Чтение онлайн

Захлопнув крышку, сорвал маску с головы, осмотрел все вокруг машины — не выронил ли случайно чего? Затем, поежившись, занырнул в салон и завел двигатель, включив отопитель и обогрев заднего стекла. Двигаться вперед в такую мерзопакостную погоду, так, по возможности, с комфортом. Запотевшие окна потихоньку начали отходить. Ого! Уже полседьмого! Парни наверняка добрались до точки. Все глаза, поди, проглядели, ожидая нашего появления. Мысли всякие нехорошие в головах роиться начали, типа, не тормознул ли меня где-нибудь некстати подвернувшийся патруль. И связаться с ними нет никакой возможности. По рации без ретранслятора мощности не хватит добить, а другого способа дать о себе знать в данный момент просто не имеется. Нужно будет это дело как-то исправлять. Чем мы хуже бандитов и новых русских? Думаю, для пользы дела тоже стоит обзавестись сотовыми телефонами. Проблем бы сейчас не знали. Желательно только зарегистрировать их на какое-то подставное лицо. Самим светиться без надобности.

Выехав задним ходом на бетонку, рванул вперед. Благо ливень к этому времени практически прекратился, перейдя просто в дождик. Заметно посветлело… Под монотонное мелькание деревьев как-то резко начало клонить в сон. Печку пришлось вырубить. Не хватало еще, уснув, врезаться куда-нибудь на крутом повороте. Снова закурил, приопустив стекло. В памяти почему-то мелькнул образ гориллообразного кореша Сизого, спавшего в оставленной нами квартире. И только сейчас перед глазами всплыл глубокий свежий шрам возле его правой лопатки, как от пулевого ранения. А ведь прекрасно разглядел этого бугая в бинокль во всех ракурсах! Не с Климом ли нам, случайно, довелось пересечься?

Я его морду в бинокль отлично разглядел и запомнил, ни с кем не перепутаю. Прекрасно все складывается в общую картину. Меньше полутора лет назад того ранил Пуля во время известных событий, стреляя вслед скрывающемуся джипу. Только туда он и мог попасть, остальное было прикрыто спинкой сиденья. Вот же зараза! И как раньше-то не сообразил? Не сопоставил шрам с Климом? Осел пустоголовый! Сейчас бы в багажнике два тела болтались.

Ладно, в пустой след голову пеплом посыпать поздно. Не возвращаться же! Мы еще встретимся, счастливчик ты наш! Остается надеяться, что не заляжешь на дно. Не должен сопоставить с собой загадочное исчезновение шефа… Хотя кто его знает?

При подходе к знакомому отвороту первое, что бросилось в глаза, — это джип Гнома, выворачивающий оттуда в мою сторону. Неужели догадались, черти, что я рванул этой дорогой? Похоже, так и есть. Практически сразу Серега заморгал фарами и остановился, прижавшись к обочине. Я приветственно помигал ему в ответ, а поравнявшись, остановился, выйдя на свежий воздух. И как какой-то знак свыше в просвет облаков вынырнуло солнце, осветив нас и блестящую в его лучах после дождя бетонку.

— Тебе что, ответить было лень? — накинулся на меня командир. — Мы с Пулей вызывать тебя устали.

— Честное слово, не слышал, — довольно улыбаясь тому, что наконец добрался, ответил я.

Достав радиостанцию, убедился, что аккумулятор добросовестно работавшего без перерыва со вчерашнего вечера средства связи окончательно сел.

— Не виноватая я, — демонстрируя аппарат, сделал покаянную морду, — а вы что, мне навстречу собрались?

— А куда же еще-то? — встрял Димка. — До трассы мы уже слетать успели. Прикинули, что при любом раскладе должен был добраться. Сначала-то думали, что ты завяз там в какой-нибудь луже. Но скатались бесполезно. Осталось только это направление.

И точно, джип по самую крышу был уделан грязью, вылетавшей из-под колес. Зато «бэха» чистехонька! Ранее осевшую на нее пыль смыло ливнем, грунтовка же мне по пути нигде не встретилась, а на бетонке грязи просто не было. С подобным я раньше сталкивался только в калмыцкой степи, когда и там умудрился на машине угодить под грозу. Но в тех-то местах кругом песок.

— А Руслан-то где? — поинтересовался я, заметив его отсутствие.

— О-о-о! — гордо выпятил грудь Пуля. — Он важным делом занят, над освещением в ангаре трудится. Я подкинул идею, а остальные согласились. По пути на ту заброшенную базу заскочили. Ну помнишь, где технику поржавевшую в прошлый раз видели? Только туда раньше не пробраться было. Там и помародерничали малость. Я аккумуляторную нарыл, а в ней вполне еще годные аккумуляторы оказались. И электричество, как ни странно, не отключено. Так что мы несколько штук на зарядку поставили, а которые еще дышат, к нам приволокли.

— Ты не заливаешь? — не поверил я. — Да за то время, что там хозяина нет, это в первую очередь спереть должны были. Цветмет, как-никак!

— До этой каморки не добрались просто, — подтвердил Гном, — дверь не заперта была, а просто завалена всяким дерьмом, таблички же на ней никакой нет. А раз так, то и внимания на этот закуток не обратили. Тем более что находится это помещеньице в самом дальнем углу. То, что не заколочено и не закрыто на десять замков, интереса для барахольщиков, как правило, не представляет. Предполагают, видимо, что там все стащили до них. У них принцип простой — как бы так поработать, чтоб поменьше сам'oй работы. Стекла в аккумуляторной сто лет не мыты. Вместо основной их массы вообще фанера вставлена. Поэтому и снаружи ничего не увидеть. Кабы Димка не полез, так и мы бы мимо прошли. Твой клиент ласты не склеил еще, кстати? Бодрячка-то точно поймал!

— Я его там как родного укутал, не застынет, козел.

— Ну, тогда погнали! — скомандовал Сергей.

Ворота ангара оказались распахнутыми настежь. Это вполне понятно: работать в темноте — сомнительное удовольствие! За отпущенное ему время Руслан уже успел ударно потрудиться. Пристроил аккумуляторы возле стены, подцепив к ним добросовестно снятые с техники, ржавевшей на базе, клеммы, параллельно и последовательно соединив привезенные батареи. На высоте чуть больше человеческого роста прикрутил снятые с тех же самых машин фары, в конторе же, вероятно, прихваченными проводами подцепив их к источнику электричества. В результате бродить во мраке нам уже не суждено. Оставалась пока не решенной проблема подзарядки. За то время, что нам предстоит здесь торчать, севшие аккумуляторы в норму не придут, а оставлять надолго их нельзя — выкипят досуха, так и до пожара недалеко. Ничего, что-нибудь обязательно придумаем.

Загнав машины внутрь, добросовестно загерметизировали помещение. Вдруг какого грибника принесет нелегкая? Не мочить же ни в чем не повинного человека? Мы все-таки не беспредельщики, в отличие от доставленного сюда клиента. Хоть этот вариант и маловероятен, пренебрегать таким допущением не стоит.

Настала наконец-то и очередь Сизого. Извлеченный из багажника, он настороженно зыркает гляделками, давным-давно сообразив, что к нему незаметно подкрался тот самый пресловутый полярный лис, но, похоже, никак не может врубиться, с какой стати наезд, да и кто его до такой степени невзлюбил? Ручонки в наручниках отекли и заметно распухли. Еще бы, провел в них почти четыре часа! До омертвения тканей пока еще далеко, но ощущения у бандита, думаю, не из приятных.

Несмотря на свою могучую фигуру, скорее всего, природную, но поддерживаемую путем регулярных занятий в тренажерном зале, Сизый оказался банальным трусом. Насколько я раскусил его поведение — панически боится боли. Ну, не до такой степени, конечно, что страшится получить по морде. Тогда бы он просто не дорос до своего нынешнего положения. Разбитый нос и выбитые зубы — это такая ерунда по сравнению с тем, что бывает, когда за тебя берется настоящий специалист по экстренному потрошению. Во всяком случае, при сопоставлении со Шварцем наш нынешний язык значительно проигрывает тому и в дерзости, и в умении держать эмоции. Казначей, чтоб ему в аду гореть, беседу с нами вообще пытался начать с наезда. Да и потом, пока не получил убедительные доказательства серьезности наших намерений, вел себя довольно борзо.

Этот же кадр даже не думал выступать. Глаза его, как только поставили на ноги, распластав скотч, моментально обежали окружающее пространство. Тем более что никто и не пытался скрыть, что именно находится в ангаре, так что не заметить джип Шварца наш клиент просто не мог, точно так же, как не мог и не узнать. Довольно приметная машинка для тех, кто неоднократно имел возможность ее лицезреть. Взгляд тут же стал каким-то затравленным, бегающим, и даже несколько заискивающим. Наверняка успел сообразить, что стало с его собратом по таинственному исчезновению. А уж чтобы понять, с какой целью не грохнули сразу, а притащили в укромное место, не нужно быть семи пядей во лбу. Стало как-то немного противно — настраивались-то на работу с серьезным жестким, отмороженным противником, а тут… Не успели еще даже и слова вымолвить, а этот кекс уже, можно сказать, спекся.