Чтение онлайн

Сразу же по прибытию остатков флота в Плимут была создана правительственная комиссия по расследованию причин провала экспедиции. Дрейк и Норрис свалили все на голландцев: мол, эти гады, ну такие гады, в общем, не было бы их - ух бы мы испанцам задали.

Испанский «серебряный флот».

Испанские галеры празднуют победу

Королева потеряла примерно 100 тысяч фунтов личных денег. Личные потери Дрейка и Норриса - порядка 10 тысяч фунтов. Кроме того, королева поняла, что у нее нет флота. Есть большой партизанский отряд в большинстве своем каперских судов, с командирами-анархистами, которые произвольно меняют планы, врут, трусят, подсиживают друг друга. Соответственно, надежда на то, что такой флот сможет еще раз защитить Англию, слаба и эфемерна. Собственно, Елизавета проявила чисто английский юмор, когда назначила Дрейка командиром береговой обороны Плимута с запретом выходить в море.

Но самое главное было в другом - из-за отказа атаки Сантандера и Сан-Себастьяна уже к осени 1589 г. флот короля Филиппа II был полностью восстановлен, а в 1590 г. даже превзошел по количеству 1588-й.

Как показала сама история англо-испанской войны 1585-1604 гг., королева Елизавета совершенно правильно и трезво оценивала ситуацию начала 1589 г. и не была дурочкой, когда пожертвовала на это предприятие 100 тысяч фунтов стерлингов. Мы уже упоминали, что с момента вступления Елизаветы на престол долг Англии сократился с 3 миллионов до 100 тысяч фунтов стерлингов. Напряжение 1588 г., когда выделялись средства для отражения Непобедимой Армады, было очень велико, к следующему году королевская казна, которую наполняли без малого 30 лет, была пуста. Уже при снаряжении «анти-Армады» королева широко пользуется частными инвестициями и взносами иностранных государств. Поскольку в 1589 г. попытка быстро выбить Испанию из войны не удалась, в поисках займов пришлось идти на поклон к немецким и итальянским банкирам. Нынешние люди, имеющие кредитные отношения с банками, знают: уж что-что, а кровушку пить банкиры умеют покруче любого вампира, что данные особи с удовольствием и проделали с английским бюджетом.

Естественно, погода также не осталась в долгу: 1591 и 1592 гг. были годами засухи и неурожая. В результате королевство все больше и больше влезало в кредитную кабалу, торговля и ремесла все уменьшались, и вместо быстрой и легкой победы началась затяжная война на истощение.

Дмитрий Якимович

«Турвилль» в Тулоне

В несчастливой для Франции войне 1870-1871 гг. флот смог показать себя с более выгодной стороны чем армия, сперва обеспечив блокаду вражеских берегов, затем предоставив моряков и оружие для действий на суше и гарантировав бесперебойный подвоз по морю спешно закупаемого для новой армии оснащения - чем позволил уже, казалось бы, уничтоженной потерей своих армий Франции затянуть войну до зимы 1871 г. и хоть в какой-то степени спасти свою честь. Однако, обеспечить победу в войне с сухопутной державой флот, конечно же, был не в состоянии. Немудрено, что в первом же послевоенном бюджете доля относительно выигрышно смотревшегося флота была, во имя усиления сухопутной неудачницы, урезана с 178 миллионов франков до 144 миллионов. Более половины сокращения пришлось на постройку новых кораблей.

Тем не менее, как ни парадоксально, одновременно со столь значительным сокращением своего бюджета французский флот приступил к реализации куда более амбициозных проектов крейсеров, чем позволял себе при Империи.

В августе 1869 г. инженер Дюпон представил Строительному совету проект быстроходного авизо 1-го ранга. Рассмотрев проект, совет обратился к арсеналам с просьбой представить свои соображения относительно возможности создания быстроходного корабля минимально возможного водоизмещения, способного истреблять вражескую торговлю или вести разведку при эскадре. Корабль должен был развивать скорость 16 узлов, проходить на скорости 9,5 узлов под парами не менее 4000 миль, нести паруса площадью в 25 раз превышающую площадь погруженной части мидель-шпангоута и вооружаться тремя 16-см и двумя 14-см пушками.

Первым такие соображения представил арсенал Бреста. Рассмотрев предложения, Совет остался недоволен, и 28 февраля 1870 г. разослал по арсеналам измененные требования. Артиллерия должна была состоять, как минимум, из шести 16-см пушек, котлы и машины, при минимальной загрузке, находиться ниже ватерлинии, а прочность деревянного корпуса обеспечиваться железными продольными и диагональными связями. Также следовало обеспечить кораблю мореходность не худшую, чем у строившихся корветов типа «Энфернэ».

Новые требования привели многих офицеров к мысли, что этим требованиям будет соответствовать скорее фрегат, нежели корвет с барбетной батареей. По их мнению, чтобы разместить КМУ ниже ватерлинии, требовалась изрядная глубина трюма. Баланс характеристик корпуса подразумевал в этом случае большую высоту надводного борта, не использовать которую для устройства закрытой батареи было бы неразумно. Строительный совет с такими взглядами согласился, но при этом указал на необходимость размещения самых мощных пушек не в батарее, а на верхней палубе.

Адмирал Луи Мари Алексис Потюо - морской министр Третьей Республики в 1871-1873 и 1877- 1879 гг.

Крейсер «Турвилль» на стапеле незадолго до спуска на воду

Из представленных на рассмотрение Совета проектов был выбран подготовленный инженером Беррье-Фонтэном, будущим директором арсенала в Рошфоре. Корабль должен был развивать скорость 17 узлов и нести вооружение из десяти 16-см пушек на станках с центральным штыром - по две в носу и корме, остальные побортно на спонсонах. Это давало им угол обстрела, близкий к 180°, и позволяло вести огонь в нос и в корму из трех пушек. Запас угля по расчетам автора позволял пройти на 10-узловой скорости не менее 11 000 миль. Однако платой за подобные характеристики стали водоизмещение и цена.

Генеральный инспектор Жервэз не без ехидства прокомментировал выбор проекта: «Требуется не разработать корабль быстрее и сильнее любого в своем классе - обычно для этого можно просто дать кораблю размеры большие, чем у любого в его классе. По-настоящему сложна задача - и велика заслуга ее решившего - создание наименьшего корабля, обладающего мощью и скоростью».

Другим заслуживающим внимания проектом стал проект инженера Альбаре, будущего директора Технического департамента в Бресте. Послужив на Тихом океане и получив возможность сравнить французские корабли с иностранными, он отметил превосходство последних в вооружении. Для исправления положения он подготовил проект низкобортного крейсера с небольшой осадкой, развивающего ход 15,5 узлов и вооруженного двумя 24-см пушками в носу и корме, а также четырьмя 16-см по бортам. Корабль Альбаре был бы меньше всех прочих, представленных Строительному совету, но руководство флота он не заинтересовал.

Естественно, что с началом франко-прусской войны о постройке крейсера пришлось забыть. Однако, когда пост министра флота Республики занял адмирал Луи Пьер Алексис Потюо (1815-1882), то, посоветовавшись с директором Технического департамента и Адмиралтейским советом, он счел, что в сложившейся финансовой и политической ситуации одним из важнейших элементов французской морской силы может стать крейсерский флот. Составленная им программа развития флота прошла через парламент без возражений. Согласно ей флот должен был располагать 16 крейсерами 1-го и 2-го ранга и 18 крейсерами 3-го ранга. Требования к новому крейсеру 1-го ранга, в декабре 1871 г. предполагавшие скорость 16 узлов и водоизмещение 4000 т, вскоре изменились, и теперь конструктор мог использовать водоизмещение 5400 т для установки машины, позволяющей достичь 17 узлов.