Чтение онлайн

Здесь движение замедлилось, видимо противник успел подтянуть силы и организовать оборону. Эффект неожиданности высадки десанта в расположении пехотной дивизии пропал и теперь противник начал обстрел нашего подразделения со всех сторон.

– Тройка "ланда" к входу бункер. Заложить взрывные заряды. Я гашу встречный огонь, страхуя Ланда. Корс, за тобой тылы.

– Принято.
– Я увидел на тактическом мониторе, как командирская тройка усилила огонь, прикрывая перебежки двойки Ланда в сторону стальных дверей входа в систему подземных коммуникаций. От Корса мне пришел огневой сектор, который я должен был перекрыть. Быстро оценив обстановку, я броском ушел к развороченной взрывами гранат бывшей огневой точке противника и залег среди ее развалин, оценивая перспективы. Точка находилась на некоторой возвышенности, поэтому обзор полностью перекрывал мою зону ответственности. Противник на моем направлении вел перегруппировку, поэтому я решил воспользоваться этим временем и организовать для себя временное укрытие. Активировав вторые манипуляторы, я передвинул несколько бетонных блоков таким образом, что получил впереди себя стену, имеющую несколько щелей, через которые можно было вести огонь. Большего сделать было невозможно, так как противник пошел в атаку. Из-за каменного здания вывалился десяток боевых кибернетических устройств противника, поливающих огнем зону перед входом в бункер. Меня они пока не обнаружили, чем я и воспользовался отправив по навесной траектории в них три гранаты и успев сделать два выстрела основным калибром до того момента, как они упали и взорвались. Счетчик подтвержденных повреждений нанесенных противнику опять пополз вверх. Я сделал несколько коротких очередей из пулеметов и переместился вправо укрывшись в развалинах одноэтажного здания. Это был очень своевременный шаг, так как на мое временное укрытие обрушился огонь оставшихся от вражеского отделения роботов. Гулко ухнуло несколько взрывов гранат и от моей огневой точки остались только воронки.

Сочтя, что я уничтожен, группа из шести роботов стремительно пошла в наступление, преодолевая площадь и выходя на развалины дома, где собиралась укрыться. Это мне не понравилось, поэтому гости были встречены двумя гранатами, двумя выстрелами из основного калибра и длинными очередями из пулеметов.

– Заряды заложены, у меня минус один.
– Раздалось каналу отделения доклад Ланда.

– Принято. Тебе двадцать секунд на отход.

– Принято.
– Левее меня гулко заухали взрывы гранат, враг навалился на "Ганса".

– "Новичок", "Ганс", отходим к дверям бункера.
– Пришло от "Корса", который тоже вел бой.

– Принято.
– Остановив бросок противника через площадь, я броском переместился к разбитому танку и спрятался за ним, покинув развалины. В этот момент мне не повезло, так как я попал под разрывы мин, которыми противник обстрелял мои руины, как только его наступление на этом направлении захлебнулось после моего противодействия. Взрывом повредило корпус и снесло одну боевую конечность и одну запасную. Гранатомет тоже вышел из строя. загорелись датчики утечки энергии из реактора. Гулко ухнул взрыв за моей спиной, показывая, что вход в подземные коммуникации свободен.

– Ланд и моя тройка штурмует, Корс за тобой прикрытие наших спин.
– Донесся до меня голос командира отделения, пока я оценивал повреждения своего робота. Противник в моей зоне ответственности опять пошел в атаку. Я открыл отсек с двумя оставшимися гранами от гранатомета, схватил их рабочей рукой, активировал и одну за другой бросил в руины, после чего переместился ближе к входу в подземные коммуникации, заняв позицию в бывшем пулеметном гнезде противника. Мой "Кантор" после попадания в зону минометного обстрела двигался гораздо медленнее и потерял способность к прыжкам, но все-таки мне удалось переместиться на новое место и залечь. К этому моменту на дисплее погасла точка "Ганса", показывая, что его робот получил летальные повреждения, моя и Корса светились желтым цветом, что означало что мы пока еще дееспособны. Взрывы в руинах моих гранат немного замедлили наступление противника на моем направлении, поэтому я успел прикинуть возможные пути отхода к входу в подземные коммуникации, где разгорелся жаркий бой. Правее меня ухали взрывы гранат, раздавались выстрелы основного калибра и пулеметные очереди, Корс был еще жив и медленно отходил к входу в подземные коммуникации.

– "Вот же неугомонные".
– Ругнулся я про себя, заметив, что с моего направления противник опять перешел в наступление. Выждав несколько секунд, я дождался когда несколько пехотинцев в тяжелых скафах войдут в зону уверенного поражения, я прицельными выстрелами из основного калибра и пулемета уложил их на землю, после чего вновь сменил позицию. Отступать больше было некуда, так как за спиной у меня находился вход в коммуникации, куда ушла командирская тройка и "Ланд". Через пару секунд, как я занял новую позицию, оторвавшись от противника у входа появился "Корс", на бегу отстреливаясь от наседающих на него пехотинцев в тяжелой броне. Момент был удачный и мне удалось завалить на асфальт троих, но за это меня наградили сразу тремя гранатами, полетевшими в сторону моего укрытия. Рванул к входу, пытаясь уйти из под траекторий и мест разрыва гранат.

– Спасибо, "Новичок".
– Благодаря мне Корсу удалось оторваться, войти в подземные коммуникации и залечь, заняв новую позицию. Мне повезло меньше, так как я попал в зону поражения одной из гранат и ее взрывом меня перебросило через позицию Корса и мой бедный "Кантор-11М" покатился по туннелю подземных коммуникаций. На интерфейсе загорелись красные лампочки и посыпались сообщения о повреждениях. У меня оторвало одну из нижних конечностей, вторая была повреждена. Реактор был поврежден и сбоил, оторвало вторую боевую конечность. Состояние робота оценивалось как поврежденный на девяносто процентов, тем не менее у меня пока оставался целым главный калибр, хотя я уже потерял способность к перемещению. Впрочем, одна "рабочая рука" у меня еще оставалась, что позволило мне развернуть корпус робота по направлению к входу в коммуникации.

– Ты, как жив?
– Восстановилась связь и первым, что я услышал, был вопрос Корса, который отстреливался у входа.

– Сложно сказать, но основой калибр исправен.
– Я перевел орудие на стрельбу только разрывными зарядами, так как на прицельную стрельбу в моем положении было сложно рассчитывать. Ожил тактический интерфейс и увидел, что тройка командира отделения потеряла двух роботов. Живыми пока оставались командир отделения, "Ланд", "Корс" и я.

– Нам нужно еще пара минут "Корс", - прокричал голос командира отделения.

– Не уверен, но попробую.
– - Повреждения у робота "Корса" равнялись семидесяти процентам, но он пока держался, отстреливаясь от пехотинцев противника.

– Пара минут....
– Дослушать я не смог, так как раздались взрывы, противник обстрелял позицию Корса из миномета, отчего метка командира моей тройки погасла. Выждав десяток секунд и не встретив сопротивления, в подземные коммуникации ворвались пехотинцы противника. Моего "Кантора" они сочли неопасным, поэтому побежали в мою сторону, за что тут же заплатили, так как я смог слегка поднять корпус на рабочей руке и сделать пять выстрелов из основного калибра в направлении входа. Мне даже удалось в кого-то попасть. Я уже знал, что для моего робота это конец, поэтому поставил устройство его подрыва на тридцать секунд, после чего попытался опять приподнять корпус рабочей рукой, стреляя разрывными снарядами основного калибра в сторону входа. Зазвучали ответные выстрелы со стороны противника, он опять перешел в атаку. Секунд через десять у меня кончились разрывные, а потом взрывом гранаты был поврежден корпус и стрельбу я вести не мог. Когда таймер подрыва робота достиг трех и вражеские пехотинцы были рядом с корпусом моего робота, я нажал на кнопку разрыва связи с моим роботом....

*******

Пришел в себя я уже в кресле оператора. Пошевелив головой, я сдернул с себя шлем, ощущая, как по моему телу течет липкий пот. Сдернув с рук перчатки, я закрыл глаза, привыкая к новому состоянию и больше не чувствуя себя боевым роботом. Минут через десять, когда сердце стало биться медленнее, а дрожь в руках и теле прошла, я медленно сполз с кресла, снял с себя сапоги, наколенники и костюм оператора. Немного подумав, я сдернул с себя и нательное белье, которое было хоть выжимай, обтерся им и надел свой комбез и ботинки прямо на голое тело. Аккуратно свернув белье, я сделал несколько приседаний, после чего, почувствовав себя вполне нормально, открыл дверь камеры и вышел в аудиторию, где уже собрались курсанты и инструктор вел разбор боя.

– Что-то, курсант Строй, вы долго снимали с себя операторский комплект для подключения.
– Обратился ко мне Дог Робсон, останавливая разбор боя и привлекая ко мне внимание курсантов.
– Вот, господа курсанты, и наш "Новичок", столь удачно подорвавший своего робота, что смог притормозить пехотинцев противника на двадцать семь секунд.

– Можно пройти и сесть?
– Спросил я разрешения у инспектора.

– Садитесь, курсант.
– Кивнул мне Дог Робсон и продолжил говорить, обращаясь к курсантам.
– Тем не менее, несмотря на захват штаба пехотной дивизии и уничтожение командного состава противника, я не согласен с мнением искина об успешности выполнения отделением данной миссии.
– В ответ на эти слова курсанты недовольно загудели.

– Поясню свое мнение, господа курсанты.
– Остановил гул недовольства инструктор.
– В результате проведенной операции отделение потеряло восемь из девяти боевых единиц техники. У вас, сержант Лари, к концу операции робот имел семьдесят два процента повреждений. Выполнение боевого задания было под угрозой срыва. Это неприемлемый результат для отделения. В данной операции должно было выжить не менее половины машин, которые должны были занять круговую оборону и сдерживать противника до подхода основных сил. В этом и только в этом случае я мог бы принять зачет у вашего отделения по этой операции. Могу лишь отметить, что из девяти операторов, только вы, сержант Лари, "Ланд", "Корс" и "Новичок" вполне соответствовали по уровню подготовки для выполнения этой задачи. Остальные курсанты, а это пятеро из девяти человек, бездарно слили своих роботов противнику. При таком положении дел, я не могу выставить твоему отделению зачет, так как ни о какой слаженной боевой работы отделения в вашем случае не идет. Советую вам задуматься над этим вопросом и более критически проанализировать итоги боя. Свободны, господа курсанты. Вас, курсант Строй, я прошу остаться.