название у вируса есть? Для протокола нужно. – попросил лунарец.

– Окамирионская подагра! – мгновенно выдала Лиссандра. – Последняя стадия, смертельная!

Авитус покосился на нее неуверенным взглядом, намекая об ее неосторожности.

– Подагра говорите… – негромко произнес аусвайтер.

Возникло тяжелое молчание, от которого у Авитуса пробудился Желудочный океан. Это всегда происходило в самые неподходящие моменты. Странствующие киты как раз собрались исполнить свою любимую композицию.

Его кости, какие они на вкус? – внезапно всплыло в голове аэтернумца. Что это значит? Какая мне вообще разница?.. Но ведь и в правду интересно…

– Хорошо. – наконец выдал лунарец. – Вот ваша справка, проходите скорее, отдайте это врачу по ту сторону, сегодня наш медицинский пункт на ремонте. Торопитесь, чтобы я вас больше не видел.

Напарники вышли за дверь противоположно от стены, где они вошли. Они оказались на улице. От здания выходила мощенная улочка, вдоль которой выстроились совсем крохотные фахверковые домики с красными черепичными крышами, что поросли мхом и луноцветом.

Улица заканчивалась пологим спуском к реке, откуда возвышался изумительной красоты храм. Диво его заключалось не в количестве изысканных украшений, а в сдержанной скромности и внимании к деталям. Храм был чист и ухожен, видно, что к постройке относились с трепетом и любовью. Дощатые стены из ели грамотно сочетались с двускатной крышей из темных бревен. Входная дверь украшалась порталом, а окна имели слегка вытянутую форму и треугольные сандрики, венчающиеся прямо над ними. Из крыши ввысь вырывался четырехугольный шпиль, замыкающийся на конце серебряным флюгером в форме месяца. Лиссандра взглянула на воткнутый в землю деревянный указатель, где на доске выжжена надпись: