Чтение онлайн

Во время той беседы на дне рождения Дот я поняла, что мне хочется поговорить с Джеком о многих вещах, и мое желание поддерживали наши супруги. И вот мы с мужем, предварительно договорившись с Джеком о встрече, едем по шоссе к нему в гости, попутно смеясь над своим желанием похудеть на три килограмма, чтобы произвести впечатление на человека, которому недавно стукнуло восемьдесят девять лет. Пока мы ехали, я тщательно обдумывала вопросы, которые нужно было задать Джеку Лалэйну, – о философии жизни, здоровом питании и крепких отношениях с женой. Моему мужу Джону тоже нашлось применение: на него были возложены обязанности фотографа и – при необходимости – второго интервьюера.

По приезде в поместье Джека нас встретила его жена и, проведя сквозь лабиринт самых разнообразных построек, подвела к своему мужу, смотревшему утренний выпуск новостей, в котором рассказывалось о суде над Мартой Стюарт. Как только мы подошли к Джеку, между нами завязался непринужденный разговор, и с каждым моим новым вопросом он все больше и больше втягивался в беседу.

– Люди должны научиться выбирать жизнь, а не смерть! Мы все должны научиться употреблять натуральную пищу и заниматься физическими упражнениями для поддержания себя в форме! – делился своими взглядами Джек.

Во время интервью я не удержалась и записала у себя в блокноте: «Мне трудно понять это явное несоответствие реального возраста Джека его жизненной силе – ведь он родился в далеком 1914 году, но до сих пор умудряется отвечать на мои вопросы с большим запалом и задором. Действительно, передо мной сидит поджарый и подтянутый довольно пожилой человек, вес которого вряд ли превышает семьдесят килограммов, но в его глазах так и мелькают искорки».

Когда мы с Джоном уезжали с полными руками подарков, я находилась в каком-то расслабленном состоянии и, зная, что муж поддержит меня, поделилась с ним своими впечатлениями:

– Мне бы очень хотелось, чтобы моя статья стала хорошим подарком Джеку на его день рождения.

Со статьей, правда, вышла небольшая загвоздка: Джек за свою жизнь дал столько интервью, что мне было трудно написать что-то по-настоящему новое и интересное. Однако никакие конкуренты не могли сбить мой настрой сделать хорошую статью о Джеке, за которую мне не было бы стыдно перед читателями, и где-то неделю спустя я послала ему на утверждение черновик.

Через некоторое время мне перезвонила Элейн и сказала, что «мне удалось заглянуть в душу Джека». Услышав такой отзыв о статье, я радовалась, словно школьница, которая получила отличную отметку за выученный урок.

Надо сказать, что написанная статья была вскоре опубликована в журнале Iron Man, копию которого вместе с дополнительными материалами я направила чете Лалэйн. Получив посылку, супруги позвонили мне, чтобы выразить свою признательность и поблагодарить за проявленное внимание. Этот благодарственный звонок придал мне сил в работе над моими проектами, и я не могла дождаться приближающейся вечеринки по случаю дня рождения Джека Лалэйна, чтобы обнять и расцеловать его.

Не успела я порадоваться телефонному разговору с супругами Лалэйн, как спустя некоторое время получила неожиданный звонок. Это произошло в марте – я как раз собиралась выходить из дома, чтобы идти на работу, когда мне позвонил неизвестный мужчина. Незнакомец назвался Полем и сказал, что он является финансовым советником Арнольда и ему поручено ведение дел по публикации моей книги. Поблагодарив Поля за пояснения, я попросила его организовать для меня встречу с Арнольдом, чтобы я могла уточнить некоторые детали, которые меня интересовали.

Перед встречей с Арнольдом я, как прилежный ученик, составила список вопросов, в который вошло порядка 250 пунктов, но муж предложил мне ограничиться сорока. Нужно отметить, что во время работы над книгой Джон всячески поддерживал меня, и я даже могу сказать, что эта книга стала нашим совместным детищем. Когда я только задумалась над проектом книги и Джон поддержал мое решение, мы даже представить себе не могли, что процесс ее написания затянется на такое долгое время и настолько сблизит нас. Трудно, конечно, представить ситуацию, при которой жена будет целыми днями писать о своих прежних отношениях, а муж при этом останется в стороне от происходящего. Естественно, в процессе написания книги мне хотелось поделиться своими переживаниями с мужем, поддержка которого была для меня очень важна. Поначалу Джон не проявлял большого интереса к книге, но со временем начал активно участвовать в ее написании, давал мне советы и редактировал текст. Без лишней скромности можно сказать, что в процессе работы над книгой мы с Джоном сблизились настолько, что, казалось, каждая строка была выстрадана нами обоими.

Поэтому, когда советник Арнольда потребовал от меня прийти на встречу с губернатором без мужа, я почувствовала себя предателем. К моменту моей встречи с Арнольдом мы с Джоном уже рассматривали этого человека как наше «совместное достояние», но, согласитесь, мне было бы трудно объяснить такие тонкие моменты помощникам губернатора. Да и что я могла сказать им в свое оправдание?

Офис губернатора Шварценеггера, 17 июня 2004 года

Наш разговор с Арнольдом не обошелся без обсуждения его судьбы, и больше всего меня интересовал следующий вопрос: неужели ко времени его приезда в Америку в 1969 году у него были такие ясные и четкие планы собственных достижений? Не упустила ли я чего-то из виду во время нашей совместной жизни и в процессе написания книги?

– По большому счету все эти разговоры про судьбу – сущая ерунда. Я всегда был уверен в том, что у меня будет интересное будущее и что мое место именно здесь, хоть и не мог точно сказать, что конкретно меня ждет. Мне было трудно сформулировать это даже для самого себя, поэтому я просто доверился своим чувствам и позволил себе плыть по течению. Еще одной моей особенностью было то, что у меня всегда был дар предвидения и я всегда мог понять, что меня ждет вслед за очередным изменением в жизни… Когда я был подростком, я воображал себя на пьедестале – именно так, как это было изображено в журналах и книгах. Я представлял себя в разных ситуациях: как я стою на пьедестале, как получаю приз и как я просто недостижим для других бодибилдеров, – начал свой ответ Арнольд.

– Как ты считаешь, что является первопричиной такого удивительного дара? – спросила я.

– Думаю, что причиной всего этого было мое воображение, – я видел привлекательные картинки в журналах, и где-то в глубине меня зародилась жажда покорения вершин. Именно тогда, как мне кажется, у меня и начало формироваться «внутреннее зрение», которое позволило мне увидеть себя на чемпионском пьедестале. Да, именно так все и было! То, что я видел посредством «внутреннего взора», стало частью меня самого, частью моей реальности, и мне уже не приходилось переживать по самым разным поводам: как мне всего этого добиться? А когда же все это произойдет? – продолжил он свою мысль.

– Знаешь, есть люди, которые верят в Бога, или, скажем, люди, у которых есть вера в свое предназначение. Так вот, именно вера формирует реальность и делает достижимыми твои цели, – резюмировал Арнольд.

Встреча с губернатором была для меня важным событием, и я решила одеться поярче, чтобы скрыть переполнявшие меня эмоции. В итоге я выбрала наряд розового цвета. Когда я спустилась на кухню, мой муж, пристально осмотрев меня с ног до головы, заметил:

– А ты сегодня хорошо выглядишь, Барбара!

Когда мы с ним стали прощаться, Джон пошутил по поводу вечности бытия Арнольда в нашей жизни.

– Слушай, я думаю, что даже на твоем надгробии напишут: «Первая любовь Арнольда Шварценеггера», – вот попомни мои слова, – высказался он напоследок.

Сказать по правде, мне стало как-то не по себе от слов мужа, и, пока я ехала в офис Арнольда, в моей голове роились мысли о замечании Джона. Надо признать, что мне, по всей видимости, до конца жизни не удастся избавиться от тени Арнольда и даже смерть не станет для меня спасением. Так стоит ли в таком случае переживать по этому поводу и не лучше ли будет просто посмеяться над этой ситуацией? Еще вчера Арнольд был моим любимым человеком, а сегодня он – мой губернатор. Но что в таком случае произойдет завтра и кем он станет? Послом, сенатором, президентом Арнольдом Алоисом Шварценеггером? Именно сейчас, когда в моей голове проносились такие мысли, явственнее всего ощущался контраст между нынешними событиями и нашей с Арнольдом первой встречей в ресторанчике «Деликатесы Зака» тридцать пять лет назад.