Чтение онлайн

– Товарищ генерал-майор, этот тоже без сапог и перчаток. Разрешите продолжить?

Генерал Островной сдержанно улыбнулся афро-десантному анекдоту.

– Такой вот он упертый и непонятливый, этот Водорезов. Одна половина в нем – выше всяких похвал: исполнителен и дело знает. А вторая половина сводит на нет первую: догадаться, как сделать, чтобы было хорошо и ему, и его начальству, – не в состоянии. Тут он – дубина дубиной, и заметь: на том стоит убежденно и неуклонно, – подвел итог рассказчик по имени Клим.

– Ну что же, Клим, – улыбнулся в ответ Островной. – Ты сам назначил соответствующую цену за своего Водорезова. Операция прикрытия будет стоить тебе еще тридцати процентов в нашем бизнесе, Клим. Дальше будет половина на половину, как у Водорезова.

Сказано было столь неожиданно категорично и жестко, что Клим не нашелся с ответом. До этого ментовский генерал довольствовался двадцатью процентами, и это была вполне приличная доля. Клим был неплохим рукопашником и еще пару лет назад вполне мог заехать в гладко выбритый подбородок Островного, но сейчас сдержал свои эмоции. Он ждал ЭТОГО заявления и был готов к нему. Поэтому сейчас лишь имитировал обескураженность.

– Что молчишь, Клим?

– Ладно, – неожиданно согласился тот. – Но всю твою «акцию прикрытия» будет контролировать мой человек.

– Пожалуйста, – без особого энтузиазма откликнулся Островной. – Только ведь в команде Севы Кунг-фу уже есть твои ребята – Снайпер и Технарь.

– Будет еще один, – кивнул Клим.

Островной не возражал. Сейчас он был абсолютно честен со своим деловым партнером. Впрочем, понятие «честен» было весьма относительным для определения натуры Валерия Павловича. Тем не менее торговаться с Климом он не счел нужным.

– Поставки оружия террористам и наркомафии – это серьезно... В случае чего, как минимум лет двадцать потянут. А если вывести на площадь, собрать народ, поведать ему все, как было и как есть... Ведь и растерзать могут, а? – позволил себе абстрактные размышления вслух Валерий Павлович.

– А что такое народ? Наш российский народ в нынешнем его состоянии? – неожиданно резко парировал Клим.

Генерал Островной в очередной раз передернул плечами. Сразу на такой вопрос не ответишь, тем более коротко.

– Наш народ, если говорить образно, это стадо антилоп-гну. Да-да, стадо антилоп-гну, самая приметная и удивительная особенность которого проявляется после атаки львов. Сначала, когда лев преследует стадо, стадо в паническом ужасе дружно удирает, несется сломя голову. Затем, когда лев настигнет-таки одну из антилоп, стадо останавливается и с безопасного (совсем небольшого, заметь) расстояния наблюдает. Лев жрет кого-то из их близких, а они смотрят. Пронесло, жрут не их – чем не повод для успокоения и радости? Так думает не то чтобы каждая антилопа в стаде – это коллективная мысль, стадное чувство всего стада. И желания отвести взгляд у них нет. Так и стоят неподвижно, только хвостики подрагивают. А через пару минут опять лениво травку щиплют. Ни разу не наблюдал?

Клим знал, что говорил. По роду своей деятельности он несколько раз бывал и в Африке, и в Латинской Америке. Видел и настоящих львов, и антилоп в их естественной среде обитания. Валерий же Павлович на африканском континенте пока еще не бывал. Канары, курорты Испании – вот где он познавал разнообразие мира, нравы и обычаи его обитателей.

– И кого же ты наметил в свои контролеры? – полюбопытствовал Островной. – Можно глянуть, не откладывая?

Клим нажал кнопку своего мобильника, и через пару минут в бильярдной появился высоченный бугай с длинными могучими руками. Глядя на него, Валерий Павлович отметил, что теория Дарвина уж точно более правдоподобна, нежели церковная догма о божественном происхождении человека.

– Служил под моим началом, – представил «контролера» Клим. – Вместе со Снайпером и Технарем. В отличие от Водорезова, прекрасно ориентируется в... неофициальных моментах любой ситуации. Из любого крокодила сам перчатки сделает, если его генералу это надо. А заодно и себя не забудет. Так, Борилов?

Сослуживец сдержанно кивнул.

– С планом завтрашней акции ознакомлены? – спросил «контролера» Островной.

– Да, – кивнул тот коротко стриженной шишковатой головой. – Продумано неплохо, но у меня есть одно замечание. Бесшумное оружие отставить. В таких делах надо полагаться на тяжелое, боевое... Готов быть в первых рядах.

– Твоему племяннику, Валера, будет не лишней такая подстраховка, – кивнул Клим.

– Дэн вскорости еще многими покомандует, – ответил Островной. – И ты, Клим, будешь советоваться с ним на равных.

«Ну а вот это вряд ли», – мысленно процитировал красноармейца Сухова Клим.

На этом «партнеры по оружию» любезно распрощались. В холле бильярдной услужливый привратник (личная обслуга Валериного коттеджа) помог Климу надеть летний генеральский китель с двумя звездами на каждом погоне и голубыми десантными кантами.

– Прижали «серенького» [12] ? – сидя рядом с Климом в генеральском «Форде», спросил гориллообразный «контролер».

– Мент должен знать свое место, – отозвался Клим, он же генерал-лейтенант ВДВ Климентий Климов, – и завтра мы ему его укажем... Не отдавать же пятьдесят процентов?

Этот вопрос был явно риторическим.

Ночь Алексей провел в служебном кабинете. Перед серьезной операцией он всегда проводил ночь на службе, в пустом помещении, в тишине и спокойствии, отрешаясь от «мирской суеты». Астафьев был недоволен. И в первую очередь, самим собой. Генеральский племянник вертел им, розыскником с многолетним стажем, как хотел. Он же, Алексей, молча кивал, чуть ли не по стойке «смирно» вытягивался. Двадцать лет назад Астафьев окончил Владимирскую школу младшего комсостава МВД. Многие его сокурсники были полковниками, а то и генералами. Он же намертво застрял в старших операх. Завтра... Точнее, уже сегодня, в 14—00. Оперативное мероприятие, разработанное старшим лейтенантом Островным (не без подсказок дядюшки-генерала), вызывало у Алексея противоречивые чувства. Конечно, со стороны выглядит лихо. С помощью агентуры запустить в группировку торговцев оружием слух, что задержанного киллера Гриднева перевозят из изолятора на Петровке в подмосковный СИЗО. Группировка серьезна, в нее входят бывшие и действующие офицеры спецназа ВДВ. Скорее всего они попытаются отбить своего человека, боевые возможности для этого имеются. В это самое время Островной, Астафьев и подразделение милицейского спецназа накрывают всю банду с поличным. Исходя из этих предпосылок, все было просчитано неплохо. Но сами предпосылки вызывали смутную тревогу, и сейчас эта тревога перерастала в сомнения и вопросы, на которые Астафьев не находил ответа. Во-первых, он не очень-то верил в существование «десантной группировки», хотя о таковой и упоминал погибший Нечаев в своей последней статье. Никаких данных о группировке (кроме сведений от неведомых Астафьеву агентов Островного) у самого Алексея не было. Да, киллер был задержан почти на месте преступления. Да, в Москве появился его сослуживец Водорезов, посетивший кафе «Шанс», а потом весьма ловко ушедший от службы наружного наблюдения... Астафьев в который раз достал из папки копии рисунков свидетельницы Терентьевой. И в который раз поймал себя на мысли, что девушка права. Тогда выходит, что Гриднев был подставлен, а Нечаева с его «источником» ликвидировал другой «профи», причем очень высокого уровня... При таких сомнительных, ненадежных предпосылках проводить сегодняшнюю операцию преждевременно. Однако Астафьев вынужден подчиняться Островному, поскольку тот назначен старшим группы расследования. Может быть, до него просто не доведены некоторые ключевые агентурные данные? Может быть, и так. Может быть, именно поэтому сегодня, в 14—00, Дэн впервые собирается лично принять участие в захвате вооруженной банды. Конечно, ведущую роль сыграет спецназ, но и Дэну придется надеть бронежилет. Ранее старший лейтенант в задержаниях не участвовал. Это его принципиальная позиция. Он, дескать, «мозг», а для силовых акций есть спецназ, ОМОН. Там служат тупые ребятишки, амплуа которых – идти под бандитские пули и гранаты просто в силу ограниченности их интеллекта. Даже на сдачу нормативов по физической и боевой подготовке Дэн являлся в своем пижонском костюмчике и блестящих лакированных ботинках. Нормативы сдавал ни шатко ни валко. Инструкторы уважали генерала Островного и были не слишком строги... За полноценного офицера МВД Астафьев Дэна никогда не считал. Сегодня же им предстояло вместе противостоять вооруженным боевикам.

Астафьев отложил в сторону рисунки Терентьевой, бросил взгляд на свою кобуру, одиноко висевшую на вешалке, точно шарф или легкий плащ. Тогда, в электричке, он застрелил здоровенного подонка, издевавшегося над девчонками. Ни тогда, ни сейчас Астафьев не испытывал ни малейшего угрызения совести, хоть подонок и оказался совсем юным. Тогда Алексея чуть не посадили, неожиданную поддержку оказал генерал Островной. Астафьеву он показался умным, чутким, понимающим ситуацию мужиком. Может быть, сегодня Алексею предстоит вернуть «должок»? Астафьев старался прогнать неприятные мысли и догадки. В человека, а точнее, в преступника, Алексей стрелял всего дважды в жизни. В электричке и двумя годами раньше, при задержании банды Севы Кунг-фу. Сева был законченным, беспредельным отморозком. Похитив семью предпринимателя, отказавшегося платить дань его «бригаде», Сева лично изнасиловал пятнадцатилетнюю дочь бизнесмена. Тому не оставалось ничего иного, как сообщить обо всем в милицию. Надо сказать, что и у самого предпринимателя оказались давние нелады с законом, но когда гориллоподобный выродок насилует пятнадцатилетнюю девчонку... Бандитов брали во время передачи денег. «Прием и упаковку» [13] проводил СОБР. Тех, что пришли за выкупом, и прикрывающий их джип спецназовцы «упаковали» сразу же. Однако Астафьев заметил еще одну подозрительную иномарку, притормозившую чуть вдалеке, минут за сорок до «выкупа». Алексей вместе с напарником устремился к машине. Дело было зимой, иномарка задним ходом пошла прямо на Астафьева, но забуксовала на наледи.

– Стоять, милиция! – успел выкрикнуть Алексей, стреляя при этом в воздух.

Он сумел-таки очутиться рядом с машиной и на ходу рвануть на себя водительскую дверцу. Перекошенная неандертальская физиономия, мертвые щели глаз, низкий лоб, редкий ежик темных волос – за рулем сидел не кто иной, как главарь банды Сева Кунг-фу. Но главное, что увидел в этот момент Астафьев – кулак с зажатой гранатой, направленный навстречу оперативнику. Наступательной РГД беспредельщик доверял куда больше, чем собственному владению боевыми единоборствами. Алексей выстрелил на поражение.