Чтение онлайн

Какое замечательное чувство – не сомневаться в том, что дорогой тебе человек – а Томирис незаметно для нас обоих стала для меня именно таким человеком, – сможет справиться с любыми трудностями, даже если тебя не будет рядом. Надеюсь, когда-нибудь я буду хотя бы наполовину так же уверена в Кайе, как сейчас уверена в Томирис.

Прошло ещё четыре часа: Томирис давно ушла караулить своё окно, Кайя заснула в своей спальне, а я осталась недвижимая на своём посту. Было около полуночи, когда из-за возрастающего переживания я, больше не находя в себе силы усидеть на месте, отошла от окон и стала расхаживать по комнате взад-вперед, крутить руками и стараться не думать о дурном… Мысли дошли даже до того, что мы могли не добить кого-то – я ведь не видела, в каком состоянии были трупы женщин, – и кто-то из них, выживший, мог очнуться и напасть на Маршала с Рагнаром… Я чуть до сумасшествия себя не догнала к моменту, когда в лесу, на заброшенной тропе, показалось движение чёрных фигур. Это были они! Маршал с Рагнаром на санях, пристегнутых к знакомому коню! В темноте их было тяжело разглядеть, но по очертаниям силуэтов я узнавала их точно… Они справились! И они вернулись!

Я сорвалась с места и побежала сообщить о радостной новости Томирис, и вдруг обнаружила её спокойно спящей в своей постели. Меня это немного удивило: неужели она не переживает о Рагнаре так, как я переживаю о Маршале?.. В ответ на мои толчки она проснулась, сказала, что возвращение мужчин – это отличная новость, и поинтересовалась, смогу ли я сама открыть им дверь. Так я окончательно убедилась в том, кто в этой паре будет любим, а кто будет водим, словно телёнок на верёвочке: каким бы Рагнар ни был, на верёвочке здесь ходить именно ему.

Я помогла Маршалу ополоснуться над раковиной, после чего, оставив ванную комнату в распоряжение Рагнару, побыстрее отвела его в нашу спальню и уложила в постель. Мы не занимались сексом – просто обнимались в кромешной темноте и были счастливы этим.

– Испугалась? – вдруг шепнул он.

Я предпочитала отвечать искренностью на искренность, так что выдала правду:

– Да.

– Я ведь был рядом.

– Отчего было ещё страшнее. Я испугалась не столько за себя, сколько за тебя: боялась, что они навредят тебе… Он так швырнул в тебя вилы…

– Не думай об этом. И больше на улицу одна не выходи.

– Хорошо.

Он несколько секунд помолчал, поглаживая моё плечо своей горячей ладонью, после чего вдруг сказал:

– Не хотел тебе говорить, но лучше уж пусть в сегодняшнем дне останутся все плохие новости.

Внутри меня всё мгновенно сжалось, я подняла голову, желая заглянуть в глаза, способные успокоить, но в комнате было слишком темно, чтобы я могла рассмотреть…

– Что такое? – мой тон выдал напряжение.

– Скорее всего, волки съели Тормуда.

– Нет…

– Мы с Рагнаром видели, как волчица заманила пса в лес. Хитрая охота… Навряд ли он вернётся, – при этих словах он тяжело вздохнул, после чего добавил уже другим тоном. – Я брал с собой в лес топор. Мы привезли ёлку. Завтра украсим.

Снова вернув голову на его грудь и спрятав нос под одеяло, я отозвалась:

– Кайя будет в восторге.

Этой ночью я постаралась заснуть поскорее. А Маршал ещё долго не спал. Думал о том, чем не захотел со мной поделиться. В лесу, после того как они сбросили трупы под могучую ель, он спросил у Рагнара о Томирис. Тот ответил правду. Маршал предупредил племянника, что если он подумает обидеть Томми – он лично покарает его за это. В ответ на угрозу дяди Рагнар лишь согласно кивнул головой. Рагнар уважал Маршала и признавал в нём нерушимый авторитет. А Маршал, в свою очередь, видел своего племянника таким, какой он есть – благородным рыцарем тёмной стороны.

Спустя полчаса после того, как в доме послышались шаги вернувшихся, дверь моей спальни попытались открыть. С тех пор, как в этом доме начал обитать Рагнар, я стала на ночь запирать дверь своей спальни. Поняв, что дверь заперта, он едва уловимо, дважды постучал костяшками пальцев. Решив оценить его настойчивость, я включила большой фонарик и, оставив его на кровати, уверенно подошла к двери и отперла её. Чтобы не привлекать внимание остальных обитателей дома, я сделала два шага назад, таким образом позволяя парню войти. Он сразу же воспользовался моим разрешением и, переступив порог, закрыл за собой дверь… На замок. Как самоуверенно… Я скрестила руки на груди и сразу же одарила незваного гостя строгим взглядом, не предвещающим ему ничего сладкого. По-видимому, сразу правильно распознав волну моего настроения, парень заговорил правильными словами:

– Я пришёл извиниться. Ты была права… Во всём. Я приношу тебе свои искренние извинения за всё, в чём сегодня перегнул палку.

Искренние извинения – условие, которое я ему поставила всего лишь для вероятности нашей следующей физической близости, и которое он исполнил с неприкрытым удовольствием. Последнее меня странно напрягло – ощущение, по своей природе близкое к возбуждению.

Он подошел ближе, но додумался не протягивать своих рук в моём направлении – очевидно, он быстро учится обращению со мной.

– Испугалась?

– Нет, – я не собиралась расточаться на искренность с ним.

– Так и думал, – при этих словах он едва уловимо прищурился. – Это твои первые трапперы?

– Да.

– Ты выстрелила и попала. Откуда такая недрогнувшая рука?

– Я ведь говорила, что отец учил меня охоте. У меня есть опыт освежевания оленей.

– Но сегодня были не олени.

– Нет, не олени, – мой голос едва не дрогнул.

Резко протянув вперед руки, он схватил меня за талию и в следующую секунду с силой прижал меня к себе. Дальше он страстно зашептал:

– Это пройдёт. Не думай об этом.

Я хладнокровно повела бровью и, не размыкая скрещенных на груди рук, произнесла желаемое им разрешение, но с условием:

– Сегодня ты можешь остаться в моей постели, если в течение ночи не будешь приставать.

– Подожду до рассвета.

Говорят, будто самый тёмный час перед рассветом. Именно в этот час я проснулась оттого, что его рука залезла в мои трусы – его пальцы уже настойчиво ласкали меня. Ему не пришлось долго стараться – моё тело откликнулось моментально.

Прошло около часа, я успела дважды испытать оргазм, когда он наконец приготовился кончать. Он был сзади, вдавливал меня в матрас своими сильными бёдрами, от только что полученного экстаза я пребывала в странном состоянии, похожем на помутнение, как вдруг, приблизившись к моему левому уху губами, он с агрессивными нотками не проговорил, но прорычал следующие слова:

– Так тому и быть: будь главной во всей моей жизни, но в постели я буду брать тебя как того захочу, а потому даже не думай, будто во время секса ты можешь себе позволить не подчиняться моей воле.

Договорив эти слова, он с такой силой продолжил входить в меня, что в момент, когда он начал кончать, я испытала третью волну оргазма и, чтобы не выдать нас, сжала зубами подушку и выпалила свой безудержный стон в неё.

Тормуд так и не вернулся. Волчица погубила его. И я старалась не думать об этом.

Мы украсили небольшую ёлку, привезенную из леса Маршалом и Рагнаром, даже включили на ней электрическую гирлянду, устроили себе богатый ужин и теперь обменивались подарками. Кайя подарила каждому по одной серебряной цепочке без подвески на шею. Ей все подарили разные мелочи: Маршал – карандаши, Рагнар – бейсбольный мяч, Диандра – блокнот, я – снежный шар. Диандра с Маршалом обменялись подвесками в виде музыкальных нот (скрипичный ключ и шестнадцатая), удачно подошедшими ранее подаренным им цепочкам Кайи. От Маршала в сторону Рагнара полетела какая-то коробочка, в которой я не сразу распознала упаковку презервативов: