Аромат желания
Шрифт:
Потом, случайно познакомившись с одной женщиной-психиатром в поезде, она узнала о том, что детей нельзя пугать противоположным полом, что они должны развиваться в естественной среде, общаться друг с другом и ничего не бояться. Этот страх сначала перед девочками, а потом и перед девушками впоследствии влияет на формирование личности будущего мужчины. Система запретов – опасный путь. Так, к примеру, Чикатило в подростковом возрасте, в силу своего воспитания, считал секс предосудительным делом. А потому долгое время подавлял в себе половой инстинкт. Отсюда – сильнейшее нервное возбуждение на грани запредельного и отсутствие эрекции…
Да, она знала теперь множество терминов, научилась разбираться в азах психологии. Вот жаль только, что нигде, ни в одном из источников, будь то книга или Интернет, она так и не нашла примеров лечения психического расстройства своего единственного сына. Зато поняла главное – если его поставить на учет в психоневрологическом диспансере, то после очередного приступа, если он снова нападет на женщину, его очень легко будет вычислить и запрятать на всю жизнь либо в тюрьму, либо в психиатрическую клинику. А потому она сама каким-то немыслимым способом доставала психотропные препараты и постоянно контролировала, чтобы Женя принимал их регулярно. Понимала, что сильно рискует, что так нельзя, что, возможно, она лечит его ему же во вред, но не могла допустить мысли, что потеряет его, что позволит чужим людям отобрать его у нее…
Возможно, если бы его болезнь прогрессировала и ей стало бы понятно, что он необратимо болен, что ему не место в среде нормальных людей, что он даже внешне выделяется на их фоне, то она сама бы отвела его за руку к психиатру. Но ведь по большей части он выглядел вполне нормально, вменяемо. Он работал, получал зарплату, писал стихи, ухаживал за женщинами, влюблялся…
– Ма… – он подошел к ней, обнял. – Я должен, понимаешь? Должен увидеть ее, поговорить…
– А я говорю, что тебе не надо туда ходить, что она все равно тебя не примет, и ты должен с этим смириться…
– Но я написал ей стихи, она должна их услышать…
– Ладно, потом еще поговорим… А сейчас мой руки и садись есть. Сейчас котлеты разогрею…
Она поймала себя на том, что разговаривает с ним, как с маленьким мальчиком, что он всегда останется для нее маленьким мальчиком, которого она никогда не оставит, не предаст, не выдаст.
ГЛАВА 17
– Значит, так, располагайся, вот тебе комната, я же говорила тебе, что у меня много места, в шкафу есть пустые полки, сложишь свои вещи… Пожалуйста, Оля, расслабься и постарайся успокоиться. Теперь-то ты в полной безопасности, как, впрочем, и я… – Лиза улыбнулась и похлопала себя по животу. – И Глаша будет с нами, думаю, Адам согласится. Так что мы теперь все вместе станем жить здесь, у меня… Мы обе будем под присмотром Глаши… Знаешь, она замечательная, очень добрая. Я просто счастлива, что она у меня есть. Я с ней – как за каменной стеной, честно! Я даже с мужем не чувствую себя настолько защищенной, как с Глашей.
Оля стояла посреди комнаты, куда ее привела Лиза, и от волнения не знала, что ей делать. То ли стоять и слушать Лизу, то ли приниматься распаковывать багаж. С одной стороны, она радовалась тому, что теперь не дома, что не видит тех стен, которые буквально давили на нее и заставляли воспринимать ее дом как самое ненадежное и опасное жилище, куда может проникнуть любой преступник. Словно в ее квартире и дверей-то нет! Как это могло произойти, чтобы ночью к ней кто-то вломился, изнасиловал, избил… Такое бывает только в фильмах. Или в кошмарных снах.
– Лиза, спасибо вам…
– Давай уже на «ты». – Лиза подошла к ней, взяла за руку и сжала. – Между прочим, мне и самой приятно, что в моем доме теперь нас целых три женщины! И вместе мы – сила! Все, не буду тебе мешать. Приходи в себя, осваивайся, прими душ или вообще полежи в теплой ванне, там, в ванной комнате, в шкафчике, сможешь найти ароматические масла, свечи… Поверь мне, это помогает. Сама понимаешь, что у меня работа не самая спокойная, в какие только передряги мы с Глафирой не попадали. И так нервничали, ну просто зависали на самой грани нервного стресса… И ничего, выживали, восстанавливались и снова шли в бой! Конечно, сейчас с таким огромным животом меня трудно представить энергичной, но характер именно такой – я все стараюсь делать в быстром темпе, чтобы все успеть. Ладно, речь-то сейчас не обо мне. Постарайся выспаться хорошенько…
– Лиза, да как я могу спать, если меня мучает один и тот же вопрос: кому могло понадобиться забраться ко мне домой? Кто подсыпал мне в кефир снотворное? Кто? Ведь это кто-то из близких. А я практически ни с кем не общаюсь.
– У меня уже есть план действий, и кое-кого я подозреваю. Но пока ничего говорить не буду. Надо все тщательнейшим образом проверять. И Глаша мне в этом поможет. И Мирошкин тоже. Кстати, как он тебе?
– Нормальный… хороший…
– Он не просто нормальный или хороший. Сережа – замечательный!!! Жаль, что ты сейчас вся такая… в растрепанных чувствах… и тебе ни до чего. А то бы я рассказала тебе кое-что о нем.
– Расскажи, – спокойным, едва ли не равнодушным тоном сказала Ольга, боясь выдать свое волнение.
– Представляешь, его жена бросила. И знаешь, за что?
– За что?
– За то, что он отдавал себя работе… Вместо того чтобы поддерживать его, заботиться о нем, ведь у него работа, сама понимаешь, какая, она вечно устраивала ему сцены, скандалы… Я пыталась ей объяснить, что с мужчинами так нельзя, тем более с такими, как Сергей… Знаешь, она была настоящая истеричка, взбалмошная и несерьезная девица, которая и сама не знала, чего ей нужно от жизни. Хотя все она знала… Ей нужны были деньги, а откуда у следователя деньги?
– На самом деле… – растерянно пробормотала Ольга. – И что, из-за денег и бросила?
– Говорю же, трепала ему нервы за то, что он поздно возвращался с работы, что уставал, что не уделял ей должного внимания. Но ты вот посмотри на меня! Думаешь, я всегда была такая… неподъемная и сидела дома? Да я как смерч! И дома бывала редко. Мой Гурьев тоже время от времени ворчит, ругается, но это совсем другое… Он переживает за меня, понимаешь? А эта жена Сережина думала только о себе…
– Да, жаль, что у него так все получилось… Что не сложилось.
– Оль…
– Да?
– Он хороший парень, но тоже, как и ты, разочаровавшийся, что ли… А еще он… как бы это сказать… нерешительный, понимаешь? Он решительный в своем деле, ничего не боится, идет на рискованные операции, совсем не бережет себя… Но вот в личной жизни… Словом, ты бы обратила на него внимание, – сказала Лиза и густо покраснела.
– Лиза, ты что? Разве мне сейчас до этого? – возмутилась Ольга. – Да я сейчас вообще на мужиков смотреть не могу!
– Считай, что я тебе ничего не говорила, – загадочно улыбнулась Лиза. – Ладно, отдыхай…
Лиза поцеловала Олю в щеку, улыбнулась и вышла из комнаты.
Зачем она рассказала ей о Сергее? Неужели поняла что-то по ее взгляду? Но этого не может быть! Они никогда не разговаривали с ней прежде на подобные темы. Их общение ограничивалось лишь одной-единственной темой – как найти насильника.
Ладно, хватит об этом думать. Ну, сказала Лиза и сказала. Она долгое время работает рядом с Сергеем и знает его лучше других. Возможно, она сообщила это все просто так, чтобы Оля знала, что Мирошкин сейчас холост. Просто намекнула в шутку, что жизнь, мол, продолжается и что Сергей – хороший вариант… А может… нет, этого не может быть. Не мог Сергей говорить с Лизой на подобные темы, не мог… Хотя никто ничего не знает. Пусть все идет своим ходом. И она, Ольга, должна в первую очередь сейчас думать о том, как бы не сойти с ума и вернуться в свое нормальное состояние.