Чтение онлайн

Мой язык все больше заплетался. Потом я начала безостановочно икать, пытаясь при этом заглушить икоту напитком.

В каюту неожиданно вошла Аната. Я удивленно уставилась на нее и сказала: «Привет».

– Лануф… Боже… ты же пьяна.

– Да, у меня горе. Большое такое… – я, покачиваясь, развела руками.

Потом икнула.

– Что случилось? – Аната обратилась к маршалу.

– Единственное, что я понял – это опять кого-то убили.

– Уби-и-ли… – захныкала я, – гад, он, гад! Он ничтожество! Он оставил детей сиротами.

Моя рука вновь потянулась к бокалу.

– Лануф, хватит, – Аната остановила мою руку. – Тебе достаточно. Я понимаю, что тебе плохо, но нельзя же так опускаться.

– Ан, я схожу с ума, – пожаловалась я. – Этот гад не выходит из головы… Этот последний честно… – я кивнула в сторону бокала и жалобно посмотрела на подружку.

Аната переглянулась с маршалом, и тот, кивнув, убрал бутылочку со стола.

После этого Аната позволила мне взять бокал. Я с тоской посмотрела на бокал. Каким маленьким он мне показался. И прежде чем выпить, произнесла:

– Этот маньяк – коллекционер. После каждого убийства он забирает по кольцу. У Мерисы – синее, у индейца – белое, а у Энтонии… – я задумалась.

– Какое у нее? – участливо спросила Аната.

Я пожала плечами и, опустив бокал, проговорила:

– Я не знаю. Я проснулась раньше.

– Вставай, я провожу тебя в каюту, – Аната забрала у меня бокал и взяла за руку.

– Мне и здесь хорошо, – воспротивилась я.

– Лануф сюда могут прийти посторонние люди, а ты в таком виде, – Аната рассчитывала на мою благоразумность.

– Плевать, – пробурчала я, – мне жить осталось три дня. Я что не могу их прожить, как хочу?

– Лануф, не выдумывай. Вставай.

– Я помогу, – отозвался, вставая, Георгий.

В общем, они меня подняли, отвели в каюту и уложили в постель. Во время всей этой процедуры я их обзывала и грозилась обидеться на них до конца своих дней.

– Сволочи вы, – последнее, что сказала я Анате, которая, несмотря на мою грубость, терпеливо поправляла постель.

– Засыпай. Я делаю вид, что ничего не слышала, – Аната улыбнулась в ответ, – а то когда проснешься, тебе будет очень стыдно. Уж я знаю, можешь мне поверить. Засыпай, пусть тебе приснится Айрен. Как он и Армонда ловят сачками бабочек.

И я уснула. Айрен мне не приснился. Мне приснился Татхенган. Он вместе с Армондой бегали за бабочками. Оба весело смеялись. Смеялась я. И смеялась Ирлиса, стоя рядом со мной. Все мы были счастливы…

==\\==

Проснулась я поздно от мучительной головной боли.

В каюте никого не было. На столике стоял графин с водой, а рядом с ним капсулы от похмелья. Вода и лекарство избавили меня от страданий.

Потом целый час, лежа в постели, я пыталась вспомнить, что я творила, когда напилась. Даже становилось стыдно. Хоть провались. Но вскоре вернулись мысли о несчастной Энтонии и ее убийце. Проснувшаяся было совесть, вновь задремала. Я преисполнилась гнева и уже не в первый раз пообещала убить ее убийцу. Я насылала на него проклятия и верила, что самое страшное для него проклятие – это я сама.

«Ничего, я все выдержу, я дождусь тебя и тогда ты покойник! Я уничтожу тебя. Это будет похуже, чем моя месть султану! Ты пожалеешь, что родился на свет! Ничтожество!»

Не помню, как прошел этот день. Я напоминала себе зомби. В еде не нуждаюсь, на внешний вид плевать, почти не разговариваю, лишь в ответ киваю головой. И все время сижу в своей каюте.

Время от времени кто-нибудь заходил ко мне, чтобы узнать, не улучшилось ли мое самочувствие.

Алкоголь еще блуждал по организму, хотелось рыдать, но слезы не текли. Я жалела себя, только тоска в моем сердце от этого становилась еще больше. Она разрывала его на части. Мне было так плохо, что казалось, я не переживу оставшиеся дни, а умру прежде, чем убийца явится по мою душу. Я полностью предалась отчаянию и плыла по течению его бесконечной реки все дальше и дальше, уже не пытаясь хотя бы приблизиться к берегу. Последний лучик надежды давно остался позади и почти уже стерся из памяти.

Этой ночью я не спала. Просто бездумно смотрела в темный потолок…

И вот я увидела огромное коричневое существо с клешнями. Оно выглядело грозным и очень сильным. Оно ползло, роясь ротовым придатком, похожим на хобот, в мелких камешках. Однажды ему все-таки удалось выбраться из пропасти, в которую угодил случайно во время землетрясения. И ценой его свободы была жизнь нескольких сородичей, но зато, когда он выбрался, по его пути вышли остальные пленники пропасти. И уже давно это странное существо пытается разыскать пищу. Сородичи, завидев его, спасаются бегством. А другой пищи нет.

Его лапы покрылись толстым слоем черной сажи. Идти по пористой теплой магме, еще дымящейся местами, неудобно. И потому он перебегает с нее на камни, и роется, всюду суя свой обонятельный орган. Но на камнях холодно и его движения замедляются, а солнце, скрытое за дымовой завесой, не греет больше его хитиновый панцирь. И по этой причине он все чаще вынужден возвращаться к рекам из застывающей лавы.

В одно из таких возвращений к лаве, существо задержалось дольше обычного. Его ноги прилипли к ней. И он как не старался, не мог вырваться.

Внезапно поднялся вихрь, взметая в воздух сажу и пепел. Черный вихрь обрушился на насекомое и облепил его черными хлопьями со всех сторон…

Потом вихрь стих.

Кто-то приблизился к окаменевшему насекомому, взял с его панциря коричневой кольцо и положил его в шкатулку рядом с красным.

Я все видела, даже не закрывая глаз. Вот умерла еще одна частица великой Богини. Скоро Иринадия присоединиться к Дарьяну, и только тогда сможет в полной мере отомстить своему убийце. Этот маньяк даже не знает, что уже вырыл себе могилу!

Гибель насекомого уже не потрясла меня так, как другие смерти. Я понимала, что и следующие две мне не избежать. Я уже смирилась. В голове начал созревать план мести. И только тогда отчаяние отступило.

Проснулась Гульсияра и, повернувшись, заметила, что я не сплю.

– Лануф, ты не спишь?

– Нет.

– Тебе опять что-то приснилось?

– Да. Послезавтра он придет за мной. А мне уже все равно. Пусть приходит.

Девушка встала и, подойдя, села рядом, обняв меня.

– Лануф, я не позволю ему убить тебя. Пусть сначала он убьет меня.

– Глупышка, ты не сможешь ему помешать, – я с нежностью погладила ее по волосам, – но, поверь, он очень пожалеет обо всем, что совершил.

В этот день я заставила себя подняться с постели, привести себя в порядок и отправиться завтракать. Чтобы не случилось, я должна была быть мужественной.

Иштер и Аната обрадовались моему приходу.

– Лануф, какое счастье, что ты ожила, – весело воскликнула Аната.

– Я тоже рада вас видеть. Извините, у меня вчера был тяжелый день.