Чтение онлайн

Подбегая ближе, я увидел, что возле его ног безмолвно лежит окровавленный Фабер.

"Убийца!", - промелькнула в голове яростная мысль, и мой разум застлала кровавая пелена.

"Сейчас ты умрешь!", - занося меч, я рванулся вперед, одержимый одним единственным желанием - выпотрошить безжалостно убившего моего дядю подлеца.

Незнакомец только начал разворачиваться в мою сторону, и я увидел белоснежный кружевной платок, которым тот вытирал окровавленные руки. Это еще больше уверило меня в моем предположении.

Убийца отреагировал лишь в самый последний момент, когда мой клинок неминуемо должен был вонзиться в его плоть. Белый, с багряными каплями крови платок причудливой птицей взмыл в воздух, а незнакомец молниеносно развернулся. Одновременно он совершил небольшой шаг в сторону и парировал мой удар в мгновение ока возникшим в его правой руке коротким эстоком.

Такая невероятная реакция поражала, но сейчас это только еще больше разозлило меня. Я тут же отпрыгнул в сторону, ожидая контратаки. Однако убийца и не думал нападать.

Он оценивающе смотрел на меня приковывающими к себе пронзительно-голубыми глазами - они будто сияли в сумраке под широкополой шляпой. Длинные, до плеч, черные как смоль волосы обрамляли красивое аристократическое лицо, в котором, вопреки его юности и тонким чертам, чувствовались сила и мужество.

Невозможно было не обратить внимания на наряд незнакомца: расписной, из сложной плотной материи облегающий сюртук, узкие, из того же материала шоссы, короткий, богато украшенный узорами плащ и великолепные ботфорты. Каждая деталь костюма буквально кричала о своей чопорности и элегантности. За толстый кожаный ремень, что опоясывал талию франта, были аккуратно заткнуты изящные перчатки - выделанные из тончайшей кожи, они одни, наверное, обошлись своему владельцу в целое состояние!

"Неужели этот щеголеватый юнец мог быть ассасином?!" - я даже засомневался в том, что передо мной действительно стоит убийца.

Неожиданно с земли раздался тяжелый кашель, и я - так, чтобы не упускать противника из виду - бросил быстрый взгляд на Фабера.

– Дядя, ты жив?!
– не поверив своим ушам, воскликнул я.

– Никк?! Это ты, мой мальчик?
– прохрипел старик.

– Да, я здесь! И сейчас убью того, кто на тебя напал!
– яростно впиваясь взглядом в ледяные глаза чужака - точно окаменев, франт так и продолжал стоять передо мной.

– Постой, Никк, ты ошибаешься! Это не он напал на меня! Все совсем наоборот: если бы не этот человек - я был бы уже мертв...
– с трудом закончил дядя.

Я вновь перевел взгляд на незнакомца. Убрав свой тонкий меч, он сделал небольшой поклон, так и не проронив ни слова. Я же тотчас бросился к дяде Фаберу, на ходу пряча клинок в ножны.

Теперь мне стало видно, что дядя лежал на расстеленном по земле плаще, а его раны перевязаны темной тканью, на которой еле виднелось большое пятно крови.

Фабер попытался приподняться мне навстречу.

– Дядя! Лежи, не шевелись!
– вскрикнул я, останавливая его.
– Скоро здесь будет Бени - она подлатает тебя! Все будет хорошо!
– я положил руку ему на голову.

– Нет, Никк, - дядя улыбнулся и покачал головой.
– Нанесенные мне раны - смертельны. Мне осталось совсем недолго...

– Что ты такое говоришь?!
– перебил его я.
– Ты будешь жить! Ты крепкий! Еще совсем немного - Бени уже рядом!
– я оглянулся, ожидая увидеть выезжающую на площадь сестру.

– Никк, - голос дяди стал очень слабым.
– Обещай мне, что позаботишься о ней... защитишь ее...
– он сжал мою руку.

– Дядя!
– я тоже крепко сжал его руку.

– Ты знаешь, что был мне сыном. Вы оба всегда были моими любимыми и единственными детьми, которыми меня наградили Боги...
– Фабер вновь зашелся в кашле и его губы обагрились кровью.
– Пообещай мне, что всегда будешь рядом с Бени!
– с трудом прохрипел он.

– Конечно же, мой дорогой дядя! Клянусь, что буду заботиться о ней до конца своих дней!
– воскликнул я.

– Хорошо, - добрая улыбка осветила его такое родное мне лицо.
– Теперь мое сердце спокойно...
– Фабер закрыл глаза.

– Дядя, держись!
– я вновь лихорадочно оглянулся, в отчаянии ища и не находя на заваленной трупами и окруженной горящими зданиями площади свою сестру.

– Все в порядке, Никк, - его губы еле шевелились.
– Я прожил долгую и счастливую жизнь. Пришел мой час...

– Нет!
– я ощутил, как к горлу подкатил противный комок.

Дядя Фабер открыл глаза. Его взор светился удивительным спокойствием и умиротворением.

– Да хранят вас Боги...
– он говорил еще что-то, но этих слов, невзирая на то, что я до боли напряг слух, уже невозможно было расслышать. Губы дяди двигались все медленнее, пока с них не сорвался последний выдох и они окончательно не застыли.

Я молча смотрел на Фабера, не в силах поверить в то, что его не стало.

Раздался очередной раскат грома, и нерешительно закапал дождь. Казалось, само небо оплакивает смерть этого человека, крупными слезами орошая его освобожденное от жизненного бремени и словно помолодевшее лицо. Я провел ладонью по челу дяди, закрывая его глаза и, посмотрев на него в последний раз, покрыл безжизненное теперь тело своим плащом.

Дождь усиливался.

– Он сказал, что любит вас - это были его последние слова, - прервал тишину, нарушаемую лишь тихим шумом падающих капель, спокойный голос, в котором, однако, чувствовалась тяжесть.

Я поднял затуманенный взгляд на незнакомца - совершенно забыл про него - и мне показалось, будто в его ледяных глазах промелькнуло сочувствие.

– Последнее, что я услышал, было - "да хранят вас Боги". Расслышать остальное было невозможно даже с такого расстояния, - медленно, еле шевеля одеревенелыми губами, проговорил я.

– Я обладаю особым даром - мой слух обострен, - так же медленно проговорил чужак.
– До сегодняшнего дня мне удавалось держать свою способность в секрете, но я скорблю о твоей утрате. Я знаю - ты не мог расслышать последних слов своего дяди, и с моей стороны было бы несправедливо не сказать их тебе...

Не знаю почему, но я ему поверил.

– Очень надеюсь, что ты не злоупотребишь этим доверием и сохранишь мою способность втайне, - добавил странный незнакомец, и я утвердительно кивнул.