Чтение онлайн

черпать энергию из Лабиринта и таким образом восстанавливать свои силы, а Анжелика — делать

тоже самое, но в процессе работы.

Вернувшись к себе, я задумался. Опять Лабиринт. Все это неспроста!

В последующие свободные часы я продолжал экспериментировать. Учитывая мой жесткий

распорядок дня, свободные часы у меня были только ночью, но это ничего. Магическое

экспериментирование оказалось самым интересным занятием, которое я только мог себе

вообразить — не считая, конечно, борьбы, фехтования, чтения книг по военной стратегии,

изобретения различных способов убийства и семейных обедов. Я вертел Лабиринт и так и сяк,

хватался то за одну линию, то за другую, и пытался сделать с ним что-нибудь этакое. Лабиринт

вяло сопротивлялся, молчал как рыба об лед и упорно не желал раскрывать мне своих секретов.

Я доэкспериментировался до того, что в одну из ночей в мою дверь постучали. Я пошел

открывать и обнаружил на пороге тетю Фиону, подозрительно поглядывающую по сторонам.

— Чем ты тут занимаешься? — Поинтересовалась она, пытаясь заглянуть в комнату.

— Я же не спрашиваю, чем ты занимаешься по ночам! — Резонно возразил я.

Но это ее не остановило.

38

— Могу ответить…

— Не надо!

— Нет, я отвечу. Я или сплю, или провожу магические эксперименты. — Фиона

подозрительно понюхала воздух. — И поскольку ты не спишь, я делаю вывод, что ты тоже с чем-

то экспериментируешь. С чем, интересно?

— Да так…

— Я могу пройти?

— Эээ… Вообще-то я уже собирался…

— Спасибо. — Она решительно протиснулась внутрь. Огляделась и вынесла

неутешительную оценку:

— Ну и бардак!.. У тебя что, нет горничной?

Я смутился. Горничная у меня была. Правда, после того как я ее совратил, она решила, что

больше не обязана наводить порядок в моей комнате.

— Ладно, это не так важно. — Смилостивилась тетя. — Чем ты только что занимался? И

не смей мне врать: я точно знаю, что ты пытался что-то колдануть с помощью Лабиринта!

— Гм. Я пытался разобраться с картами. Хотел научиться рисовать их так, чтобы не

уставать при этом.

— Ах, это… — Она махнула рукой и как будто расслабилась. — Это совсем просто. Где у

тебя мастерская? Там? Идем… Я покажу.

На самом деле это оказалось не так уж просто, но, попрактиковавшись немного, я понял,

что быстро освою предложенный тетей метод. Принцип действительно состоял в том, чтобы

воспользоваться тем отпечатком Лабиринта, который был в каждом из нас. Надо было создавать

карты не с помощью своей энергии (иначе и в самом деле наступало сильное истощение), а с

помощью энергии Лабиринта, которую следовало пропускать через себя, одновременно

накладывая образ Узора на карту. По словам Фионы, все рисовальщики пользовались этим

методом — но, кроме нее, остальные это делали бессознательно, по наитию.

Когда Фиона ушла, я лег на кровать и задумался. Фиона — мать Мордреда. Кроме того,

возможно, она самая хитрая и коварная в Семье. Тем не менее, она открыла мне секрет, которого

не знают ни Раймонд, ни Эрнил, ни Анжелика, ни Марк. Зачем она это сделала?

Или я ничего не понимаю в жизни, или меня откровенно пытаются завербовать.

Завербуюсь ли я? Конечно, завербуюсь. Для того я и валял дурака, присягая человеку,

который в перспективе обязательно попробует убить моего отца. Только завербовавшись и вызнав

все их секреты, можно — опять-таки, в перспективе — попытаться их убить.

Интересно, поверят ли они когда-нибудь, что меня можно купить? Что-то они слишком

легко повелись на мою игру…

Все еще терзаемый смутными сомнениями, я закрыл глаза и заснул.

Мое «беззаботное десятилетие» закончилось в тот день, когда Мордред за семейным

обедом, отправляя в рот смоченную лимонным соком устрицу, полюбопытствовал:

— Когда думаешь заняться Киммерией?

— Гм… — Сказал я. — Похоже, Жерар снова вспомнил про свою идею.

— Вообще-то, это была не его идея.

— Ах, вот как… Теперь понятно, в чьей голове она возникла. Я мог бы и сам догадаться.

— Я понимаю, что ты понимаешь. Но я не понимаю, чего ты ждешь. — Мордред пригубил

вино.

— Учусь, учусь… — Я вздохнул. — Но вообще-то вы правы: пора. А то через пару

десятилетий меня в Киммерии уже никто и не вспомнит.

— Как думаешь действовать? — Поинтересовался Саймон, сидевший напротив меня.

— Я думал на этим. — Сказал я. — Завоевать Киммерию нельзя. Значит, нужно

объединить изнутри. А как это сделать? Проще всего — объединить против какого-то внешнего

врага.

— Надеюсь, не против Аваллона? — Хмыкнул Оттон.

Я покачал головой.

— Я собираюсь подвигнуть своих родичей на военный поход против пиктов. Заодно и

Пиктляндию захвачу.

— А как они будут называться? — Сделав удивленные глаза, спросил Эрнил.

— Кто? — Не понял я.

39

— Ну, твои поданные… Пиктокиммеры или киммеропикты?

Изначально я собирался вернуться в родную Киммерию на белом коне, с хорошим

войском за спиной. Мои родичи, не смотря на свою воинственность, абы за кем на войну не

пойдут. Вот если бы у меня была собственная армия, тогда они, полагаю, с удовольствием бы ко

мне присоединились… Я стал думать о том, где можно раздобыть армию. За помощью к

аваллонской Семье я категорически обращаться не хотел, даже к отцу. Это — мое первое крупное

предприятие в качестве аваллонского герцога (именно такой был у меня теперь титул), и