Чтение онлайн

Саннаэтель, набычившись, смотрел на врага, не зная, как поступить. Очень хотелось продолжать демонстрировать свою гордость и обиду, но в словах Ранхгарта был резон, и еще было ощущение, что если от помощи отказаться, то вместо демонстрации гордости будет демонстрация глупости и недалекости. И он решился.

— Я сниму только рубашку, — упреждающе сказал он и так вцепился в свои штаны, словно Ранхгарт собирался сдирать их с него силой.

— Я не возражаю, — церемонно ответил Ранхгарт. — Все равно сил, чтобы удалить все следы, мне не хватит. Только сапоги сними. Да, и самое главное: ты не должен в течение всего времени, пока лежишь на камне, пользоваться своими силами, тем более, родовой магией. Сними всю блокировку боли, придется потерпеть, ничего не поделаешь.

Саннаэтель без рубашки, босиком подошел к камню и лег.

— Подойди, Ализе, — позвал Ранхгарт девушку. — Посмотри, с чем пришлось десять лет жить твоему брату, никому ничего не рассказывая.

Ализе глянула на страшные полосы и закрыла рот рукой, чтобы не закричать.

— Ранхгарт, — сквозь зубы, стиснутые от боли, выдавил Саннаэтель, — ты не мог бы побыстрее… приступить к лечению? — чуть замявшись, но потом, придумав правильную формулировку, сказал Саннаэтель.

— А куда торопиться? — голос Ранхгарта был просто переполнен ласковыми мягкими нотками, глаза ехидно улыбались, глядя на Саннаэтеля, вцепившегося руками в камень, чтобы не корчится от боли под взглядом Темного.

— Давай, начинай, — почти просил Саннаэтель, — или я сейчас заблокирую боль моей магией.

Угроза подействовала, Ранхгарт склонился над мучеником, рассматривая полоски.

— Знаешь, — обратился Ранхгарт к пациенту, — я решил поступить по-другому, чем с Ализе. У нее по всему телу были разбросаны кусочки темной магии, словно крошечные осколки. Эти же полосы я могу убирать сразу. Но предупреждаю: ощущение будет, словно выдирают кусок кожи из тела. Зато быстро, раз потерпеть — и все. Ты готов?

Саннаэтель кивнул и еще крепче стиснул зубы. Ранхгарт сконцентрировался, а потом одним резким движением, словно сдирая кусок коры с дерева, выдернул черного извивающегося то ли червяка, то ли ужа, который тут же растаял, впитавшись в его руку.

Саннаэтель забился от боли на алтаре, но Ранхгарт и не думал прекращать его мучения.

— Сейчас постараюсь вытащить еще один кусок, — уже не издеваясь, тихим, усталым голосом сказал он. — Ализе, как только я вытащу кусок, поможешь Саннаэтелю добраться до той двери. Выйдете из нее, только после этого можете применять родовую магию. И будет лучше, если вас никто не увидит.

— А ты? — тут же спросила Ализе.

— Мне придется немного полежать на алтаре, восстанавливая силы и принимая боль наказания.

Ализе испуганно кивнула. Ранхгарт без предупреждения, коснувшись кожи Саннаэтеля, что-то рванул на себя. В этот раз боль была настолько сильной и неожиданной, что Саннаэтель заорал. В ту же секунду Ализе подскочила к брату и почти волоком подтащила его к двери. Открыв ее, вытащила его наружу.

Ни она, ни Саннаэтель не видели, как Ранхгарт рухнул на пол, не сумев добраться до алтаря.

Ализе сидела под дверью, сжавшись в комок и трясясь от страха. Она понимала — Ранхгарт не просто так сказал, чтобы они старались не попадаться никому на глаза. От одной мысли, что, возможно, где-то тут бродит ее муж, ее мутило от ужаса.

Наверное, поэтому она сидела, плотно приложив ухо к двери и стараясь расслышать малейшие шорохи, и, самое главное, услышать, когда Ранхгарт их позовет. За дверью было абсолютно тихо. Ализе не выдержала и, дождавшись, когда Саннаэтель чем-то отвлекся, чуть приоткрыла дверь, стараясь заглянуть в образовавшуюся щелочку.

— Саннаэтель, на алтаре никого нет! — панически залепетала она. — Ранхгарт решил нас здесь бросить?

Саннаэтель даже не счел нужным отвечать на такое абсурдное обвинение, мгновенно вскочил на ноги, и, блокировав свою магию, с помощью которой восстанавливался, бросился к алтарю, вернее, к чему-то, лежащему за алтарем.

— Ранхгарт, Ранхгарт, — позвал Саннаэтель, но тот не отвечал.

Саннаэтель сорвал с него рубаху, поднял на руки и уложил на камень. Что еще сделать, он не знал. Немного постоял около алтаря и снова вышел за дверь, надеясь, что Ранхгарт придет в себя. Теперь они вдвоем сидели под дверью, приложив к ней ухо, и внимательно прислушивались. Наконец, услышав, что Ранхгарт зашевелился, радостно бросились к нему. Ранхгарт сидел на камне, свесив ноги, довольный и улыбающийся.

— Во меня в этот раз приложило! — не скрывая восторга от собственной выносливости и терпеливости, заявил он. — Сознание я еще ни разу не терял. Наверное, это случилось из-за того, что я очень устал. Больше одновременно и Ализе, и тебя лечить нельзя, так и загнуться недолго.

— Я… я больше не соглашусь, — тихо ответил Саннаэтель. — Наше лечение тебе слишком дорого обходится.

— Еще чего! — Ранхгарт явно бахвалился, но Саннаэтеля это уже не раздражало. «Вот позёр!» — думал он. Мужчина даже сам не заметил, как сжигающая его ненависть сменилась насмешливой снисходительностью, от которой всего один шаг до дружбы.

…Саннаэтель проснулся на другой день, с радостью отметив, что его сил значительно прибавилось. Теперь блокирование боли от ударов хлыста не составляло никакого труда. Его просто переполняла энергия, чего нельзя было сказать о Ранхгарте. Бледный, темные круги под глазами, но веселый блеск в глазах, тот же. В этот день Ранхгарту не везло, ему не давались ни боевые заклинания, ни магические плетения. Один из эльфов в группе, ненавидевший Ранхгарта не меньше Саннаэтеля, а может, просто завидовавший ему, стоял, подбоченясь, на камне, и специально издевался над промахами темного, стараясь задеть его посильнее:

— Что же ты, Ранхгарт? Говорил, что можешь пять огненных шаров удерживать одновременно, хвастался, что можешь разводить их, и бить ими одновременно по точкам, расположенным в противоположных сторонах друг от друга. А на деле? Одним шаром не смог попасть по цели? Все остальные твои россказни такое же вранье?

Ранхгарт молчал, но его взгляд обещал, обещал, обещал… так много.

Саннаэтель проходил мимо спорящих, не вступая в беседу и почти не обращая на них внимания, только с его пальцев сорвался невидимый вихрь и целенаправленно понес воздушный поток, формирующийся в процессе движения в стрелу. Невидимая стрела ударилась о землю под основанием камня, на котором стоял эльф, и сдвинула пласт земли. Потеряв опору, камень качнулся, эльф, не ожидающий этого, шмякнулся на землю, ошалело оглядываясь вокруг.

— Ты чего? — любезно спросил сидящего Саннаэтель. — Тебя что, ноги не держат?

Краем глаза Саннаэтель успел заметить легкий, почти незаметный поклон Ранхгарта — тот понял, что только что произошло. Саннаэтель таким же почти незаметным кивком головы учтиво вернул благодарность.

Любопытство не давало Ранхгарту покоя, впрочем, не только ему одному. Вопрос о том, что произошло между Лордом Даххарстом и его молодой женой в первую брачную ночь, когда он чуть не убил ее, а потом и ее брата, пришедшего на помощь, волновал всех во дворце.