Чтение онлайн

– Как тебе не стыдно?
– он внезапно оказался совсем близко, его взгляд вгонял в краску.

– Мне... ни капли...
– я облизнула губы, хотела сказать, что не стыдно, но сказала другое: - мне все равно...

О Боже, ну зачем он так целуется?.. Это... преступление... против... человечности, ага... В результате я даже не почувствовала чужого присутствия у костра...

– Ох-ох-ох, - звонкий насмешливый голос оборвал поцелуй на... ммм... самом интересном месте.

Я дернулась, но Голдот уже расслабил плечи и придержал мою руку.

– Тьфу на тебя, - он досадливо, но без лишней спешки, обернулся.
– Совести у тебя нет...

Когда он притянул меня к себе на колени, я смогла, наконец, рассмотреть эту ночную полицию нравов. Вот это да!.. Я думала такая фигура бывает только на картинках в стиле фэнтази. Неверного света углей костра и ночного зрения хватило, чтоб у меня от невменяемого чувства собственности задергалась щека.

Двухметровая красотка, ноги которой росли приблизительно от ушей. Выгоревшие, почти белые, волосы, рассыпаны по плечам и груди. Сам невероятный бюст был втиснут в узенький леопардовый топик, открывающий рельефный живот, покрытый золотистым загаром. На бедрах небрежно болталась леопардовая шкура, едва прикрывая самое интересное. Кожаные сандалии с высокой шнуровкой, на высоких устойчивых каблуках, подчеркивали накачанные икры. Веревочки сандалий заканчивались под рельефными коленками кокетливыми бантиками. Лицо немного портили широкие скулы, но его ехидное выражение...

Вот оно и делало ее привлекательной и какой-то своей, что ли.

Она продолжала ухмыляться, покачивая двумя взведенными арбалетами в каждой руке, на бедрах было пристегнуто по колчану арбалетных болтов. За спиной, над каждым плечом, холодно поблескивали серебряной отделкой рукояти катаны.

Я вопросительно глянула на некроманта, потом на девицу. Но Голдот был всего лишь малость смущен, да и то, скорее, раздосадован тем, что его прервали на самом интересном месте.

Девица усмехнулась и как-то плавно опустилась на траву, скрестив ноги по-турецки, кладя арбалеты по обе стороны от себя.

– Не узнаю тебя, - наконец, прервала молчание она.
– Решил на старости лет с девочками по кустам пообжиматься?
– она подмигнула некроманту, - Твой ушастый воспитанник тебе сто раз говорил, что это лучшее средство от хандры...

Я пошевелилась, придвигаясь ближе к объекту своих чувств, невоспитанная же девица, не давая себе труда представиться, улыбнулась, демонстрируя крупные ровные зубы.

– Как ты тут оказалась?
– уточнил некромант, жестом предлагая ей угощаться.

– Как тебе сказать, - она ухмыльнулась, - тут повсюду ходят слухи, что за голову одного упыря дают приличное вознаграждение.

– Да ну?
– живо заинтересовался Голдот.

– Ага, - с набитым ртом проговорила девица. Проглотив, она продолжила: - Ну я и думаю, один бес, он уже полумертвый, дай попытаю счастья!

– Не скажи, - возразил некромант, - если верить одной очаровательной дочке вурдалака, этот тип все еще на половину живой.

Мне было уделено более пристальное внимание и приподнятые брови:

– Ты с ума сошел?! Это же... Аррг'вия!

– Бывшая, - пояснила я, гадая, где же это написано, что каждая собака, просто глянув, определяет безошибочно мою родовую принадлежность.

– Ого!
– в голосе блондинки прибавилось уважения.
– И чья? Кто у нас нынче Хозяин? Я очень давно не была дома, - пояснила она, очевидно, специально для меня.

– Один вредный остроухий алкоголик...

Договорить он не успел -- ночная гостья поперхнулась и закашлялась. По лицу некроманта было видно, что он доволен этой маленькой местью за испорченный вечер.

– Рина, это Вациния, Витис-Идая, лесная нимфа, - представил он ее, пока она ничего не могла возразить в силу объективных причин.
– Она периодически испытывает нежные чувства к нашему общему другу.

Так вот в чем дело! Ну Дан, что-то подсказывало, что белобрысый прелестник оставил нас так невовремя неспроста.

– А в остальное время?

– В какое остальное?

– Ну, когда не испытывает нежных чувств? Ты ж говоришь, это периодически у нее.

– А! В остальное время она его разыскивает за очередную выходку, с целью оторвать уши...

– И не только, - буркнула, наконец, откашлявшись, нимфа.
– Кстати, можешь называть меня Брусничка.

Обмениваясь ничего не значащими шуточками, мы продолжили толком и не начавшийся ужин. В какой-то момент я заметила, что Брусничка уж очень пристально смотрит на мои руки:

– Фто не так?
– с набитым ртом решила спросить я.

– Это кольцо Четырех Стихий, - скорее утверждение, чем вопрос, было обращено некроманту.

– Да, - прожег он укоризненным взглядом нимфу.

Сначала название оказалось мне смутно знакомым, но потом я вспомнила. Я читала об этом артефакте, его создал великий ученик магической Академии, почти триста лет назад. Его особенностью была способность защищать свою обладательницу от любого вреда ветра, огня, воды или земли. Почем у обладательницу? Потому что кольцо, так его, было обручальным!

– Голдот!
– взвыла я, вскакивая на ноги, - что за?.. Меня спросить не надо?!

– Но ты же все равно согласилась бы, - его неподдельное недоумение и абсолютная уверенность в своей правоте взбесила меня еще больше. Мне становилось смешно. Вот ведь, ерунда какая... Хотелось его придушить. Нормальное такое женское желание. А что поделать, самостоятельная я, не люблю, когда за меня принимают решения, особенно те, которые я собиралась принять сама.

– Да я, может, вообще не хочу ни с кем связывать свою жизнь!
– от волнения меня забила крупная дрожь.
– Уж больно она бестолковая! Ты меня совсем не знаешь!

– Рина, прекрати!
– голос некроманта был властным, глаза метали молнии. Брусничка настойчиво делала вид, что внезапно ослепла и оглохла.

– Что я должна прекратить? Кто тебе дал право распоряжаться моей жизнью?!

– Ты сама так решила!

– Да мало ли что я нарешаю?!

В таком духе я орала еще минут пятнадцать. Несколько раз я пыталась снять кольцо, мотивируя это тем, что донашивать за поколениями наивных дурочек это не желаю, впрочем, как и становиться очередной женой трехсотлетнего некроманта. Меня уже несло, глаза застилала пелена бешенства. Все это продолжалось, пока на плечо не легла тонкая рука, костлявые пальцы слегка сжались.

– Еще раз это услышу -- сверну тебе шею, поняла?
– голос его был холодным и чужим. Да и разозлила я его по-настоящему. Я растерянно подняла голову и наткнулась на совершенно черные пустые глаза. Вдоль позвоночника противно заструился пот -- вырываться было бесполезно. Шутки кончились. Нервно обернувшись, я увидела, что лесная нимфа благополучно куда-то ретировалась. Эх, мне бы ее благоразумие!

Покусав губы, я снова посмотрела на некроманта, возвышающегося надо мной, потом на кольцо. Потом снова на некроманта. Он все так же стоял, держа меня за плечо и ждал ответа.