Чтение онлайн

Саша послушно опустилась рядом, стараясь не помять и не испачкать платье. Песок рядом с берегом был влажным, несмотря на то, что они сели на плед, природная бережливость брала верх, и Саша не могла не думать о вещах.

– Ты любишь игры?

Вопрос Осетина застал Сашу врасплох.

– Игры?

– Именно.

– Смотря что ты под ними подразумеваешь.

Сердце тревожно заныло от дурного предчувствия.

– Я не знаю, как называется эта игра. Наверняка у неё есть название. Не задавался целью узнать. Предлагаю сыграть. Ты хочешь узнать меня получше? Я тебя – очень. Но мы оба закрыты и не спешим рассказывать друг другу про себя. Поэтому я предлагаю поиграть в следующее. Ты мне задаешь любой вопрос – я на него отвечаю предельно честно. Если такое невозможно – пью. Потом я тебе задаю вопрос. С тебя такие же условия. Оговорюсь сразу – напиваться не в моем резоне. Поэтому я за ответы.

Саша ждала, что он заведет разговор про сексуальные игры. Сейчас модно было «играть с перчинкой», и она даже опасалась чего-то подобного. Вспомнить, как он завязал ей глаза в день аукциона. Чего она только не напридумывала! И наручники в этом списке были из разряда самого безобидного.

А тут… Вопрос-ответ.

Саша посмотрела на море, на тихий прибой.

– Я согласна.

Она не могла ему ответить отказом. И он это знал.

– Отлично. Ты – первая.

Олег откинулся на локти. Вся его поза говорила о расслабленности, о некой игривости. Но Саша, хотя и знала его очень поверхностно, понимала – не стоит заблуждаться. Он в любую секунду сделает рывок и окажется на ногах.

– Я первая? Хорошо, - Саша задумалась на мгновение. Серьезные вопросы были, но начинать с них явно не стоило. – Сколько тебе лет?

– Тридцать три.

– Значимая дата.

– Совершенно верно. Почему ты переспала с тем парнем?

Ого. Он в отличие от неё, церемониться не стал.

– В порыве девичьего отчаяния.

– Пьяная была?

– Это уже следующий вопрос, - Саша улыбнулась одними губами. Дурное предчувствие усиливалось. Ночь переставала радовать.

– Понял. Спешить не буду.

– Почему ты меня купил?

Она решила тоже не церемониться.

– Понравилась – первое. Главная причина – мне важно было досадить Рафику.

– Тому, кто у всех перебивал цену и дал самую высокую за меня?

Холодные мурашки коснулись позвоночника. Ей очень не хотелось вспоминать ту ночь.

– Это уже следующий вопрос, - Олег слово в слово повторил её слова, и от досады Саша прикусила нижнюю губу.

– Твоя очередь.

– Ты кончила с тем парнем? Нет, не так – тебе был приятен тот сексуальный контакт?

– Нет.

– Тогда вообще странно, что ты с ним переспала.

Взгляд темных глаз задержался на Сашином лице, но девушка продолжала спокойно улыбаться, пока ей удавалось контролировать эмоции.

– Что ты делал на аукционе?

– Рафик – мой недруг. Пришел туда из-за него.

Ого. А это уже откровение настоящее.

Саша растерянно моргнула. Внутри нарастало желание прекратить игру, которая может зайти слишком далеко.

Вопросы, которые только-только начались задаваться, становились всё щекотливее.

Ответы – откровеннее.

Саша не думала, что Олег ей будет отвечать с такой прямолинейностью. Оказалось – открывался.

Только отчего же на душе становилось всё тревожнее?

– Теперь ты.

– Что я?

– Я хочу знать, что ты делала на аукционе.

Вот они… Неудобные вопросы…

– Продавала себя.

Ответ не понравился Олегу, его глаза гневно прищурились, на скулах заходили желваки. То, что он сдерживает негатив, говорили и плотно сжатые губы, которые сейчас медленно растягивались в насмешливую ухмылку.

– Хитришь?

– Это уже следующий вопрос, Олег.

Воздух вокруг них начал сгущаться.

– Давай свой.

Александра отразила его жест – также прищурилась.

– Скажи, кроме сексуального влечения, ты ко мне испытываешь симпатию?

Да, черт возьми, её интересовал этот вопрос.

Очень.

Она хотела ему нравиться. Не просто в плане секса, а как человек. Как девушка.

Всё внутри замерло в ожидании ответа, с которым Осетин не спешил.

Более того, сердце в груди сделало кульбит, когда Олег начал подниматься, решив сменить ложно-расслабленную позу.

И закричало: «Нет-нет-нет!», когда он потянулся за бутылкой с виски.

Не ответит…

Черт!

Саша, не отрывая от мужчины взгляда, медленно наблюдала за его действиями. Как он, не убирая саркастической ухмылки, откупорил бутылку, чуть приподнял её в жесте приветствия, поднес к губам и в прямом смысле едва ли не залил в себя одну треть.

У Саши невольно округлились глаза. То есть, если она не пожелает отвечать, ей надо будет выпить столько же?!

И снова волна разочарования, смешанная с затаенной тоской, прокатилась по телу девушки.

Почему не ответил? Почему…

Она не стала ничего говорить. Да и что она могла сказать? Она задала вопрос, он выполнил уговор игры.

– Тебе сложно со мной?

Это был уже вопрос Олега.

Саша посмотрела на вторую бутылку. Вино. Он же в случае её нежелания открываться даст ей вино, не виски же?

– Да, сложно.

Она чуть приподняла кверху подбородок, сама не осознавая, что тем самым бросила мужчине вызов.

Мужские глаза враз потемнели, в них, на самом дне, зарождалось цунами, та пугающая темнота, которая поразила Сашу в день знакомства, и от которой она всё время старалась убежать.

Ему не понравилось её откровение.

– Твой вопрос.

В голосе Осетина послышались металлические нотки, от которых неприятно царапнуло в области груди.

– Откуда у тебя шрамы на лице?

Была не была. Будет злить его и дальше. Саша сильно сомневалась, что он за оставшиеся дни даст ей возможность снова задавать такие вопросы, а главное - надеяться на откровенные ответы. Да и спросив про шрамы, Саша не надеялась получить ответ.

Олег снова удивил её.

– Я бродяжничал по малолетству. Сбежал из детдома и кочевал из города в город. Мне было семь, когда я не поделил территорию с бандой таких же малолетних бродяжек. У них был предводитель, здоровенный детина. Они меня зажали и разукрасили. Пометили, так сказать. Никакой романтики, привет из детства.

Саша сглотнула и впервые пожалела, что ей нельзя пить. Сейчас она сама с удовольствием выпила бы, потому что почувствовала, как её начинает потряхивать. Слова Олега произвели на неё оглушающее впечатление. Удушающее даже. Она видела, что шрамы не от аварии, скорее всего, нанесены кем-то, но отчего-то гнала от себя подобные мысли.

Сейчас же, представив, что пережил мальчик Олег, ей стало дурно.

Ей хотелось сказать слова сочувствия, сожаления, но, натолкнувшись на предупреждающий острый, как лезвие, взгляд, Саша вовремя прикусила язычок.