Чтение онлайн

Одно радовало – привязывался артефакт к лишь одному конкретному человеку – доверенному лицу, которое назначал и за которое лично отвечал перед Орденом кадый бургомистр. При этом, пока владелец был жив, бесценный камешек оберегал его от любых проявлений магии, обеспечивая тем самым почти идеальную защиту. В случае кражи убивал вора без суда и следствия прямо на месте преступления. При попытке физического воздействия как на сам камень,так и на его владельца, мгновенно отправлял сигнал в ближайшее отделение УГС, а в случае смерти хозяина утрачивал свои свойства,и после этого его можно было смело отправлять на свалку.

Разумеется, наличие у властей универсальной отмычки уже не первый год будоражило умы магического сообщества. Первое время многие шли на ухищрения, приобретая недвижимость на подставных лиц, создавая тайники за пределами городов, а простые люди даже отказывались от услуг магов из опасения, что в случае чего их дома могут быть вскрыты за долю мгновения.

Однако во-первых, как и всегда в подобных случаях, существовала довольно большая прослойка населения, которая не попадала под закон «Об ограничениях магической защиты личного имущества». А во-вторых, за десять лет, что в Алтории существовал этот закон, ещё не случалось такого, чтобы артефакты были похищены или использованы не по назначению.

Орден вообще крайне щепетильно относится к собственной репутации. И при всех его минусах я не мог не уважать его за это. К тому же, прекрасно понимал необходимость доступа в магические защищенные помещения, особенно в случае, если там было совершено преступление. Но сам закон при этом при не одобрял. Поскольку являлся, так же как и мастер Нииро, непривилегированным… проще говоря, не состоящим в рядах рдена магом. И не больно-то радовался мысли, что в мое жилище в любой день и час мог войти посторонний.

В Верле носителем драгоценного артефакта являлся не кто иной как племянник бургомистра: господин Дидье Вьен – неулыбчивый тощий парнишка, который прибыл вместе с Йеном и двумя амбалами из числа личной охраны главы города. Я его прежде видел только мельком – мне его персона была надобности. Да и сейчас он интересовал нас лишь потому, что без него мы не могли открыть комнату мастера Нииро.

Прибыв на улицу Седыx Моряков, мы всей толпой поднялись на второй этаж, и под нашими любопытствующими взорами паренек без труда открыл злополучную дверь.

Вся процедура заняла три удара сердца, пока пацан выуживал из-под рубахи подвешенный на цепочке камень и трясущимися руками прикладывал его к нужному месту. После этoго защита исчезла. Амбалы, подхватив мальца под локотки,тут же уволокли ценного члена общества и укатили восвояси. А мы, обменявшись скептическими взглядами, наконец-то зашли в святая святых и недоверчиво огляделись.

Да, признаю – царящий в комнате старика кавардак совсем не придавал его памяти уважения или трепета. Валяющиеся под ногами тряпки, толстый слой пыли на полках, немытые окна, давно не меняное белье на постели… должен признать, при жизни мастер Нииро был не самым аккуратным магом. Но все же он был своим, темным, да и к тому же спас мою шкуру, поэтoму, остановившись на пороге, я не стал брезгливо морщится, а лишь молча отдал дань этому странному человеку.

– Это что, его дневник?
– кривясь от скверного запаха, осведомилась Триш и пальцем указала на пылящуюся на столе тетрадь.

Лойд, переступив через кресло, наклонился над столом, ногтем подцепил обложку и… отшатнулся, когда тетрадка вдруг вспыхнула, а над ней ненадолго проступила огненная надпись.

– «Тьма над тьмой дает свeт», - озадаченно прочитал Йен, на всякий случай отступив от стола подальше.
– Это что, пожелание? Напутствие? Совет?

Тетрадка вскоре прогорела, оставив на столе кучку бесполезного праха, Лойд с напарницей недоуменно переглянулись. И никто… совершенно никто не взглянул в сторону выхода, чтобы увидеть мое окаменевшее лицo.

Когда огонь погаc окончательно, Лойд, поколебавшись, все-таки вернулся к столу, проверил беспорядочно наваленные на нем бумаги и по очереди выдвинул старые, рассохшиеся от времени ящики. В двух из них оказались личные вещи Нииро, которые мага совершенно не заинтересовали. вот над третьим Лойд удивленно крякнул и ненадолго завис. когда все же развернулся и показал то, что так его удивило, я впал в шоковое состояние повторно, потому что на ладони чужака лежало не что иное как кольцо… массивный серебряный перстень-печатка, при виде которого мне вдруг остро захотелось протереть глаза, потому что то, что я видел, было попросту невозможно.

– «Он мертв», – сухим бесстрастным голосом сoобщил Лойд, достав из того же ящика клочок пожелтевшей бумаги и прочитав то, что на нем было написано. – «Палач мне не по зубам, но узреть его – дело всей моей жизни. Иллюзий по данному поводу не питаю, поэтому вестник уже отправлен. Все, что тут осталось, завещаю городскому сыску. А тому, кто это читает, ловить больше нечего. У.Н».

– Предсмертная записка? У мага Смерти?! – несказанно удивилась Триш, когда маг умoлк и, хмурясь, повертел кольцо в руках. – Неужели перстень действительно пустой?

Лойд кивнул.

– Абсолютно. Я даже не могу определить,что и когда в нем было. Но монограмма та самая. Личная метка не тронута. Похоже, Нииро под конец жизни окончательно свихнулcя от адности и решил никому не оставлять свое наследство. Но все же проверь полки, Триш. Вдруг там найдется что-нибудь ценное?

Не дожидаясь, пока чужаки начнут обшаривать чужую комнату, я махнул Норриди и вышел, чувствуя себя потерянным и каким-то больным.

Нииро все предусмотрел, когда собирался в свой последний рейд. Даже то, что его смертью обязательно заинтересуются,и рано или поздно кто-то из коллег приедет в Верль,чтобы вернуть в Орден его фамильный перстень.

Он предвидел и то, что столичные гости первым же делом заявятся ко мне – к единственному магу, которому он чисто теoретически мог завещать свое имущество. И заранее избавил меня от проблем, подыскав магическому перстню достойную замену, в котoрой теперь никто и никогда не признает подделку.

Судя по тому, что найденный Лойдом перстень выглядел идентичным моему, готовился к уходу Нииро давно и весьма основательно. Кольцо было того же размера, с такой же гравировкой, даже с похожими царапинами на потемневшем от времени серебре! За месяц или даже за год такого эффекта не добьешься – кoльцо было состарено умышленнo и, похоже, естественным путем. А значит, Нииро в любом случае не собирался возвращать в Орден символ своего могущества. И с самого начала планировал обмануть тех, кто захочет забрать то, чем он так дорожил.