Чтение онлайн

В комнате стало темнеть, и 07 включил свет.

– У нас есть план,- сказал Ричард.- И мы будем

действовать, черт возьми! Вы - первый из тех немногих,

кого мы имеем в виду. С вами мы уже работали и знаем вам цену. Не взбредет же вам в голову отказаться!

Мы в таком случае упрашивать не станем.,

07 снова налил себе виски.

– Мне кажется...- он осекся.- Вы будете пить, любезный друг? Мне кажется,- повторил он,- я бы взялся за это дело, занялся бы этим открытием.- Он усмехнулся.- Впрочем, вы могли бы убрать со стола ноги?

Они выпили, затем условились встретиться пятого июля в семь часов вечера на набережной у Тауэр-бридж. Ричард подчеркнул, что 07 должен сделать все необходимое, чтобы прибыть на набережную "чистым", то есть отфильтрованным от возможных наблюдателей "тех", с Востока. Затем они снова выпили - за "изобретение профессора Трофимова", оба рассмеялись- им вдруг стало очень весело, принялись вспоминать давнишние случаи, имевшие место во время их экспедиции на Атлантическом побережье. В девятом часу Ричард ушел, а 07 занялся перед зеркалом своим туалетом: в клубе его ждала партия в бридж.

Вечером пятого июля 07 выпил две большие чашки кофе в "Кафе-Ройяль" и, выйдя на улицу, остановил первое попавшееся свободное такси.

– К отелю "Хилтон",- приказал он шоферу. Затем

добавил, усаживаясь поудобней на откидном сиденье

лицом к заднему стеклу: - И езжайте под эстакадой,

если не трудно.

Они проехали под эстакадой. 07 курил и зорко наблюдал за мчавшимися следом за ними машинами. Вынырнув из-под моста на Найт-бридж, повернули направо и

возле Боватер-хаус выехали на тихую и спокойную улицу, проходящую через Гайд-парк.

Лил сильный дождь.

, А теперь по Парк-лейн!
– сказал 07.

Как он любил эту Парк-лейн, с ее зелеными газонами с богатыми особняками в викторианском стиле, такими торжественными и спокойными!

У отеля "Дорчестер" они снова повернули направо, и, как только оказались у вавилонского колосса "Хилтон", 07 распорядился:

– А теперь прямо к Тауэр-бридж.

Машина остановилась метрах в ста от набережной. Он дал шоферу на чай и дождался, пока тот не исчез за дождевой завесой.

Ричард ждал его внизу, у самой воды. Подав ему руку, он повел его в салон какого-то темного суденышка, прильнувшего своим бортом к каменной кромке набережной. Синяя лампа, слабо мерцавшая на потолке, лишь немного рассеивала темноту.
– Вы "чисты"?
– спросил Ричард.

07 махнул рукой.

Суденышко бесшумно заскользило по водной глади. Когда они вышли на середину реки, где было особенно темно, Ричард сказал:

– В устье нас ждет специальный корабль. Он отве

зет нас в Гавр. Там вы получите паспорт на имя канадского гражданина Самуэля Бенасиса, коммивояжера из

города Ванкувер. С этим паспортом вы один день пробу

дете в Париже - в отеле "Калас"для вас заказан номер

в вашем вкусе, с шикарной ванной. В "Каласе" вас найдет господин Оскар Леви, вы его знаете, он участник

Атлантической экспедиции. Господин Леви посвятит вас

в первую часть плана.- Он хлопнул его по плечу: - А

пока хватит, верно?

– Предостаточно,- сказал 07.

Стамбул, 8 июля 196... г.

Под именем коммивояжера Самуэля Бенасиса, уроженца Ванкувера, 07 прибыл в Стамбул. У него не было времени разгуливать, любуясь волшебными видами набережных, где ослепительно белый и разноцветный мра

мор дворцов, купола мечетей и вонзающиеся в небо минареты гляделись в сонные воды моря. У него не было времени вспоминать минувшее: к древностям, даже к малахиту, он не испытывал влечения, за славное прошлое Сулеймана Великолепного он не дал бы и гроша, а в собственных воспоминаниях не имел обыкновения копаться- знал по опыту, что пользы от этого никакой. Жить настоящим, и прежде всего пользоваться приятными сторонами настоящего,- вот это было у него в крови; что же касается будущего, то о нем следует думать лишь в той мере, в какой требует дело. Все хорошее в будущем казалось ему таким же надежным и вечным, как памятник великому Нельсону на Трафальгар-сквере. Человеку не стоит думать и беспокоиться о надежности и вечности вещей. Они существуют во времени, они бессмертны, и 07 прекрасно понимал, что очень немногие хотят знать, какого он мнения о них, если ему вообще свойственно когда-либо о них вспоминать. Пускай великим Нельсоном и Сулейманом Великолепным занимаются студенты Кембриджа или Оксфорда, чтобы получить дипломы, а он доволен тем, что у него есть свой номер в Секретной службе, чековая книжка в кармане, отличное пищеварение и, слава богу, крепкие мускулы, верный глаз и неплохие шансы на успех.

Поэтому он не стал слоняться по сказочно красивым набережным, среди мраморной рухляди, а предпочел побродить по кривым улочкам старых базаров, попить там под цветастыми зонтами шербету, полакомиться баклавой - без всего этого Восток казался бы более безликим, чем милый его сердцу Челси, в центре Лондона. Когда наконец крики лавочников, лоточников, босоногих продавцов шербета начали ему надоедать, а глаза его пресытились ярким зрелищем, он вдруг напал на нечто такое, что его по-настоящему взволновало: перед ним лежала маленькая вещица, сделанная, по словам торговца, из дамасской стали. Велика важность - купола и минареты Айя Софии! То ли дело этот маленький обоюдоострый кинжал длиною всего восемь сантиметров, с потемневшей серебряной рукояткой, украшенной двумя зелеными камнями. Эта штука, метко брошенная даже издалека, попав в цель, вонзает свое острие до предела. В необозримых тайниках Стамбула с его шумными базарами и кривыми улочками времен Сулеймана

Великолепного можно обнаружить порой и цепные вещи. Но для этого надо иметь нюх, хороший нюх, чутье и наметанный глаз. Маленький кинжал стоил немалых денег, но он был красив и в случае необходимости мог сослужить хорошую службу. Если попадались подобные вещи, 07 не скупился. Заплатив за кинжал и поглубже пряча его в карман, 07 задержал пальцы на его рукоятке. Старинное серебро словно бы коснулось через руку его сердца.

Стоял дивный вечер. Но для прогулки времени уже не оставалось. Надо было возвращаться в отель. 07 не забыл, однако, что поскольку он здесь, Самуэль Бенасис, коммивояжер из Ванкувера, то ему полагается заглянуть по пути в канадское консульство и попросить, чтоб ему дали прейскурант здешних товаров. Чиновнику он дал понять, что ему очень некогда, однако с деловитым видом и подобающей заинтересованностью спросил, не найдет ли здесь спроса древесина - не для строительных целей, нет - для мебели; пожалуйста, скажите! Обработанная древесина. Его фирма предлагает обработанную древесину, фасонную притом: мореный бук, орех, дуб, сосну, ель, поставляет и красное дерево, фанеру. Образцы? Ах, да. Завтра он заедет и оставит их.

Завтра? Как сказать! Для 07 понятие "завтра" имело весьма широкий смысл, такой же широкий, как Атлантический океан, и сулило столько неожиданностей, сколько можно встретить в индийских джунглях. Для многих его коллег слово "завтра" было таким же ясным и определенным, как, например, предложение купить сосновые доски. В нем обо всем говорится предельно четко и определенно. У 07 была другая система. В "завтрашнем" дне он старался найти всего лишь одну опорную точку. День этот представлялся ему чем-то вроде поля, с лощинами, холмами, перелесками, триангуляционной вышкой и маячащим вдали одиноким тополем. 07 не интересовали ни холмы, ни лощины, он знать не желает ни о перелесках, ни о триангуляционной вышке. К чертям собачьим! Он всем своим существом чувствует, что во всем этом пейзаже один лишь тополь достоин внимания. И он избирает его своим опорным пунктом, позицией, с которой начнет действовать, а вся прочая география остается в стороне. Будь что будет!

Итак, стамбульская идиллия с малиновыми сумерками над сонными водами Босфора, с шестью красными огоньками на минаретах Айя Софии кончилась для 07 в его отеле весьма продолжительным разговором.

Точно в восемь ноль-ноль по восточноевропейскому времени раздался короткий и отчетливый стук в дверь. Оскар Леви предупредил его в Париже, чтобы он взглянул на хронометр: восемь ноль минут ноль секунд составит первую часть пароля.

– Да,- сказал 07.

В комнату вошел высокий, худой как жердь человек средних лет в легком белом костюме и в темных защитных очках.