Чтение онлайн

— Ладно, дедуля, сиди и не гавкай, — сказала грозно Маша нашему узнику и посмотрела на нас. — Я видела его один раз там, в обществе. Его за шкирку оттуда выкинули. Ну что, дедуля, допрыгался?

— Предатель, — ответил ей Лари, стиснув зубы.

Теперь часть моей теории подтвердилась, и я перешла к заключительному этапу, чтобы поделиться, как возник мой план.

— Когда ребята высказали свои опасения, что, разрушив эту лабораторию, они смогут построить новую, — продолжила я, — я задумалась о том, что все наши действия и тяжелая работа будут бессмысленны. Надо найти другой выход! Можно же найти лабораторию и тайно установить там свое оборудование: камеры, микрофоны? И наблюдать за ними, контролировать их действия, знать о планах и иметь на руках огромные козыри.

Лари широко открыл глаза и побагровел.

— Держать на коротком поводке — это верное решение, — добавил Эрдан.

— В итоге я стала прокручивать в голове план по захвату лаборатории без разрушений и открытия информации о ней. Но у меня остались два пункта, которые нужно было закрыть, прежде чем осуществить план. Первый — предатель ли Лари? Второй — как скрыть действия реального плана, на всякий случай.

— Тва-р… аааааааааа, — закричал Лари, так как Богдан не дал ему завершить оскорбление, нажав на кнопку подачи тока. Лари тряхануло, и он грозно посмотрел на Богдана.

— И поэтому я разделила нашу команду на две группы. Первая — разведывательная-атакующая, вторая — актерская, «Бродвей», — сказала я.

Я посмотрела на Платона, и он продолжил рассказ:

— Я из атакующих, как я понял. Спасибо! Я увидел созданный чат для нашей группы: Бастет, Платон, Иван и Дохляк. Там было сообщение: «Для вас есть секретное дело в городе, а сейчас сделайте вид, что обижены. После сообщу ваши задачи». Потом Дина объявила, что нас отправляют домой ковыряться в библиотеке. Мне было нетрудно сыграть обиженного, так как я реально обиделся, — сказал Платон.

— Тоже мне актеры, — недовольно проворчал Лари.

— Они из атакующих, а вот мы «Бродвей»! — с ухмылкой сказал Богдан. — И вы же повелись?

— У них было несколько задач, — продолжила я. — Первая — дополнить команду Петровичем и Яковом, вторая — проверить мою догадку о том, в чьем сознании находится лаборатория, третья — найти способ извлечь ее, четвертая — выяснить, где она физически расположена, и пятая — тайно захватить.

— Это хорошо, что ты вспомнила тот журнал из психбольницы, — сказал Иван, — когда искала нас с Платоном.

— Именно, но не сразу, — продолжила я. — Когда Ясный описывал сознание чокнутого, у которого была дверь в лабораторию, мне показалось это знакомым. Позже я вспомнила, что там был еще один пациент-шизофреник, которого я сразу отмела, так как он давно лежит один в палате. Тогда я искала двоих. Но информация всплыла вовремя.

Я надеялась, что это был тот самый сумасшедший, в голову которого закинули дверь от лаборатории. Для выполнения этих задач мне нужны были Дохляк с Бастет. Когда к четырем утра они подтвердили информацию, нужно было срочно продумать следующие шаги. Маша с Иваном приступили к работе, но им требовалось время — около восьми часов или больше. Поэтому утреннее обсуждение надо было растягивать до вечера. На всякий случай была задействована вторая группа «Бродвей». Они пробрались к Лари в номер, пока тот спал, и украли у него курительную трубку, чтобы потом их заложил Ясный и отправил приходить в себя до того момента, пока ребята в городе не справятся со всеми своими задачами. Но мне показалось, что они слишком серьезно подошли к делу…

— Да, да, не удержались, — засмеялся Ясный.

Богдан с Эрданом переглянулись, а Монти опустил голову и слегка улыбнулся. Дохляк откашлялся, давая понять, что сейчас говорит он.

— Когда я пришел к пациенту, Бастет помогала мне, и вместе мы искали варианты лечения. Это был случай неестественной шизофрении, не наследственной и не патологического внутриутробного развития, а значит, был шанс. Его шизофрения имела фазу, которую мы проработали и приняли варианты лечения, — говорил Дохляк с важным видом. — Нам предстояла сложная задача, за которую не взялись врачи клиники. Мы путем гипноза добрались до уровня, когда все это произошло, и исправили его, удалили яркие воспоминания. Дали лекарства, которые восстановили все.

— Ну ты прямо рассказал все так быстро, — возмутилась Бастет. — Это был титанический труд — добраться до нужной ступени, а потом кропотливая работа коррекции. А с лекарствами мы как намучались?

— Да, в итоге к обеду все было готово, и мы смогли нормально поговорить с пациентом. Потом доложили Дине об итогах, — продолжил Дохляк. — Люди из сообщества держали его в бункере пять лет без света, с постоянной громкой музыкой. Крыша его поехала, и он стал похож на овощ. Потом какой-то маг поместил ему в голову специальное устройство, позволяющее внедрить данные или, как в нашем случае, дверь, соединяющую астральный мир с реальной лабораторией. Он стал маяком.

— Далее предстояла глобальная работа, — сказал Иван. — Яков должен был решить вопрос о том, где стоит маяк, силу его света, сигнала и куда он направляет корабли, то есть ученых. Петрович организовал план захвата лаборатории, а мы с Машей решили вопрос с переносом устройства в другое место, не повредив ничего, чтобы люди общества Туле могли продолжать пользоваться дверью.

— Спасибо, Иван, был рад помочь в этом интереснейшем деле, — ответил Яков. — Вычислив все, мы смогли определить, где в реальном мире находится лаборатория. Она была спрятана в горах, в ста километрах от места, где вы нашли астральную точку для входа.

— Также я замел следы в больнице. Оставив информацию о пациенте. Он там до сих пор числится. Хотя уже на свободе и уехал на Землю от греха подальше, — добавил Петрович.

— Получается, они даже своим не доверяли, так как заход в лабораторию был только через астрал и полумертвое тело? Можно же было построить телепорт или поезд? — рассуждал Эрдан.

— Именно! Путь был таким и из-за недоверия, и чтобы никто другой не мог проникнуть, — ответила Бастет.

— Платон и его отряд разведчиков отправились по заданным координатам, — продолжил Петрович. — Они смогли проникнуть на территорию, взяв под контроль защитную систему, расставили камеры и подслушивающие устройства. Не удержались и устроили побег некоторым заключенным, — Петрович в этот момент погрозил пальцем Платону и Ивану.

— Простите за это нарушение. Но там были дети, — ответил Платон.

— Хорошо, что они не посчитали нужным устроить за ними погоню. Уххх, — ответил грозно Петрович.

— В общем, когда все задачи были выполнены, я смогла приступить к реализации первой задачи — выяснению предателя, — сказала я и посмотрела на Лари. — Если честно, я обычно никогда не делилась своими планами и действовала в одиночку, прикрывая свой тыл своей ответственностью. А сейчас впервые осуществила это вместе с командой и доверилась всем. Это было непросто; ребята с трудом держали свои лица под контролем перед Лари. Вот скажи мне, Богдан, зачем ты стал драться с ним из-за тарелки фруктов? А ты, Монти, язвить?

— Да бесит он меня, надменный хрящ, — ответил Богдан, опустив голову.

— Но согласитесь, не зная о подозрениях относительно него, вы бы не стали так себя вести? — спросил Ясный, сурово глядя на обоих проказников.

— Согласен, с трудом сдерживал себя. Да и Монти вечно что-то на ушко говорил, и я заводился, типа: «Так его! Давай размажем!»

— Ай-ай, Монти, — сказала Бастет.

— Ну, после его трубки мы были немного неадекватны, каюсь, — быстро ответил Монти.

— Когда все было готово, дальше надо было изобразить действия по плану Лари, — продолжила я. — Просто лежать и делать вид, что мы входим в астрал, было нельзя, так как при переносе тела Лари догадался бы, что мы не там. Поэтому пришлось подыграть, но с нашими коррективами. Мы договорились, что встретимся в астрале в мире Ясного и будем делать вид, что выполняем каждый шаг. Ребятам стало скучно, и они начали играть в салки. Глупо, согласна. Лари раздавал указания и спрашивал о готовности, а Богдан отвлекся и чуть не врезался в меня, напугав жутко. Потом он пропустил указания и чуть не запутался, когда нужно было представить образ Ясного.