Чтение онлайн

«Секиру» бы мою сюда»…

И сперва даже не поверил, когда в правую ладонь что-то требовательно, толкнулось.

Изумленно распахнув глаза, я растерянно уставился на закрывшую меня с ног до головы черную пленку, за которой, как за надежным щитом, ярились и бесновались гули. Затем шевельнул рукой, с трудом скосив глаза и растерянно их округлив, обнаружив, что перед моим лицом покачивается подозрительно знакомое лезвие. На пробу им взмахнул, насколько позволяли путы. И тихо, недобро рассмеялся, обнаружив, что кисть теперь совершенно свободна.

Наскоро избавившись от дурацкого заклинания, я отступил от стены, едва не уткнувшись носом в отделившую меня от гулей неодолимую преграду – ожившая Тьма трепетала, дрожала и переливалась, как жидкое облако, слегка прогибаясь всякий раз, когда снаружи в нее врезалось очередное тело.

При этом она была здесь, со мной. на сочилась из глубоких порезов, но не падала на землю, а собиралась и сама по себе сплеталась в невиданный доселе щит. Плотная, густая, слегка напуганая тем, что между нами происходило. Но по-прежнему мягкая, прохладная и удивительно верная, особенно после того, как я впервые ее накормил.

Секира в моей руке тоже оказалась создана из тогo же удивительного материала. Матово-черная, удивительно легкая, она не потеряла ни свойственного прежней «секире» изящества, ни невероятной остроты. Но, что самое важное,теперь у нее появилось настоящее древко. Именно такое, какое мне было нужно – тонкое, твердое, выточенное Тьмой именно под мою руку, оно легло в ладонь так, словно так и было задумано.

– Спасибо тебе, Смерть, за подсказку, - задумчиво проговорил я, глянув на израненное запястье и обнаружив, что от перстня к нему протянулись такие е черные язычки, обвив наподобие повязки и надежно закрыв глубокие раны. – Я понял теперь: во всех нас изначально есть свой свет и своя тьма. И каждый сам волен выбрать, к кому из них обратиться.

Тьма, словно услышав, благосклонно мурлыкнула, а затем выгнулась навстречу, обхватывая меня со всех сторон и заключая к крепкие объятия. Но на этот раз я не только не отшатнулся, но ещё и подался вперед. А когда прошел через нее насквозь и обнаружил, что поверх окровавленной одежды лег такой же прочный, черный как ночь доспех,то недoбро улыбнулся испуганно отшатнувшимся гулям и крутанул в руках новую секиру.

– До скорой встречи, Лойд. Я уже иду.

Когда я перевел дух и опустил маслянисто блестящее лезвие, в Нире царила мертвая тишина. Правда, сейчас она была спокойной, я бы даже сазал – умиротворенной, а начавшийся недавно снегопад белым одеялом накрыл остывающие трупы, которых теперь на улице хватало.

Оглянувшись в дальний конец, где из-за гор изуродованных тел по-прежнему виднелась старая мельница, я провел рукой по выпуклым пластинам доспеха, на которых, несмотря ни на что, не осталось ни единой царапины, и спокойно отвернулся.

Теперь я знал, почему наша магия вела себя здесь так бестолково – Тьма, как и все темные боги, испокон веков ценила тишину. Поэтому все наши знаки, вспышки, взрывы и крики ее бесконечно раздражали. ни были придуманы для верхнего мира, для светлой его половины,и только там могли быть использованы без опаски. А для темной стороны требовалось нечто иное. Нечто, что могло быть создано только здесь, в ней. Совершенно другое, не чуждое этому месту оружие. И теперь оно у меня появилось.

Кстати, святой отец, вы были правы – моя Тьма это и впрямь мое спасение. Ведь для того, чтобы обрести в Ней настоящую защиту, от меня потребовалось только одно – вера. А для того, чтобы заполучить хорошее оружие – всего лишь елание убивать.

Правда, я сегодня умышленно не торопился: до утра ещё хватало времени, так что Лойд мог и подождать. Зато после того, как я по очереди обошел все дома и прикончил последних гулей, темная сторона Нирна действительно полностью вымерла.

Заметив под одной из стен помятую, облитую чем-то черным шляпу, я так же задумчиво провел рукой по растрепанным волосам и подумал, что вместе с новым доспехом она будет выглядеть неуместно. После чего похлопал рукой по плечам, без особого удивления обнаружил появившуюся под пальцами жесткую ткань, а затем набросил на гoлову послушно сотканный Тьмой капюшон и снова улыбнулся.

Ну что ж, Лойд.

Я готов.

Так что теперь настала очередь с тобой поквитатьcя.

Знакомый трактир, как и раньше, выглядел с темной стороны обычной развалюхой. Обветшалая крыша, упавший забор, замусоренный двор, в котором собралось на удивление много народу…

Следы Лойда вели именно туда, так что я не мог ошибиться. Да и не мог маг уйти далеко от мельницы – прямыми тропами столичный он пользоваться не умел, а ближе всех к деревеньке было только одно спокойное место.

Подойдя ближе, я настороженно оглядел толпу беспокойно шевелящихся призраков и передумал прямо здесь выходить с темной стороны.

Что за суета? Что там у них случилoсь?

Прямо на моих глазах от толпы отделился полупрозрачный силуэт и, взмахнув руками, вдруг кинулся бежать.

Мальчишка. Судя по всему, местный, потому что, пробежав пол-улицы, он заскочил в один из домов и там надолго исчез.

Следом за ним со двора вышло еще несколько сoкрушенно качающих головами людей. Судя по шевелящимся губам, они что-то оживленно обсуждали. Некоторые настойчиво пытались заглянуть в окна первого этажа, но когда оттуда вышел еще один призрак и повелительно взмахнул рукой, народ неохотно отхлынул к забору.

Недолго поколебавшись, я все же зашел за угол и выбрался в реальный мир. убедившись, что новый доспех и устрашающе острая секира исчезли, закутался поплотнее в свой старый плащ и подошел к трактиру.

– Что тут у вас случилось?

– Маг… темный… – прошелестело по округе,и собравшиеся вокруг дома зевали стали стремительно рассасываться. Большая часть испарилась сразу, как только увидела мои забрызганные кровью волосы. стальные попятились чуть позже, разглядев подозрительно блестящие сапоги и следы порезов на некогда добротных штанах.