Чтение онлайн

Джон повернулся спиной к залу. Окутавшись голубоватым ароматным дымом, через зеркало за барной стойкой Кейн тщательно просканировал американцев. "Может, я чего-то не понимаю, но если они сейчас при исполнении, то не стали бы пить спиртное. Значит, они не из ФБР".

"Пираты, - пришла шуточная мысль. Хотят угнать мою яхту и пиратствовать на ней. Черт, я совсем опьянел. На кой дьявол нужно пиратствовать этим пижонам. По всему видно, что такие не любят рисковать. Просто они угонят яхту в Австралию и там её продадут. Весьма распространенное преступление. В Австралии яхты стоят чуть ли не вдвое дороже, чем в Америке".

Джон понял вдруг, что моделирует ситуацию. Хотелось в конце концов проверить на себе свои же способности, подтвердить их или опровергнуть.

Но тут американцы ушли, и Джон вздохнул с облегчением. "Обычные туристы, а ты просто трус", - вынес он вердикт себе.

На радостях он заказал себе еще водки.

Джон почувствовал, как с каждым глотком этой огненной воды в нем просыпается русская часть его существа, в обычное время задавленная американизмом. Почувствовал настоящую русскую тоску. Еще пару рюмок, и он постигнет тайну русской души - отчего они так много пьют.

– Знаете, доктор, - сказал Джон, - я недавно обнаружил, что я на какую-то часть русский...

– Это интересно, - скептически ухмыльнулся доктор.

– Да... я тут на досуге покопался в корнях своего генеалогического древа...

– И нашел там пару трюфелей, - захохотал пан Фунек.

Джон с грохотом поставил тяжелый стакан на стойку, соскользнул с гладкого табурета, схватил Фунека за ворот рубашки, сдавил. Пан Фунек стал задыхаться, хребтом ложась на стойку. Упал чей-то стакан. Бразильская женщина взвизгнула. Доктор схватил писателя поперек живота и отодрал (как отдирают репейник) друга от язвительного Бронислава. Бронислав весь покрылся красными пятнами, вызванными целым комплексом причин: страхом, гневом, стыдом за унижение (писатель лежал на нем, а не он на писателе), а так же кислородным голоданием.

– Что это с вами, Джон?
– удивился Генри, вы никогда не были таким вспыльчивым.

– Он назвал меня русской свиньей, - ответил Джон, кивком головы указывая на пана Фунека.

– Я не произносил слово "свинья" и тем более слово "русская", - отперся Бронислав Фунек.

– Вы не произнесли, но намекали, - сказал доктор, - трюфели разыскивают с помощью свиней... поэтому извольте извиниться. Если вы джентльмен.

Доктор был тонким психологом. Ни один поляк не устоит перед возможностью доказать, что он джентльмен.

Фунек извинился. Джон Кейн извинения принял. Инцидент был исчерпан.

– Давайте пересядем за столик, - предложил Уилсон. Они повторили заказ спиртного и пересели подальше от стойки.

– Если разобраться, - продолжил Джон после долгого смакования выпитой порции, - я не типичный американский писатель. Ведь не случаен же мой интерес к русской литературе. Что-то во мне тянет к ней. К этим загадочным людям. Я все-таки полагаю, один из моих предков - выходец из России? У моей матери девичья фамилия Барди... Так вот, есть у нас в роду по материнской линии такой загадочный предок - Семеон Барди. А на самом деле у него имя, наверное, было Семен Бардин. Или даже Кабардин. Тогда, скорее всего, это прозвище. Кабардинцы живут на Кавказе, на территории России, я проверял. Скорее всего, Семен был русским казаком, воевал с горцами, имел прозвище Кабардинец. В конце девятнадцатого века он эмигрировал в США, где и скончался в начале 20-х годов ХХ века, в возрасте 123 лет, оставив троих сыновей. Все они носили одинаковую фамилию Барди. Их потомство частью умерло, частью расселилось по территории США. Во всяком случае, моя мать ни с кем из них не поддерживала связь. Наконец последний Барди родил мою мать... ну, в библейском смысле... Возможно мафусаилов возраст Семеона преувеличили семейные легенды. Но сам Семеон Барди не миф.

– А что?
– сказал доктор.
– Ничего невероятного в судьбе вашего Семеона нет. Америка - страна эмигрантов.

Джон вдохновился:

– Многие знаменитые люди Америки - особенно их много в Голливуде - имеют русские корни. Кирк и Майкл Дугласы, например, Дэвид Духовный, Харрисон Форд, Вайона Райдер, Шон Пенн, Дастин Хофман, Хелен Мирен; наконец, красавчик Дикаприо, качок Силвестр Сталоне и такой монстр киноиндустрии как Стивен Спилберг...

Доктор засмеялся:

– Охо-хо! Хорошую компанию вы себе подобрали.

– Да уж, в нее не стыдно затесаться, - смеясь, согласился писатель.

– Послушайте, Джон, - сказал доктор, - Меня разбирает плебейское любопытство, вы не закончили свою историю...

– Что вас интересует?
– Джон резко посерьезнел.

– Вы рассказали о встрече с неким человеком или... э-э-э... существом, упали в обморок, а что дальше. Хотелось бы знать, чем дело кончилось.

– Вас это интересует с медицинской точки зрения или с житейской?

– Во всех аспектах.

– Ну что ж... в конце концов я сам обратился к вам как к доктору.

Джон отпил глоток водки.

– После той встречи я много лет не сталкивался с тем... существом, как вы говорите. Я много работал, и тот заслуженный успех, который в конце концов пришел ко мне, считался мною справедливым. Но потом я стал сомневаться... и начал сопоставлять кое-какие факты... И по мере того, как факты показывали свою явную связь меня все сильней охватывало беспокойство. В порыве отчаяние я отправился в Европу. Но беспокойство не оставляло меня. И даже здесь на краю земли, после непродолжительного затишья, меня снова куда-то поднимает какая-то сила... Наверное, поэтому я собираюсь в кругосветное путешествие.

Генри деликатно коснулся руки Джона и высказал свой диагноз:

– В психиатрии - только вы не пугайтесь этого слова - есть такое понятие как "состояние фуги".

– Чего?

– "Фуги"... Это когда человек не отдает отчета в своих действиях, его охватывает жажда передвижения, жажда перемены мест. Человек, находящийся в состоянии фуги может уехать на край света, скитаться Бог знает где, а через несколько лет, когда фуга выдохнется, спросить себя, с какой целью я мотался по свету? И не найдет ответа. Но ответ есть. Состоянию фуги обязательно предшествует сильнейшее нервное потрясение.

– Это правда?

– Сколько угодно таких случаев...

– И как она лечится, эта фуга Баха?

– Вы иронизируете, это хороший признак. А лечит её единственно время. Как говорится, время - хороший доктор.

– Время... Хотел бы я знать, что это такое?.. Да... Но вот однажды, уже живя здесь, я как-то отправился на рыбалку. Аниту по каким-то причинам со мной не было. Я шел под парусами один...

21

Стоял ослепительно ясный день. Дул ровный сильный ветер. Яхта прыгала с волны на волну, как летучая рыба. Джон сидел у штурвала, глубоко дыша свежим морским воздухом, время от времени стирая с лица соленые брызги. Иногда какая-нибудь особенно дерзкая волна окатывала пустую палубу. Вдруг прямо по курсу в воздухе появилась серебристая точка. Она росла, приближалась. Джон подумал, уж не вертолет ли Береговой Охраны летит?..

Пока он думал да гадал, летательный аппарат приблизился, и стало видно, что это не вертолет и не самолет, а вообще черт знает что. Скорее насекомое. Причем гигантских размеров. Наверное, такие водились на первобытной Земле в ранний каменно-угольный период. Из школьной программы Джон помнил, что были гигантские стрекозы с размахом крыльев до полутора метров. Это тварь не была стрекозой. Она была похожа на муху. Это была огромная белая муха. Ну, просто ОГРОМНАЯ! Не менее трех футов в длину имело её тело. А размах крыльев невозможно было точно определить, потому что крылья находились в движении. Они, крылья, трепетали с такой скоростью, что почти растворялись в воздухе, виделось только нечто размытое. Разумеется, такое большое насекомое изрядно весило, и махать крыльями ей приходилось с бешеной силой. Иначе она бы просто не смогла лететь. Вообще-то, по логике и законам гравитации она и не могла летать. Но вот летит же, кружит же, жужжит же. И пируэты совершает быстрые, характерные для обычной мухи. Удивительно, должно быть, сильное существо.