Чтение онлайн

— Лёха?

— Олег?

Мы произнесли имена почти одновременно.

— Дружище, рад тебя видеть! — я сгрёб товарища в объятия. — Сука, как же рад! Думал — всё, никого из старых знакомых больше не увижу!

— Постой! — старый знакомый попытался вырваться, но куда там, против моей силы. — Ты… Как? Откуда?

— Спасать вас пришёл. — я всё же отстранился, и улыбнулся. — Черт, вот так встреча!

— Подожди! А эти… — Олег замялся. В его глазах ещё просматривалось недоверие, смешанное с надеждой. — Ну, анархисты!

— Нет их больше, сдохли сукины дети. — я хотел было хлопнуть товарища по плечу, но сдержался. — Слушай, давай попозже обсудим всё. Показывай, где там больные. Может я смогу им помочь.

Через пять минут я стоял перед строем измождённых, голодных людей, и с трудом сдерживался, чтобы не зарычать от ярости. Это ж кем нужно быть, чтобы довести своих собратьев до такого состояния?

— Дядя Арис, а правда, что вы всех злодеев убили? — раздалось возле уха.

— Правда, мелкая. — ответил я девочке, которую держал на руках. Бедняжка из-за слабости не могла стоять на ногах. Её с ещё двумя детьми нашли вчера днем, во время работы. Как они смогли одни, без взрослых, выживать все эти дни, одному Богу известно.

— Ты скажи, Алиса, лекарство, которое я тебе дал, уже помогает?

— Да, дядя Арис. Боль ушла, теперь только кушать хочется.

— Вот, держи. — я достал из подпространственного инвентаря лепёшку. — только пережевывай тщательно. Пить захочешь, скажешь.

Заняв мелкую, осмотрелся. Так, Колоскова пока не видно, как и мартыновцев. Оно и понятно, дорога перекрыта уничтоженной техникой, потребуется минут десять на расчистку. Так что время у нас есть, чтобы пообщаться. А если что-то случится… Да не, мартыновцы — нормальные, беспределить не станут.

— Граждане-товарищи, слушаем меня внимательно! — привлёк я к себе внимание. — Скоро здесь появятся представители власти из города, так что я быстренько сделаю вам предложение. Точнее — обрисую кое-какие перспективы. Вы можете отправиться в город, под защиту остатков полиции и росгвардии. А можете поехать со мной. Что вам пообещают городские, я не знаю. У меня вы получите кров, одежду, все блага цивилизации, и хорошо оплачиваемую работу. В дополнение идёт — свежий воздух, природа, и возможность самим защищаться от внешних угроз. Я всё сказал. Выбор за вами.

— Алексей, я смотрю, ты уже проводишь агитацию трудового народа? — раздался весёлый голос капитана Колоскова. Я заметил его несколько секунд назад, почти с первыми словами моей речи.

— Так точно, товарищ капитан. — улыбнулся я. И добавил: — На подъездной дороге колонна бронетехники — это ваши?

— Они самые. — ответил Колосков, останавливаясь в десятке метров от меня. За ним, сгрудившись, пристроились два десятка женщин, больше похожих на… Эх, Лёха, нехорошо так думать о людях. У них не было нормального выбора, вот и стали наложницами для анархистов.

— А фто это у дяди на голове? — спросила Алиса, продолжая жевать лепёшку.

— А это у него шлем, который позволяет читать мысли у плохих людей. — ответил я, и подмигнул капитану.

— Это хорошо. — рассудительно заявила девочка. И добавила: — Я пить хочу.

— Держи.

Протягивая мелкой фляжку с компотом, я одновременно наблюдал за тем, как в посёлок въезжает футуристического вида бронеавтомобиль. Так, похоже к нам пожаловала очень большая шишка. Ну что ж, пришло время для знакомства с мартыновцами. Надеюсь, они адекватные.

— Скажи, Аристорг, почему Система не может считать твои параметры?

Седой мужчина, представившийся мне полковником Пинчуковым, с прищуром смотрел на меня своими колючими, злыми глазами. Бывают такие люди, у них взгляд всегда злой, даже если они улыбаются.

— Ну, системное имя и статус мой вы увидели. — напомнил я. — Остальное — личная информация.

— Ну да, ну да. Статус. — полковник пожевал губами. — Глава системного поселения улучшенного ранга «Васильки». Кто название такое придумал?

— Никто. — я не сдержал улыбки. — Оно изначальное. Дачный посёлок так назывался, на месте которого основано системное поселение. Товарищ полковник, может хватит строить из себя особиста? Я вам не подчиненный, и не пленник. Думал, мы будем говорить о сотрудничестве, а тут… Детский сад какой-то.

— Детский сад, говоришь? Ну-ну. И что ты можешь нам предложить, Аристорг?

— Вы, товарищ полковник, не поняли меня. Я не заинтересован в покровительстве. Просто хочу сообща очистить нашу соту от мутантов и прочей нечисти. Чтобы мы могли спокойно развиваться. Мы — люди то есть.

— Ага, значит про соты ты уже в курсе. А когда очистим от мутантов, какими будут дальнейшие планы? — с внезапно вспыхнувшим интересом спросил Пинчуков.

— Присоединить вторую соту. Затем третью. И всё это время развиваться. Чтобы в час икс встретить гостей сильными, и при оружии.

— Думаешь, справимся с чужаками? — задал полковник очередной вопрос. — Аналитики говорят, что у нас нет шансов.

— У ваших аналитиков недостаточно информации, чтобы делать какие-то выводы. — отмахнулся я. — И вообще, предлагаю вернуться к обсуждению насущных вопросов. Освобождённые пленные меня интересуют. Готов взять бывших рабов в своё поселение. Гарем забирайте себе.

— Это с чего такая щедрость? — усмехнулся Пенчуков. — Или в твоём посёлке целибат?

— В моем посёлке от каждого по максимуму, каждому по заслугам. — ответил я. И ещё один момент. Трофеи как делить будем? По справедливости?

— Своё можешь забирать. — как-то устало ответил полковник. — Людей тоже. Жаль, что от гарема отказываешься, но навязывать не стану. Мне тут донесли, что твой посёлок находится в четырнадцати километрах отсюда. Далековато. Наверное на самом берегу?

— Почти. — уклонился я от ответа.

— Понятно. — Пенчуков поморщился. — Тогда перейдем к самому важному. Через сутки жди в гости. Уж извини, но мы — люди серьёзные, поэтому на слово не верим. Всё посмотрим глазками. Я бы прямо сейчас отправил с тобой своего человека, но ты же не согласишься.

— Почему же не соглашусь? — даже удивился я. — Говорю же, в моих планах только добрососедские отношения. Значит нужно доверять друг другу. А я, так получилось, знаю вашего главу клана, даже работал под его началом какое о время. Благодаря Валерию Михайловичу на заводе задержался, не ушёл в свободное плавание.