Чтение онлайн

– Ну, артист, – начал Николай. – Отвечай коротко и по существу – зачем пасешь Катю Терентьеву? Кто велел?

– Ты сам-то кто? – набравшись наглости, поинтересовался «коллега».

Вместо ответа Водорезов еще раз приложил его, на сей раз по ножному сухожилию, а затем слегка ткнул под кадык. «Коллега» захрипел.

– Шею сверну прямо здесь! – продолжил Николай. – Зачем тебе Терентьева? Быстро!

В ответ «коллега» неожиданно ломанулся на подполковника. Видимо, оценив его габариты, «актер» решил, что легко сметет Николая, впечатает в стенку. Он метил своей стриженой дубовой башкой Водорезову в физиономию, однако Николай успел уклониться, и «коллега» нарвался на прямой боксерский удар в челюсть. «Коллега» растянулся на кафельном, не очень чистом полу. Водорезов вновь ударил его по сухожилию: отсчитывать секунды нокаута он был не намерен.

– Я потерял терпение, – пояснил Николай, – до трех считать не буду.

Ствол «трофейного» «Ижа» смотрел точно в переносицу «коллеги».

– Я ей ничего делать был не должен, – хрипло заговорил тот. – Ничего плохого, вообще не тронул бы. Только объяснить должен, чтобы она... вела себя по-другому.

Объяснить! Водорезов имел представление, как такие вот «коллеги» объясняют.

– Она подписать что-то должна была. Подпись поставить... – хрипло пробормотал его пленник и замолк.

Подпись! Уж не подпись ли в протоколе опознания Гриднева как убийцы?! Кажется, кое-что проясняется. Теперь пришла пора точных конкретных вопросов.

– Твой хозяин погоны носит? – спросил Николай.

«Коллега» молча кивнул. Больше вопросов Николай решил не задавать. Слишком многое ему теперь стало ясно.

– Считай до двадцати, – распорядился Водорезов, сделав шаг к выходу. – Потом быстрым шагом покинешь это помещение и больше никогда сюда не придешь. Про Терентьеву забудь. Я ее личный охранник, предупреждаю один раз. Следующий, кто к ней приблизится, – труп. Так и передай своему... который в погонах.

«Коллега» вяло кивнул.

Николаю не оставалось ничего другого, как покинуть здание курсов. Имя и фамилия свидетельницы были теперь известны, Шумилову не составит труда найти ее адрес. Николай подходил к метро «Белорусская», как вдруг в немногочисленном людском потоке переходивших проезжую часть заметил скромную изящную женскую фигурку. Прическа, правда, чуть подлиннее, чем на фотографии, которую Водорезов отыскал с помощью «рамблера». Да, надо признать, прическа куда удачнее, чем на фотопортрете. Девушка перешла проезжую часть и направилась в сторону режиссерских курсов. Водорезовский «коллега» уже должен был окончить устный счет и покинуть помещение. Тем не менее Николай тронулся вслед за девушкой. Она шла быстрым пружинистым шагом. В ней чувствовалось что-то деловое, стремительное и энергичное. Именно такой, наверное, и должна быть женщина-режиссер. Николая и девушку разделяла какая-то пара шагов, когда Водорезов негромко произнес:

– Девушка! Не вы сценарий в метро потеряли?

Она среагировала так, как и подобает реагировать энергичной, собранной деловой даме.

– О чем вы?

Девушка уверена, что она ничего (тем более сценарий) потерять не может. Она разглядывала Николая таким же оценивающим взглядом, как и ее подруга. И усиленно пыталась вспомнить, где они виделись и какое Водорезов вообще может иметь отношение к сценариям. Вне всяких сомнений, перед Николаем была будущий режиссер Терентьева.

– Катя, нам нужно с вами поговорить, – произнес он.

– Вы из милиции? – поскучневшим, но вежливым голосом поинтересовалась девушка.

– Нет, – честно ответил Николай. – Но я знаю, что вы не подписали протокол опознания. Таким образом, не даете отправить за решетку невинного человека.

– Мне не о чем с вами разговаривать, – неожиданно резко отозвалась Катя и готова была продолжить путь в сторону своего учебного заведения.

Водорезов перегородил ей дорогу. Это было не очень вежливо, но ничего другого ему не оставалось.

– Знаете, что это такое? – Он расстегнул джинсовую куртку и показал девушке «трофейную» кобуру с «ижом».

Девушка молча кивнула и сделала шаг назад.

– Если вы не хотите со мной разговаривать, я уйду, – приняв максимально миролюбивую позу, сказал Николай. – Только эту игрушку я отобрал у одного товарища, который ждал вас в стенах вашего учебного заведения. Более того, я сумел выяснить, зачем он вас там ждал... Догадайтесь с трех раз?

– Неужели... – Катино лицо исказилось, точно от сильной боли, – меня хотят заставить... подписать протокол опознания и...

Тут она осеклась, точно не хотела болтать лишнего.

– Что и...? – спросил подполковник. – Арестованный Гриднев – мой друг. Но дело не только в этом. Что могут от вас хотеть вооруженные люди?

– У меня есть доказательства невиновности вашего друга, – робко проговорила девушка. – Но я никому не отдам их, если не будет гарантий...

– Катя, а вы ведь милицию боитесь больше, чем бандитов, – неожиданно произнес Николай.

– Просто я вижу, что ими схвачен человек, который никого не убивал, – ответила она.

Она была одного роста с Водорезовым. Для женщины метр шестьдесят пять – не так уж и мало. Николай молча сунул руку во внутренний карман и протянул Кате фотографию, где они с Сашкой стояли обнявшись на фоне африканских пальм.

– Странная форма, – отозвалась Катя, разглядывая снимок.

– Африка, – пояснил Водорезов. – Разговор будет?

Катя кивнула головой.

Спустя часа полтора Катя и Николай сидели на квартире Шумилова. Дима внимательно слушал Катю и рассматривал копии ее рисунков. Девушка приятно удивила их обоих. Наблюдательность и точность деталей на зависть любому офицеру разведки.

– Спасибо, Катя, – произнес Дима, выслушав девушку. – Я вам советую взять на ближайшие дни бюллетень и посидеть дома.

– Но у меня учеба, съемки! – буквально взорвалась Екатерина. – И потом, что... я вам больше не нужна?

– Пока нет, – убрав копии рисунков в темно-синюю папку, улыбнулся Шумилов. – Если вам будут угрожать или что-то такое в этом роде, звоните вот по этому телефону, – Дима протянул девушке визитку.

– Благодарю, – довольно едко отозвалась Катя. – Можете не провожать.

Несмотря на такое заявление, Николай все же вышел из подъезда вместе с девушкой.

– Катя, вы, кажется, на что-то обиделись? – спросил он.

– Нисколько, – дернув изящным носиком, ответила Катя. – А этот ваш... фээсбэшник порядочный хам. А вы ему в рот смотрите. Ваш друг интересует его меньше всего.

– С чего вы взяли? – спросил Водорезов.

– Это видно невооруженным глазом, Николай... отчества, извините, не знаю. У фээсбэшника свои интересы. А вас, меня, вашего друга он просто использует, чтобы самому не шастать по опасным местам. Что, не так?