Чтение онлайн

М. Тимошенко: – Думаю, не интересуются. Потому что если бы интересовались, то по-другому к этому бы относились. Мне просто любопытно было бы посмотреть на первых лиц нашего государства в момент, когда бы им вдруг сказали, что их самолет обслуживал рядовой срочной службы такой-то… Я думаю, что они тут же развернулись бы от трапа. А ведь хотят сделать это! Должности инженерно-технического состава, наземные экипажи сильно сокращены сейчас?

И. Найденов: – Я вспоминаю начало своей летной деятельности в 70-е годы. Тогда они буквально облизывали самолеты. Мне посчастливилось, я пролетал восемь лет. Не так много. Но мне посчастливилось не провожать в последний путь ни одного из своих товарищей. И то, какое было обслуживание тогда, и какое сейчас, несравнимо… Потому и падают самолеты.

М. Тимошенко: – А что мы хотим? Ачинское училище, техникум, оно же исчезло. А было лучшее в Союзе.

Звонок, Андрей: – В Саратовской области, город Пугачев, сокращают полк. Куда будут деваться все офицеры? Неужто так нас губят, да еще и под корень срезают? А потом будем жалеть об этом!

М. Тимошенко: – Жалеть будет некому. У нас такие добрые и бескорыстные, ласковые соседи. Слева НАТО, справа Китай.

Звонок, Виктор Дмитриевич, Красноярск: – Мне, как военному пенсионеру, служившему в авиации, очень больно слышать вас. У нас комитет по обороне, возглавляемый господином Заварзиным, какие-то меры принимает? Ведь полностью разрушена вся авиация. Вы сейчас говорили про Ачинское училище, оно у нас находится, под Красноярском. Убрали. А кто будет готовить наземных специалистов? Как будет обеспечиваться безопасность полетов?

И. Найденов: – Это происходит у всех, кто связан с системой подготовки, и в Иркутском училище, институте. Я не говорю об Академии имени Жуковского. В нашей академии тоже подготовка инженерного состава осуществлялась. И раньше были проблемы, а сейчас, в моем понимании, положение будет еще хуже.

В. Баранец: – Вот про Заварзина человек спросил. Как вы оцениваете роль этого генерала, возглавляющего ключевой оборонный комитет в Госдуме?

И. Найденов: – К сожалению, мне приходится говорить о нем только отрицательные слова. Я вынужден был обратиться от имени и по поручению нашего научного коллектива к председателю Госдумы о том, чтобы приостановили уничтожение двух академий. Я получил ответ от Заварзина. Оскорбительный. «Товарищ Найденов, ваши пожелания будут учтены. Но с учетом мнения министра обороны». Во-первых, я Заварзину не писал. Я писал председателю Госдумы от имени 1100 человек. И такой ответ нас всех возмутил. Мне, генерал-полковнику, неудобно говорить такие слова. Но что заслужил, то пусть получает.

На днях просочилась информация, что на прошлой неделе тыловики представили новый комплект полевой формы (вместо нынешней, которую называют юдашкинской, хотя сам модельер Юдашкин от нее уже открестился), и министр ее одобрил. И якобы новый прикид оказался «копией американского». По этому поводу в СМИ уже звучат язвительные реплики некоторых специалистов по милитаристской одежке. А что думают о новинке разработчики и сами военные? Ответить на эти вопросы «КП» попросила знающего человека из вещевого управления департамента ресурсного обеспечения Минобороны.

– Что, новая полевуха – родная сестра американской?

– Когда разрабатывался этот комплект, нашим спецам была поставлена задача собрать воедино все лучшее, что оправдало себя в нашей старой полевой форме, и наиболее практичное и рациональное в зарубежных образцах. Так делается везде в мире. Может, у критиков нашего новья есть претензии к тому, что на нем ширинка спереди, а не сзади? (Смеется.) Называть наш новый комплект американским неправильно. В нем есть элементы полевухи и других армий. Американцы, кстати, тоже слямзили кое-какие элементы полевого комплекта у французов, у немцев и даже у норвежцев. Такой подход – это не обезьянничанье, а мировая тенденция. Но мы старались, чтобы наша новая форма учитывала и российские климатические условия, и была умной. Чтобы зимой в ней не было холодно, а летом – жарко.

Потому придумали целый комплект разных подстежек-поддевок. И это тоже не только наше ноу-хау. А главное – чтобы комплект был удобным, практичным. И собирали мы его не с бухты-барахты. А хорошенько обкатали в одной из частей спецназа в разных температурных и климатических режимах, в разных условиях боевой обстановки. Было более 500 экспериментальных комплектов.

Графика: Дмитрий Полухин

И все же критики нашего нового комплекта утверждают, что он оказался практически точной копией американской ACU (Army Combat Uniform – армейская боевая форма одежды), которую носят солдаты армии США. А наш отличается только расцветкой камуфляжа и незначительными изменениями в пропорциях деталей.

Да, сходство есть. Но ведь у американских и российских самолетов кабина пилотов или двигатели расположены абсолютно одинаково. У танков России и США тоже очень много сходства. Американцы недавно скопировали у нас свой новый комплекс ПВО. Не смогли придумать ничего более рационального. Вот так же и в создании формы. Каждая армия занимает у коллег лучшее и совершенствует его. Это же закон развития военного дела!

– Но говорят, что у спецназовцев, которые опробовали новую полевую форму, есть претензии и замечания по некоторым элементам…

– Есть. Обязательно учтем при доработке. Форма ведь постоянно совершенствуется. Что-то убирается, что-то добавляется. Если наших бойцов не устраивает американское расположение карманов и их размер, застежек-молний или липучек, переместим на другое место, увеличим-уменьшим или вовсе уберем. Жизнь еще не раз внесет коррективы.

– А кто разрабатывал новую полевую форму?

– Питерская компания «БТК групп». У нее по этой части очень большой опыт. И хорошая промышленная база. И хорошие конструкторы.

– А американцы ей иск за копирование не вчинят?

– Не думаю. Ибо внешнее сходство формы – еще не доказательство копирования. В нашей форме ведь есть и заметные отличия. И по дизайну, и по качеству материалов.

В прямом эфире радио КП военный обозреватель «Комсомолки» Виктор Баранец объясняет: скандал в «Оборонсервисе» – это разоблачение коррупции или подкоп под министра обороны?

В. Баранец: – Сегодня ко мне обратились многие радиослушатели, читатели, телезрители «КП» с просьбой рассказать, что происходит с этим делом и есть ли новые повороты в нем. Я могу добавить лишь то, что министр обороны Сердюков вызывался на допросы, прежде чем ехать с визитом во Францию, где он присмотрел комплект воина будущего – мы его собираемся покупать якобы для того, чтобы рассмотреть, нужен ли он нам. И задается по-прежнему очень много вопросов на тему, кто за этим стоит и кто чего добивается. Для меня как для журналиста это очень забавно. Почему-то так сложилось, что людей не интересует, есть ли у нас на самом деле коррупция в «Оборонсервисе», действительны ли те инкриминации, которые предъявлены Следственным комитетом, реальны ли они или, может быть, надуманы? А интересует всех другое: кто за этим стоит, какие группировки борются и т. д.?

Ну что ж, раз вы так хотите получить ответ на этот вопрос, я выскажу свое личное мнение. Мне кажется, то, что произошло в «Оборонсервисе», явилось стечением неких силовых линий, которые в одночасье сконцентрировались в одном эпицентре по имени Сердюков.

Ну, а теперь переходим к фактам. Я вас попрошу обратить внимание на некую закономерность. Еще года два назад Счетная палата РФ, которая проводила проверку Министерства обороны и «Оборонсервиса» в частности, обнаружила ряд любопытнейших вещей. Например, то, что «Оборонсервис» юридически несостоятелен, поскольку он противоречит многим российским законам. Та же Счетная палата просила Министерство обороны предоставить документы о том, сколько земель, капитальных строений, акций кому и за какую цену были проданы. Нормальное, здоровое стремление подчиненных Степашина разобраться, что там творится. Итог – ни один документ не был получен. Идем дальше. Следом за Счетной палатой Главная военная прокуратура с теми же вопросами приходит в Минобороны, в «Оборонсервис» и просит показать те же документы: сколько, кому и чего было продано. Итог – не получено ничего. Идем дальше. Федеральная служба безопасности, в которой есть сотрудники, которые занимаются нашей с вами экономической безопасностью, тоже пыталась разобраться в этом и тоже просила предоставить документы. Ничего не получилось.